...До него не сразу дошел смысл предложения императрицы. Ему, убийце, опозоренному, безродному, предлагается не только жизнь, но и статус второго человека в государстве?!

Нет. Он недостоин.

Императрица повторила просьбу. Добавив, что, если угодно, сюда доставят приказ императора.

Малодушие? Новый Путь, открывшийся в конце прежнего? Тал Тал не знал, по какой причине согласился. Он испытывал странное чувство: болезненными горячими толчками в него возвращалась жизнь. Так река весной ломает лед, так кровь наполняет теплом холодную омертвевшую конечность, так смотрят на солнце, понимая, что завтра увидят его не в последний раз.

— Степная прогулка отменяется? — Тимурташ ввалился в беседку, откуда только что вышла императрица, и плюхнулся на стул, еще хранивший ее тепло.

— Терпеть не могу ковыряться в мерзлой земле! — Таштимур уселся на стол, бесцеремонно отпихнув лист со стихами и рисунком. — Куда лучше в теплом дворце служить господину канцлеру!

— Вы что, подслушивали? — Тал Тал попытался быть строгим, но не выдержал и улыбнулся — впервые за много дней.

— И подглядывали.

Две пары карих глаз смотрели на него с одинаково невинным выражением.