Он резко встал и вышел из помещения. Иджи поспешила следом. Снаружи всё так же лил дождь, но Алаус не замечал этого. Он подошёл к горе старых покрышек и раскидал в разные стороны не меньше десятка, а потом со всей силы ударил кулаком по стене заправки, так, что по штукатурке пошли трещины.
— Да что я за чудовище такое?! — вскричал Алаус, подбирая с земли прогнившую доску и разламывая её надвое. —
...>>Даже сейчас я переживаю не за него, а за себя! Ненавижу! Слышишь, Джина? Я ненавижу себя.
— Подожди, успокойся, — пролепетала Иджи, понимая, что толку от этих слов немного.
Она впервые видела Алауса таким. Его тёмные глаза всегда лучились теплом, и взгляд был почти как у Рэина или отца, а сейчас они будто затуманились пеленой. Грудь Алауса вздымалась и опускалась, намокший ирокез спадал на лицо.
— Я пугаю тебя? — вдруг спросил он.
— Нет, — соврала Иджи.
Включить тёмную тему
Популярное
Отключить рекламу
