Нейросеть

Эйла Охотница, Довакин

Нейросеть

— Ну, здравствуй, малышка, — с материнским теплом и улыбкой шёпотом произнесла Лилит. Каждая нотка в её голосе, каждая морщинка на её лице кричала о том, какие яркие и шокирующие эмоции она испытывала.

Нейросеть

Тонкие шторы на резном окне покачивались от легких порывов ветра. На улице уже был поздний вечер, а из-за горизонта постепенно поднимались луны. В довольно большой, но уютной комнате с массой игрушек горело несколько свечей, выделяя из полумрака широкую постель. На ней лежали Лилит и малышка Мали́гнис, рожки которой к этому возрасту были уже точь-в-точь, как у мамы, только маленькие. Лилит держала в руках книгу и читала. Мали́гнис, не поднимая головы с материнской груди, увлеченно её слушала.

Нейросеть

Сквозь хрустальный сегментированный купол, похожий на цветок, она бесцельно водила глазами по бездонному звездному небу. Под её спиной расстилалась мягкая белая ткань, и великанша кожей ощущала непривычный комфорт, стремление к которому всегда презирала. Поэтому теперь, находясь в его объятьях, она испытывала лёгкое раздражение. А ещё эта дурацкая подушка под её рогатой головой — шёлковая, туго набитая, нежная и такая приятная: «Мягкая… пытка», — нахмурившись, фыркнула Лилит про себя и, поёрзав, со вздохом прикрыла веки, потяжелевшие от внезапно подкравшейся дрёмы.

Нейросеть

Азура встревожено взметнула глаза, когда частая и амплитудная судорога внезапно сковала могучее тело её верной подруги. Лицо Лилит исказилось, обнажая острые клыки. Вытянутая, словно на дыбе, она сдавленно зарычала от запредельной боли, за глухими, едва слышными хрипами стойко пряча свой крик. По коже её расползлись светящиеся трещины; вены и капилляры запульсировали ярким светом — складывалось ощущение, что чудовищная энергия буквально рвёт её изнутри. Великанша не выдержала и вскричала! Её голос исказился в чудовищный рёв, утратив всякое сходство со звуками этого мира...

Нейросеть

Нейросеть

Ярко-зелёные листья в густых кронах с мягким шелестом коснулись промелькнувших мимо фигур. А уже через мгновение Мали́гнис на всей скорости неслась над зеркальной гладью пруда, любуясь своим и маминым отражением, а также лазурным небом с белыми барашками облаков за своей спиной. Ладошки её едва касались водной поверхности, вздымая в воздух тысячи сверкающих капелек, и, словно вторя им, мамины крыл...>>ья острыми фалангами мягко резали потревожено журчащую воду. По пруду тянулась ровная дорожка ряби, разбивающей идеальное отражение на сотни трепещущих бликов. Радостный смех двух озорниц разлился по округе, отразившись от взъерошенной глади и подняв в воздух стаю напуганных птиц. Озорницы проскользили вдоль всего пруда и, достигнув противоположного берега, юркнули под сень деревьев.

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Лидия, Балгруф Старший

Нейросеть

Нейросеть

Дельфина, Арнгейр

Коллаж

А если Нереварин оказался умнее и избавился от Сердца Лорхана так, что все восемь лордов Дома Дагот остались живы?.. Разъехались по провинциям... И к началу Кризиса Обливиона неожиданно друг для друга разными путями собрались в Сиродиле. Все восемь. Нет, не восемь - семь. Консул Дома застрял на Солстхейме, ибо его лучший друг вновь умудрился связать себя пророчеством Принца Даэдра... Это же Нереварин!.. Но братьям Ворина и без него скучать не придется... Будет некогда!

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть