Пламя в камине опало, стоило Беллатрикс переступить через каминную решетку. Она машинально отцепила край подола, отряхнула пепел... и вдруг снаружи, сквозь шум дождя донесся очень знакомый голос.
Нет. Нет, этого просто не могло быть... она даже не думала... но что, если...
Беллатрикс метнулась в ту сторону так быстро, что ей показалось, будто она аппарировала; не замечая ни пепельного от ужаса Рабастана, замершего перед входом, ни мужа, до побелевших костяшек стискивавшего фамильный клеймор, она бросилась к тяжелой, окованной железом и запертой на все засовы дубовой двери - и замерла.
- Гвен?..
- Мама! - в голосе дочери слышалось облегчение пополам со злостью. - Мам, у нас с защитными чарами что-то, я войти не могу! А Раба еще и дверь запер за каким-то дракклом!
- Да, конечно, - Беллатрикс лихорадочно потянула палочку из рукава. - Подожди немного, я сейчас... какого Мордреда?!
Палочка вырвалась из ладони и улетела в дальний угол зала; не успела Беллатрикс сделать к ней и шагу, как Родольфус почти до хруста стиснул ее запястье.
- Не вздумай открывать, - тихо сказал он.
- Мам? - взволнованно спросила Гвен из-за двери. - Мам, все в порядке? Тут льет как из ведра, никакой Импервиус не помогает!
- Подожди минутку, милая, - процедила Беллатрикс. - Ты сдурел? Гвен там, снаружи, в бурю!
Родольфус медленно покачал головой.
- Уже нет. Это уже не наша дочь.
- Почему?!
- Потому что... - Родольфус помедлил. - Белла, мы ведь... неделю назад...
- Мама? Почему ты замолчала?
Потому, что Родольфус напомнил ей кое о чем. О том, о чем Беллатрикс отчаянно старалась не думать - и не могла.
- В Хогвартсе призраки могут... - тупо пробормотала она. - Почему она не может сквозь стену?
- Потому что она не призрак, - прошелестел Рабастан.
- Дверь дубовая и обита железом, как и порог, - хмуро сказал Родольфус. - Она не сможет войти, если кто-то из семьи не откроет ей дверь и не проведет через порог.
- Мама? Мама, ну хоть ты не молчи! Мама, пожалуйста, я знаю, что ты там!!
Дверь содрогнулась от удара нечеловеческой силы; крик Гвен перерос в отчаянные рыдания, и Беллатрикс понадобилась вся сила воли, чтобы просто остаться на месте.
- Это наша дочь. Она не причинит нам вреда...
- Она - нет, - качнул головой Родольфус. - Но за ней придут другие, а в их родственных чувствах я не уверен.
Наверху проснулась и заплакала малышка; дверь заходила ходуном от ударов, как будто та - то, что было снаружи, вознамерилось ее снести и войти любой ценой:
- К дочери меня хотя бы пустите! Хоть раз дайте на нее посмотреть! Дезире!!
- Где Сигнус? - выдавила Беллатрикс.
- Пришлось его оглушить, - мрачно сказал Родольфус. - Он меня не слышал, почти отодвинул засовы... я ему все объясню, как очнется. Гвен тоже постараюсь, когда она немного успокоится и поймет, что... произошло.
- Думаешь, она так и не поняла? - вздрогнул Рабастан.
- Иначе она бы не пришла сюда, - Родольфус помедлил, обнял Беллатрикс, на мгновение стиснув так, что у нее дыхание перехватило - и тут же отстранился. - Идем, надо успокоить девочку. Гвен не угомонится, пока будет слышать ее плач.
Почти две недели с рождения внучки прошло, а он напрочь не желал называть ее по имени. Хорошо, что Гвен об этом пока не знает, особенно в теперешнем своем состоянии.

Беллатрикс посреди ночи, как будто кто-то рявкнул у нее над ухом. Еще сонная, повернула голову и похолодела: дверь в смежную комнату была приоткрыта, и оттуда не доносилось ни звука.
Колыбель Дезире, как оказалось, была пуста.
Интуиция - никогда не подводившая ни в жизни, ни в бою, - твердила, что не стоит сломя голову искать малышку, а стоит подождать. Беллатрикс выдохнула, накинула Дезиллюминационное и села в углу; ждать долго не понадобилось: примерно через четверть часа дверь скрипнула, и в комнату неслышно шагнул Сигнус, на руках у которого сонно причмокивала явно сытая и довольная Дезире; от обоих сильно пахло водорослями, одеяльце Дезире было чуть влажным - будто его прижимал к себе кто-то мокрый.
- Что, клещ, насосалась? - проворчал Сигнус уже без былой злобы, укладывая Дезире в колыбель. - Куда в тебя столько влезло... спи давай, днем, как все разойдутся, еще раз к матери твоей сходим. Ей сюда нельзя, а нам-то к ней можно?
Беллатрикс неслышно выдохнула - кажется, у них был какой-никакой выход.
Оставалось только выяснить, где спряталась Гвен - и следить, чтобы Сигнус, несмотря на все отцовские объяснения и запреты, не протащил ее все-таки в дом.