Какая история! Она очень горькая, очень тоскливая и грустная, все теряются и расстаются, но взгляд на встречи и расставания здесь столь необычен, что сама тоска от бесконечных потерь приглушается. Ведь и правда, не может быть так, чтобы страдали только соблазненные люди. Все эти сверхъестественные соблазнительницы, все эти прекрасные видения не от хорошей жизни и избалованности тянулись к тому, что горит и губит. В людях тепло, в людях душа, огонь, то, что на короткий миг делает существование не то что приемлемым, а очень теплым и радостным. А потом опять - тьма и холод. Жаль людей, но гораздо большей жалостью я прониклась к бедным несчастным сущностям.
- Ну, что? - спрашиваю, потом "догоняю", и язык прилипает к небу, а водолазка - к спине. - Э-кхм-кхм, слушай, а...
- Да прямо по галерее напротив, - вздыхает собеседник и неопределенно машет рукой туда, где светится вывеска сетевой чайной Auntea Jenny. - Я и спрашиваю: туда или в "Снеговика" пойдем?