«Нога покачивалась вверх, вниз. Система тонких поршней и искусственных сухожилий тянула носок вверх, на себя. Вниз тянула искусственная икроножная мышца, которая наживую переплеталась с остатками настоящей под коленом. Дарт Зеро почти даже не замечал этого перехода от плоти к машине, если только не концентрировал внимание на этом. Так плотно сплавились нервы и кость с металлом и пластиком. И всё же, там, где кончались сосуды живой плоти, начиналось лёгкое онемение.»
Кажется без дуэли на Мустафаре тут не обошлось...

«Внезапно она сместилась вправо от него, к самому окну и прижала эмиттер светового меча к транспаристилу.»
Когда я прочитал это предложение, то представил, как Лелущ вскакивает с кресла со словами:
-Ты шо делаешь?! Это раритетный ковёр!

«Если бы Дарт Зеро отвечал совсем честно, он мог бы сказать, что после всего, что он сделал, он не был достоин лучшей жизни. Он даже не мог умереть по своей воле, из-за проклятья «живи» Каллен, избавить мир от себя и себя от Тьмы.»
Вот это по-по-поворот. Приказ «Живи» с Каллен. Теперь хочется узнать в основной историй, как так получилось и что подразумевает собой этот приказа «Живи».

«Вокруг головы Наннали образовался воздушный пузырь, созданный за секунду перед тем, как окно вылетело наружу. В абсолютной тишине она слышала лишь своё дыхание.»
Лелуш всегда таков. Как бы он не врал Наннали, что ему на неё плевать, он снова помог ей.
Неожиданно, что Наннали вообще это сделало. Я думал, что они находятся на Беспине, Корусканте или другой планете, а тут космос. Очень интересная локация и решение побега.

«Но вместе с обречённостью пришла капля надежды. В конце концов, Дарт Зеро всё равно спас ту, кто пыталась его убить.»
-Зачем ты меня спас? Я же угрожала тебе оружием.
Дарт Зеро слышно хихикнул.
-Ты — меня? Ха! Да ты бы мне не нанесла ни одного удара.
-Я смогла бы!
-Нет.
-Да.
-Нет.
-Да!
-Знаешь, мне надоело с тобой спорить. Как окажемся в крейсере, отправлю тебя в столовку. Как поешь, сразу же пойдёшь к Роло и вы валите с моего корабля.

«Даже в космосе бывало жарко.»
Прикольная последняя фраза произведения.