Самая правдоподобная романтическая история, которая могла бы произойти, со всем привычным набором подзатыльников, трупов и сложностей. История о том, чего на самом деле нужно бояться, а чего, наверное, не стоит.
…Она была довольно некрасивой, он — однозначно страшным, и в его иррациональной, ни на что не похожей нежности — к ней, к людям, ко всему, что было ими создано, — было что-то жалкое, подумала Яко. Ему не было легче, чем ей — ему вообще никогда не было легче, понимала теперь она, у его настоящего вида только четыре пальца и ни малейшего представления о поцелуях, и, если быть откровенными, у Яко этого представления было не больше. Теперь Нейро прислушивался к ощущениям, и ей оставалось надеяться только на то, что они не окажутся достаточно неприятными, чтобы он вздумал ей что-нибудь откусить. (c)
Zemi:
Луч света в темном царстве. Психотерапевтический рассказ, при этом очень настоящий и искренний. Замечательно читается без знания канона. Как я понимаю, это история уползания, но язык не поворачивается...>>Луч света в темном царстве. Психотерапевтический рассказ, при этом очень настоящий и искренний. Замечательно читается без знания канона. Как я понимаю, это история уползания, но язык не поворачивается ее так назвать. Потому: душеспасительная история. Невозможно не сопереживать, пусть все так и будет, как в финале. Написано богатым языком "в духе эпохи", живым, не постановочным, аутентичным.
…Она была довольно некрасивой, он — однозначно страшным, и в его иррациональной, ни на что не похожей нежности — к ней, к людям, ко всему, что было ими создано, — было что-то жалкое, подумала Яко. Ему не было легче, чем ей — ему вообще никогда не было легче, понимала теперь она, у его настоящего вида только четыре пальца и ни малейшего представления о поцелуях, и, если быть откровенными, у Яко этого представления было не больше. Теперь Нейро прислушивался к ощущениям, и ей оставалось надеяться только на то, что они не окажутся достаточно неприятными, чтобы он вздумал ей что-нибудь откусить. (c)