Овечья гора (гет)

PPh3


Знаете, вообще, вы правы, какая-то дурацкая формулировка, я даже имела в виду немного другое. Переформулирую этот момент)


А тут кстати и не символизм вовсе, а просто факты)). Например, то, что Пастернак любил Шопена. И что его стихи и ноктюрны имеют похожую мелодику - это мое мнение о них и есть. Хотя, наверняка, не только мое, а многих.



Как говорил Хайнц, “не вижу взаимосвязи” (с)). Ну даже если бы произведение и комментировало много людей и среди них нашлись бы ненавистники Пастернака - какое отношение это имеет вообще ко мне и к моей работе, бог с ними)))



А ведь так зачастую и бывает!



Про Миху и его особенности еще будет :ь



Наверное, так и есть! Ирония еще в том, что Grube вообще переводится как “яма”, так что для Теодора Биргит в буквальном смысле пала, ахах.

Про занавески и я не знаю, откуда. Но с Пушкиным какие-то ассоциации.



Не, ну знаете, это вообще хороший вопрос, более ли сыто и благополучно он в целом жил, чем Хайнц. Все-таки у него до поступления в Хогвартс даже нормального значимого взрослого не было, и его только шпыняли и унижали.



А, поняла вас. Да, это другое. Про страх поглощения не знаю. Насколько помню, это тот тип личности, который много проводит в своем воображаемом мире, интровертен, мало общается с людьми. Может, Теодору и подходит.



Не знаю, есть ли у меня в музыкальных эпизодах символизм) Не помню уже. Музыка она и есть о музыке. Под символизмом я имела в виду скорее какие-то конкретные сюжетные ходы или сцены - те, для понимания которых не нужно быть музыкантом. Допустим, для меня пример такой сцены - эпизод, где Теодор идет на парковку с подельниками и показывает им машину Хайнца.

Шульман вполне может быть полиглотом. Как минимум, три языка он знает (русский, немецкий, идиш). А то, что Хайнц у него акцента не замечает - это привычка, он же его много лет знает.



Ну это сцена такого же рода, как и столкновение матери Хайнца и Аннетты))

Анонимный автор

Вот! А я уже упоминала, что биографию того же Шопена знаю очень поверхностно. А уж о том, что его музыкой восхищался Пастернак и писал стихи в той же мелодике - и подавно (впрочем, его стихи я не читала и знаю только растиражированную фразу про свечу, которая горела на столе). Это, наверное, то, что я не способна уловить в принципе: мне вот как-то давали послушать записи советской певицы Розы Рынбаевой, говоря, что у нее в голове есть какие-то особые вибрации. Я же никаких вибраций не слышала. Хм... вот думаю, не выглядит ли мое участие в обсуждении произведения, посвященного музыке, как если бы о живописи рассуждал человек, не только не разбирающийся в изобразительном искусстве, но еще и очень плохим зрением?


О, я даже не догадалась в электронный словарь забить, а ведь для Теодора с его маниями фамилия может быть вполне говорящей. Хотя вполне вероятно, что кто-то из предков Хайна получил такую фамилию, потому что копал ямы или жил в низине, напоминавшей по форме яму.


А у меня почему-то с Булгаковым.


В любом случае, быт в 1980х был намного легче, чем в 1950х. Сами Дурсли не были выпивохами, а Дадли был у них единственным ребенком. А по времени в ГП как раз есть типаж, который намного ближе к Теодору - это Снейп.
А что касается Гарри, то, возможно, повлияло то, что для своих родителей Гарри был все-таки желанным и любимым ребенком, и эта искра любви с ним осталась и не успела истлеть до того, как Гарри узнал о Хогвартсе. Хотя показательно то, что Гарри вот так запросто уходит с Хагридом - огромным косматым и неопрятным мужиком, которого видит впервые в жизни - просто потому, что Хагрид оказался первым в его сознательной жизни человеком, кто сказал доброе слово о нем самом и его родителях.


Хм... про идиш слышала, что по лексике и грамматике он похож на немецкий с отдельными заимствованиями из славянских языков и иврита (т.е. как бы можно рассматривать как один из диалектов), а по мелодике похож как раз на иврит. Во всяком случае, доводилось как-то слышать песни на идише и на немецком, и даже я при своем отсутствии музыкального слуха и понимании мелодики языка, смогла заметить, что отличаются они очень сильно, не перепутаешь. Ну, и что идиш евреи, проживавшие в центральной Европе, использовали в быту, тогда как иврит считался языком священным, на котором было положено только молиться и читать священные тексты.


Фрида мне показалась в целом женщиной, для которой было естественно подстраиваться под обстоятельства, под мужчин и т.д.


Про стремление к власти, амбициозность - это какой-то другой тип вроде бы. Но у Теодора, в том-то и дело, не просто вектор, а прямо сильно так попахивает диагнозами, особенно если погрузиться в его мысли, в его восприятие реальности.


Ну, не думаю, что кому-либо в принципе нравится выслушивать гадости и обвинения, особенно если обвинителей набирается сразу несколько и особенно если притаскивают ко всему прочему политику.

Спасибо за продолжение ))
Настолько меня штормило от мыслей Теодора, что даже не смогла сразу прочитать главу!
Вот интересно, сон Теодора, который был в начале главы, он происходил до описанных далее событий или уже после?
Потому что Теодора-то совсем не отпустило. Фетишист и извращенец, и много кто еще - Теодор со своими маниями так и напрашивается, чтобы его показали психиатру. Сталкерит Хайнца, насмехается над ним, пакостничает - не удивлюсь, если именно после встреч с Теодором, которого он толком не помнил, у Хайнца случались особенно страшные кошмары. Теодор прячет кольцо Хайнца - единственное, что не смог отыскать у него Ференц - он сладострастно воображает о том, какой Хайнц теперь немощный и убогий во всех отношениях и чуть ли не обезьяна. Уж себя-то Теодор считает "венцом творения".
Теодор преследует и Биргит, занимается вуайеризмом, наблюдая за ней, крадет полотенце, которым она пользовалась в душе. Теодор воображает, что если бы Биргит была его женой - и вообще, как представляет свои отношения с женщинами в целом - что она должна знать его кулак, на который он накручивает ее волосы, что женщину необходимо держать в узде, что женщина должна такому радоваться и сама предлагать! Здесь нет никакой любви: женщина для Теодора - исключительно объект для подчинения и удовлетворения похоти. То, что он регулярно наблюдал в своей родительской семье и дополнительно усвоил от дяди ректора. Сейчас, думаю, такого, как Теодор, назвали бы инцелом.
Штайнбаха наконец-то подвинули, и жалко будет, если этим все и ограничится. А еще думаю, что немалую долю нарциссизма Теодор перенял именно от своего дяди: и благодаря кумовству, и потому что Штайнбах сам постоянно рассуждает о том, как все в консерватории держится на нем, что после его ухода все непременно развалится - особенно при новом ректоре-либерале и т.д.
И, как вишенка на торте, Теодор проваливает экзамены. И вроде сам понимает, что нечего было отвлекаться на сталкерство, а больше заниматься - но внезапно находит удовлетворение в том, что Хайнц тоже перепутал ноты! Интересно, Теодора вообще заметили на том концерте, и если да, то почему не прогнали?
И я вот думаю: а, может, у Теодора-то и нет какого-то особенного музыкального таланта? Потому что одно дело - петь в детском хоре, и совсем другое - профессиональный оперный вокал. Но дядя Штайнбах дал когда-то Теодору надежду, поманил перспективами, а в консерватории, в свою очередь, против ректора никто идти не решался, вот Теодор и возомнил себя гениальным певцом, хотя на самом деле он обыкновенная посредственность, чей потолок - это выступать в ресторанах с местным вариантом "матушки-березоньки"?
А еще как заодно Теодор Миху Шульмана к дегенаратам причислил: и кипа у него дурацкая, и имя деградансткое: "такой же дегенерат даже без травмы головы — теперь начал ходить в кипе, и эти два придурка так и болтались день за днем вместе в своих головных уборах — два юродивых дружка-идиота". Вспомнилась из-за этого тема с т.н. "дегенеративным искусством" в ТР - а ведь Теодор тогда еще даже не родился, но, опять же, от отца ли или от дяди, вобрал в себя те самые "ценности".

Кстати, отдал ли Ференц Биргит вещи Хайнца, найденные у Теодора?
А если учесть, что некоторое время Хайнц будет гостить у Хольбайнов, Теодор ведь наверняка начнет сталкерить Биргит еще более активно.

P.S. Как сильно влияет транскрипция на восприятие слова. Пока Хольбайн не сказал об этом прямо, не задумывалась как-то, что он однофамилец Ганса Гольбейна-младшего, знаменитого придворного живописца Генриха VIII.

PPh3
Здравствуйте, спасибо за отзывы! Простите, что не сразу отвечаю, много дел в реале, а хочется ответить вдумчиво.


Про вещи все еще будет))
А про Хольбайнов - так это уже произошло в главе, Хайнц же вернулся, кажется, назад в июне и потом уже играл Баха на концерте. Теодор это или не заметил или пропустил.



Да, есть такое!



Восприму это как плюс этой главы :Ь



Наверное, до, но может быть когда угодно)) Мысли безумцев нам не понять, как говорил Шульман…



Интересная мысль, кстати!



А вы оценили, как он примеряет это кольцо? :D



Тут вы перепутали - он крадет чистое полотенце, просто решил прибавить к списку своих пороков еще и воровство) Хотя вообще мысль годная, может, и стоило бы написать, что он украл именно полотенце Биргит, но это слишком мерзко даже для меня))



Теодор пытается, по крайней мере, это перенимать. Но с грандиозным нарциссизмом у него не очень выходит))



Ну а кто бы его прогнал и почему? О его прегрешениях знает только Ференц.



Смотрите, тут пойнт именно в том, что талант - далеко не единственная составляющая успеха. Да и в целом, талант сложно измерим. Может, без таланта нельзя стать великим музыкантом, но, мое имхо, можно стать хорошим музыкантом. А быть хорошим музыкантом не менее почетно, чем быть великим, да и “матушку-березоньку” петь, кмк, тоже почетно. В любом музыкальном пути скрывается большой труд. И, так или иначе, Теодор вообще не может в силу своего уровня оценить хорошесть или великость, ему это еще рано (и это в целом нормально, нечего студентам о таком думать, студенты должны просто смиренно пахать, а потом уже что-то там оценивать - что-то я радикально сегодня высказываюсь :Ь).
Об этом еще, опять же, будет в следующих главах, про понятие таланта, отношения героев с музыкой, трудом и прочим - конечно, если Хайнц “редко когда занимался больше шести часов в день” (с), а Теодор в это время его сталкерил, сложно предположить, что у Теодора будет какой бы то ни было прогресс. Заниматься надо, ахах, а не сталкерить…



Знаете, тут все индивидуально. Я очень много музыки и слушаю и исполняю, но далеко не все меня трогает и далеко не потому, что исполнитель что-то там делает верно или неверно. К примеру, русскоязычные вокальные исполнители вообще редко трогают (хотя есть множество без сомнения гениальных исполнителей), потому что моя музыкальная культура формировалась не в русскоязычной среде. Но есть глыбы, существующие вне языка, например, Образцова. И, тем не менее, именно тронуть на эмоциональном уровне Образцова смогла меня только тогда, когда я услышала ее исполнения на немецком.



Знаете, для меня все равно ситуация с Гарри - это некая метафоричность, вот именно, искра любви осталась и сохранилась - метафизика. Но в реальности, не могло бы так быть, Гарри был бы глубоко травмированным человеком и вообще не факт, что сумел бы как-то там геройствовать, боролся бы с нервными тиками…
Да и не бытом единым и сытостью, так сказать.



Про мелодику не знаю, не могу оценить. А про лексику и грамматику - да, именно так, можно как раз увидеть и в моем тексте пример - идишское bubele Шульмана является, по сути, производной формой от немецкого Bube Хольбайна.



Допустим) Но, мне кажется, если бы люди дочитали до четырнадцатой главы, вряд ли они бы принялись высказывать гадости из-за Пастернака.

Анонимный автор

Насчет вдумчиво согласна. А еще вы пишете макси на конкурс %)


Я сама еще читаю невнимательно и думала, что за каждого из персонажей события описываются, условно говоря, за один и тот же промежуток времени. Т.е. было про Биргит, потом про Хайнца, теперь про Теодора.


Вот в том-то и дело, что после эпизода с кольцом я увидела в Теодоре такого фетишиста, что для меня он по умолчанию украл именно то полотенце, которым вытиралась Биргит.
А что касается самого эпизода с кольцом, то, подозреваю, подробные впечатления от мыслей Теодора здесь лучше не высказывать. А если в общем, то это все то же подчинение, самоутверждение, нарциссизм и мания величия.


Тут согласна. Талант - любой - развивается только постоянной практикой. Желательно в подходящей для этого среде.


Вот-вот.


А вот тут уже не согласна. Мне кажется, если у человека вообще нет никаких способностей к музыке, равно как и музыкального слуха, то все, на что его хватит - это нажимать на нужные клавиши в нужной последовательности. Но ни о каких концертах Чайковского или Рахманинова в этом случае речи, естественно, быть не может.


Тут дело в моем куцем слуховом восприятии. Мне, например, дают послушать другого советского исполнителя, а потом говорят, что у него прибалтийский акцент. Однако я вообще никакого акцента не слышу.


Про немецкий слышала весьма противоречивые мнения. Для одних это по умолчанию грубый язык. Кто-то другой говорил, что немецкий грубо звучит, если с русским акцентом. Я слышала некоторые песни на немецком, и в пении мне немецкий не показался грубым, неприятным языком - если не брать "Раммштайн". Но тут, наверное, банальная вкусовщина, т.к., например, песня "Master of the Wind" в оригинальном исполнении "Man of War" мне не понравилась (показалось, что у соло-вокалиста голос слишком грубый и прокуренный), в отличие от "Мельницы".


Вроде у сестер Барри ЕМНИП есть альбом с хитами на идише. Еще слышала сефардску песню на спаньоле - на слух что-то еврейское, тогда как по лексике и грамматике будто какой-то и диалектов испанского.


Я эту разницу вообще не уловила, т.е. не поняла, что Шульман вставил слово именно из идиша, а не, условно, из какого-нибудь южнонемецкого диалекта.


Не бытом единым, да. Но, как сами же говорите:


Потому что бытие все-таки влияет на сознание, как бы то ни отрицатели некоторые. И Гарри при своей жизни у Дурслей мог бы запросто вырасти подобием Снейпа. Опять же, имеют значение обстоятельства или, вернее, что "дорога ложка к обеду". Что человеку важно вовремя получить возможность выбраться из негативной среды, пока он не успел окончательно пойти по кривой дорожке, не оброс обидами на весь белый свет и т.д.

P.S. Еще вот такой вопрос. Миха, мне показалось, ровесник Хайнца. Однако, как признался Шульман-старший Хайнцу, после пребывания в концлагере он утратил мужскую силу. Как в таком случае он смог бы зачать сына? А если Миха родился еще до войны, то ему должно быть уже примерно 25-28 лет. К этому возрасту он уже точно окончил бы консерваторию, играл бы в оркестре или выступал бы на концертах и наверняка был бы женат.