Как всё сложно у Дольфа, оказывается.
Есть французская родня, которая, как тот Онегин, сидит и бухтит: "когда же черт возьмёт тебя". И, чтобы их остудить, придётся семейную диадему продемонстрировать.
И есть, наверное, биородня Миллисенты - чтобы урезонить их, придётся показать кое-что сокровенно-личное, то, что в обычном случае перешло бы от матери к дочери - но и матери той нет на свете, и дочь другая. И выглядит это всё очень символично, но осуществлялось в муках.