Нейросеть

В бездонной черноте космической пустоты, среди спиралей сияющих туманностей и россыпей далёких галактик, возлежит Маха Вишну принявший суть и облик Гарри Поттера. Четыре его руки покоятся в жестах созидания и дарения, излучая тихую, безмерную мощь. Его поза полна божественного покоя и созерцательной отрешённости, будто само время замедлило свой бег вокруг него.
Из чела божества струится тёплое, жи...>>вое золотое сияние — чистый свет воображения и воли. В этом сиянии, подобно росинкам в первых лучах солнца, зарождаются хрустальные сферы. Изначально они малы и прозрачны, но, отдаляясь от творца, начинают расти, наполняясь светом и деталями.

Внутри каждой расширяющейся сферы, словно в волшебном калейдоскопе, оживают целые миры. Это миры «что, если», сплетённые из нитей бесчисленных фанфиков. Вот в одной сфере Гарри и Гермиона, спасённые из Тисовой улицы, вместе учатся в маленьком коттедже под опекой мудрых наставников. В другой — они Верховные чародеи, стоящие плечом к плечу у руля Министерства, их взгляды полны понимания и общей усталой решимости. В третьей — они просто студенты, но их дружба, проверенная временем и битвами, переросла в тихую, нерушимую любовь; они сидят в библиотеке, и их пальцы почти соприкасаются на странице старого фолианта.

Сферы множатся, удаляясь в чёрную пустоту и превращаясь в новые звёздные системы. В одних Гарри и Гермиона — бессмертные исследователи магии, в других — родители большого шумного семейства, в третьих — воины света, чей союз стал легендой. Каждая вселенная уникальна, но в сердце каждой из них неизменна одна истина: Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер вместе. Их партнёрство, в какой бы форме оно ни проявлялось, является осью, вокруг которой вращаются эти новорождённые миры, — вечный, переосмысливаемый в бесконечных вариациях союз разума и духа, храбрости и преданности.
А четырёхрукий бог-творец лишь наблюдает за этим потоком реальностей, и лёгкая, едва уловимая улыбка касается его губ. Ибо всё это — бесконечное выражение одной мысли

Нейросеть

Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер, Рон Уизли

Арт к главе 8: май 1999
Рон стоит на берегу черного озера, устремив отсутствующий взгляд на водную гладь. Чуть в стороне за ним с грустью наблюдают Гермиона и Гарри, понимая, что спустя год друг наконец-то по-настоящему осознал и оплакивает смерть брата.

Нейросеть

В этой вселенной Гарри и Гермиона-Налз и Инга.
Налз, проснись же ты!
Слипшиеся веки открылись с трудом, будто склеенные сладким сиропом. Передо мной стояла Инга, её фигура вырисовывалась на фоне утреннего света, пробивающегося сквозь жалюзи. Она была уже одета — в просторной серой кофте и удобных штанах, волосы собраны в небрежный пучок.
— О, Инга! Привет... — голос мой звучал хрипло, сонно.
— Ты...>> кричал во сне! — её брови сдвинулись, в глазах читалось беспокойство, смешанное с досадой.
— Я? Кричал? Странно... Такой был красивый сон. Как будто я в озере, и там пена такаяяя... белая, воздушная, и она обволакивает меня, а я плыву куда-то вдаль, и нет ни времени, ни забот...
— Проснись уже! — её ладонь легла мне на плечо, встряхнула.
— Да, что... — прошептал я, протирая глаза кулаками, ощущая под веками песок усталости.
— Вот кофе — пей.
Я взял кружку. Тёплая керамика приятно обжигала пальцы. Аромат — горький, насыщенный, с лёгкими нотками жжёного зерна — ударил в нос. Пью. Маленький глоток, затем ещё. Горячая жидкость разливается по горлу, согревает изнутри. Просыпаюсь. Постепенно мир вокруг обретает чёткость: знакомые очертания комнаты, пылинки, танцующие в солнечном луче, складки на одеяле.
Ага, сегодня, надо полагать, суббота. Утро субботнее — особенное. Нет спешки, нет обязательств. А будит меня Инга — конечно, кто ещё мне кофе принесёт? Она всегда встаёт раньше, даже в выходные. Любит эти тихие утренние часы, когда город ещё спит.
Глоток бодрящего напитка окончательно открыл мне глаза. Ну да, всё правильно: я здесь, в нашей квартире на четвёртом этаже, а мои сны — очень далеко. И пусть там и пребывают. Реальность куда приятнее, особенно когда в ней есть Инга.
— Ну, мы пойдём сегодня кино смотреть, дневной сеанс, — сказала Инга, её рука легла мне на плечо, пальцы слегка сжали руку. — Это уже после яичницы, — добавила она, и в её голосе прозвучала улыбка.
Я в ответ нежно приобнял её. «Моя рука на талии самой красивой девушки на свете», — подумал я.

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Гарри и Гермиона на седьмом небе от счастья. Их ничто не разлучит больше никогда, в любых мирах. В единении и в гармонии)))

Нейросеть

Гарри и Гермиона воркуют благодатно. Они лучезарно улыбаются.

Нейросеть

Нейросеть

Гарри Поттер/Гермиона Грейнджер, Новый Персонаж

Сырой, холодный воздух туалета в подземельях Хогвартса был наполнен запахом плесени и страха. В центре зала, освещённого лишь тусклым светом магических факелов, стоял злобный горный тролль. Его массивное тело, покрытое бугристой кожей, отбрасывало уродливые тени на каменные стены. В одной руке он сжимал грубую дубину, в другой — схваченную за руку Гермиону Грейнджер. Её глаза были широко раскрыты ...>>от ужаса, а губы дрожали, пытаясь вспомнить хоть одно заклинание.
И тут из темноты появился он.
Гарри Поттер шагнул в круг света, но это был не тот мальчик, которого все знали. Его движения были плавными, уверенными, почти змеиными. Очки на его лице отражали мерцание факелов, но за стёклами не было привычных зелёных глаз — лишь бездонная чернота, поглотившая белки и радужки. Эта тьма смотрела прямо на тролля, и в ней читалась не детская ярость, а древняя, холодная мощь.
— Отпусти её, — прозвучал его голос, низкий и резонирующий, будто эхо из глубокой пещеры.
Тролль лишь рыкнул в ответ, подняв дубину. Но Гарри уже действовал. Скорость его была молниеносной : раз -он рванулся вперёд, и от несильного укола пальцем серо-зелёная лапища повисла плетью, выпустив вмиг обмякшую девочку, два – нежно обхватив Гермиону мгновенно переместил её к дверям, подальше от чудовища. Его объятие было крепким, защищающим, но прикосновение к его коже заставило Гермиону вздрогнуть — от него веяло ледяным холодом.
— Не бойся, — прошептал он, не отводя чёрных глаз от чудовища.
Тролль, разъярённый вмешательством, занёс дубину для удара. В этот момент Гарри вытянул правую руку в сторону громилы. Не произнеся ни слова, он выпустил силу, которую носил в себе.
Из его ладони хлынула сама тьма— чистая, абсолютная чернота, живая и враждебная. Она извивалась в воздухе, принимая форму гигантской тенеподобной змеи. Тень-змея росла на глазах, заполняя пространство рядом с троллем, её безглазая пасть разевалась в беззвучном шипении. Она состояла из ничего, из пустоты, но в её движении чувствовалась смертельная

Нейросеть

Нейросеть

Гарри Поттер/Гермиона Грейнджер, Миссис Грейнджер/Мистер Грейнджер, Вернон Дурсль/Петуния Эванс (Петуния Дурсль)

Свадьба Гарри и Гермионы. Слева адекватные Дурсли (Вернон следит за потреблением калорий и чисто бреется), для них Гарри сын. Справа мама и папа Гермионы. Они все искренне любят Гарри и Гермиону и желают счастья. Потому, что не увидит их любовь только слепой.

Нейросеть

Гарри Поттер/Гермиона Грейнджер, Рон Уизли, Северус Снейп, Минерва МакГонагалл

Гарри и Гермиона сближаются во время поиска средств противодействия Волдеморту. Рон вне себя от злости и ревности.

Их сближение не осталось незамеченным. Рон Уизли встретил известие взрывом ярости.
— Предатели! — крикнул он, его лицо исказилось от боли. — Ты отнял у меня девушку, Гарри!
Гермиона попыталась возразить, но слова застряли у нее в горле. Многолетняя дружба «золотого трио» дала трещин...>>у, которая, казалось, уже не затянется.
Не менее горькой была реакция Джинни Уизли. Ее глаза метали молнии.
— Как ты посмел променять меня на эту грязнокровку! — выкрикнула она, и ее голос дрожал от ненависти. — Горите вы оба в пасти дракона!
Эти слова стали последней чертой. Гарри и Гермиона, крепко держась за руки, молча развернулись и ушли, чтобы защитить то хрупкое, что возникло между ними.
Окружение отнеслось к ним иначе. В коридорах на них указывали пальцами, но чаще — с улыбками.
— Да мы всегда знали, что вы пара! — крикнул им вдогонку один из однокурсников.
— Вы просто созданы друг для друга! — подхватила другая.
Младшекурсники, хихикая, скандировали: «Тили-тили тесто! Гарри и Гермиона — жених и невеста!»

Нейросеть

Гарри Поттер/Гермиона Грейнджер, Новый Персонаж

Гарри и Гермиона освобождают эндрюсарха. Какой гад посадил тебя в клетку? Эндрюсарх очень признателен спасителям, и вовсе это не злобная тварь начала времён. Он чувствует доброту и отвечает тем же.

Нейросеть

Нейросеть

Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер, Рон Уизли, Тедди Люпин

Арт к главе 2: май 1998
Немного в стороне от погребальной церемонии. Гермиона с усмешкой инструктирует Гарри, как правильно использовать заклинание Эванеско для чистки подгузника.

Нейросеть

Гарри Поттер/Гермиона Грейнджер, Новый Персонаж, Новый Персонаж

Гарри и Гермиона. Драконы-Лун Вей и Хицудзи Рю.

Нейросеть

Вдохновился клипом NU "Никто"

Нейросеть

Нейросеть

Попалась, Миона

Нейросеть

Гарри Поттер/Гермиона Грейнджер, Живоглот

Нейросеть

Нейросеть

Гарри Поттер/Гермиона Грейнджер, Новый Персонаж

Гарри и Гермиона для борьбы с Водемортом призывают могущественную силу-тёмную материю. Тёмная материя принимает проникнув в наш мир принимает более антропоморфную форму — силуэт человека из звёздной тьмы с горящими глазами-звёздами. Она протягивает руку, состоящую из космической пыли и магических рун, к магическому артефакту — древнему свитку, лежащему на каменном пюпитре в астрономической башне. Вокруг неё витали составляющие её сиволы. Хогвартс застыл от ледяного ужаса под тревожным, багровым небом. Гарри и Гермиона обнялись и облегчённо вздохнули-«Получилось!»

Нейросеть

Нейросеть

По мотивам повести Тани Белозерцевой "Эхо старой Англии".

Тёплый июньский вечер окутал древнюю равнину туманной дымкой. Вдалеке, словно стражи времён, высились монолиты Стоунхенджа — их серые грани, испещрённые рунами и следами веков, слабо мерцали в последних лучах заката. Воздух здесь казался гуще, насыщеннее: в нём смешивались запахи вереска, влажной земли и едва уловимый металлический привку...>>с магии.
Гарри Поттер остановился в нескольких шагах от каменного круга, нервно сжимая волшебную палочку. Он оглянулся на Гермиону: та стояла чуть позади, её каштановые волосы слегка растрепались от ветра, а глаза внимательно скользили по камням, будто она пыталась прочесть в них подсказку.
— Ты уверена, что это здесь? — тихо спросил Гарри, стараясь перекричать шелест травы. — Выглядит… слишком обычно для портала.
Гермиона улыбнулась, но в её улыбке читалась напряжённость.
— Именно так и работают древние порталы, — ответила она, доставая из кармана сложенный пергамент. — Они маскируются под привычные вещи. Стоунхендж — не просто памятник. Это узел магических линий, точка перехода. Смотри.
Она развернула карту — на ней тонкими чернилами были нанесены созвездия и линии, сходящиеся в одной точке. Одна из стрелок указывала прямо на центральный камень.
— Видишь эти руны? — Гермиона подошла ближе к монолиту и провела пальцем по едва заметным символам. — Это формула активации. Нам нужно произнести её вместе. И шагнуть одновременно.
Гарри глубоко вдохнул. Он знал: за этим порталом их ждёт неизвестность — возможно, ключ к разгадке «Эха старой Англии», а может, и новая опасность. Но отступать было поздно.
— Ладно, — он встал рядом с Гермионой, чувствуя, как от камня исходит едва заметная вибрация. — Вместе?
— Вместе, — подтвердила она, беря его за руку.
Их голоса слились в едином заклинании — слова, древние как сам Стоунхендж, эхом отозвались в воздухе. Камни вдруг вспыхнули тусклым голубым светом, а пространство между ними задрожало, словно поверхность воды, в которую бросили камень