 |
сегодня в 13:46 к фанфику Гран-тур мистера Фицуильяма Дарси
|
|
ivanna343
Что касается вашего анализа Уизли, то Роулинг опирается на мощнейшую литературную традицию, начиная с XVIII века, описания бедного, но счастливого многодетного семейства. Потом с этой темой мощно поработал Диккенс, там просто классика. Роулинг во многом воспроизводит соответствующие штампы. Что на нее повлиял не только Диккенс, но и Остин, сомнений нет. Остин многодетные семьи рисует без патоки. Описание обедневшего, но знатного рода - тоже мощнейшая традиция. На пересечении и получились Уизли: немного Диккенса, немного Троллопа, немного Остин - и все в реалиях мира магии... Остин пишет мистера Беннета в двойной оптике: он начинает как позитивный персонаж, а потом мы вслед за его дочерью начинаем видеть, что за его остроумием скрывается полная безответственность. Вот, кстати, хотя у Остин явно есть свои любимые персонажи, но она не рисует ту же семью Беннетов как исключительно положительных персонажей и пример для подражания. У Роулинг же вроде как роман взросления, и Уизли подаются именно как положительные персонажи, но если копнуть глубже, то проявляются далеко не самые приятные их качества, которые ребенок или подросток в силу весьма ограниченного жизненного опыта может просто не заметить. У Диккенса же, исходя из того, что я слышала о его биографии дружные и счастливые многодетные семьи в его произведениях запросто могли быть его собственными фантазиями на тему, какой должна быть жизнь, красивая картинка, которую он хотел натянуть на реальность. Толстой графа Ростова пишет совсем по другому: да, разорил семью, да, повесил на любимого сына необходимость вылезать из долговой ямы, да, не заступился за дочь, когда над ней издевался отец жениха, да, проморгал профессионального соблазнителя. Но человек-то какой хороший, теплый и искренний. И если мистер Беннет и сам себя судит, и мы его судим, понимая, что как отец он совершенно провалился, то графа Ростова именно в силу его искренней доброты Толстой не судит и нам судить не дает. Он любит своих детей и заботится о них, как может. Кстати, напоминает, как у Роулинг выписаны не только Уизли, но и Хагрид. То, что в ФК Гарри уходит с едва знакомым огромным косматым мужиком только потому, что он первый в сознательной жизни Гарри, кто сказал доброе слово о самом Гарри и его родителях, говорит, в первую очередь, о Дурслях ИМХО. Но при этом Хагрид: 1) наколдовал Дадли поросячий хвостик вместо того, чтобы просто отругать, когда тот попытался съесть торт для Гарри; 2) после совершения покупок бросил Гарри одного в Лондоне. Т.е. добирайся, как хочешь, и то, что Дурсли могут на тебе отыграться за наколдованный у их сына хвостик, это не мои проблемы. Там же, в ФК, Хагрид заставил первокурсников разбираться со своим маленьким драконом, т.к. оказалось, что мечты имеют мало общего с реальность, и содержать огнедышащего дракона в хижине - ну, такое... Т.е. 11-12 летние дети были вынуждены выполнять в данном случае роль родителей для здорового мужика Хагрида, которому было на тот момент уже 60+ лет. В УА Хагрида неожиданно для всех назначают новым преподавателем магозоологии. Это назначение чисто идейное, т.к. Хагрид даже не окончил школу, и его представление о "милых зверушках" было известно всем. Когда же Хагрид сталкивается с трудностями, будто затеянная Люциусом тяжба или неурядицы на личном фронте уже в КО, Хагрид тупо напивается. В КО и ОФ Хагрида замещает Граббли-Планк, и Гарри нехотя признает, что она ведет уроки интересно, не подвергая при этом учеников излишней опасности, но при этом ругает ее, ведь она не Хагрид. Т.е. в сознании Гарри по умолчанию "хороший человек" = "хороший преподаватель". А уж если вспомнить, как Гарри сорвался в министерство, думая, что ВДМ там пытает Сириуса, совсем забыв о переговорном зеркале... думаю, Толстой подобный порыв очень бы оценил... Толстой... очень умело работает с фоном. Крепостные появляются, когда надо, как на той же волчьей охоте: доезжачий Данила грубо одергивает графа, и тот кротко терпит, потому что прав Данила! И превращаются в фон, когда надо. Как когда сообщается, что, несмотря на все усилия Пьера, его крепостных продолжают выжимать досуха. Следующий шаг - чтобы добрый и наивный Пьер мог раздавать выжатые из них деньги всем подряд - делается в другом месте, в другое время, и никакой связи поэтому не просматривается. И исчезают, когда надо, как в эпилоге. Где ощущение, что у Пьера не 40 000 душ, а душ 300 и небольшой дом с парой слуг. Так ведет себя Наташа. Вот-вот. И чтобы заместить все эти неувязки, нужно читать очень внимательно, критическим взглядом, без всякого пиетета перед великим классиком, который так активно прививали в школе. 1 |
|
Включить тёмную тему
Популярное
