— Не можете? — переспросил Малфой, и Гарри, не глядя, по одному его тону понял, что он презрительно кривит губы. — Может быть, вот это придаст вам уверенности.
Он шагнул к Горбину и совсем скрылся за шкафом. Гарри, Рон и Гермиона переступили вбок, чтобы не терять его из виду но смогли разглядеть только Горбина. Вид у него был насмерть перепуганный.
— Скажешь хоть кому-нибудь, — произнес Малфой, — будешь жестоко наказан. Знаешь Фенрира Сивого? Он старый друг нашей семьи, будет заходить к тебе время от времени, проверять, занимаешься ли ты этой проблемой.
— Нет никакой необходимости…
— Это мне решать! — отрезал Малфой. — Ну, я пошел. И не забудь, береги вот это, мне потом понадобится.
— Может быть, вы хотели бы забрать прямо сейчас?
— Нет, конечно, дурак, как я эту штуку потащу? Держи у себя, только не продавай никому.
— Ни в коем случае… сэр.
Горбин поклонился так же низко, как когда-то на глазах Гарри кланялся Люциусу Малфою.
— Никому ни слова, Горбин, в том числе и моей матери, ясно?
— Разумеется, разумеется, — забормотал Горбин, снова кланяясь.
- Драко, мне нужно побеседовать с мистером Горбином, - неожиданно вмешалась Гвен. - Подожди меня снаружи.
Гарри вздрогнул: он не видел Гвен с того самого момента, как она вошла в лавку вслед за Малфоем - все время их с Горбином разговора она держалась так, чтобы ее не было видно с улицы - и успел забыть о том, что она тоже внутри.
- Чего ради? - недовольно бросил Малфой.
- Это мои семейные дела, тебя они не касаются, - отрезала Гвен. - Выйди, пока я тебе не помогла.
Громко звякнул дверной колокольчик, хлопнула дверь и Малфой пулей вылетел из лавки, пунцовый от злости. Он проскочил так близко от Гарри, Рона и Гермионы, что мантия затрепетала, хлопая их по коленя, и едва не отдавил ногу Рону; в магазинчике Горбин словно застыл на месте, его льстивая улыбка испарилась, вид у него был встревоженный.
- Успокойтесь, - бросила ему Гвен; она вышла из-за шкафа, но все еще стояла спиной к Гарри и остальным. - Он блефует. Фенрир к вам не явится... без приказа от кого следует, и Драко в их число не входит.
- Вы уверены, госпожа? - напряженно спросил Горбин.
Его тон снова переменился: с Гвен он говорил с почтением, но без подобострастия, как будто знал, что с ней этот номер не пройдет.
- Фенрир помнит, откуда он родом, - хмыкнула Гвен так, что желание спорить или сомневаться напрочь пропадало. - Но об этом позже. Сейчас вы должны быть честны со мной, мистер Горбин. Скажите: эта... затея... имеет шанс на успех?
- Госпожа, я все сказал об этом молодому Малфою, - на фамилии Драко Горбин позволил себе чуть поморщиться. - Работа эта трудная, может быть даже невыполнимая. Я ничего не могу гарантировать.
В лавке повисла пауза... а потом Гвен выругалась так, что Гарри почувствовал, как у него заполыхали уши. Таких слов он и от Фреда с Джорджем не слышал.
- Что же... - произнесла Гвен, тяжело дыша. - Значит, придется намекнуть кое-кому, чтобы искал запасной план для запасного плана... - она вернула себе деловой тон. - Фенрир или не Фенрир, но навещать вас будут, мистер Горбин. Слишком многое стоит на кону.
- Разумеется, госпожа, я все понимаю...
- Рада, если так. И вот еще что... мой заказ.
- Одну минуту, госпожа.
Горбин метнулся в подсобку; Гвен осталась в лавке, и Гарри слышал, как она нервно барабанит пальцами по прилавку. Через пару минут Горбин вернулся, осторожно неся что-то в руках; Гвен вскинула палочку, и лавка окуталась холодным голубоватым сиянием.
- Превосходно, - удовлетворенно шепнула Гвен.
- Как заказывали - яд, градуированный по степеням родства, - деловито сказал Горбин; Гермиона рядом с Гарри тихонько вскрикнула. - Не повлияет на вас, ваших родителей и полнородных братьев и сестер. У кровных теток или дядьев, вне зависимости от стороны, вызовет дезориентацию, достаточную по времени для того, чтобы их нейтрализовать...
- Кузены? - перебила его Гвен.
- У двоюродных - слабое, но болезненное недомогание. Чем дальше степень родства, тем оно сильнее и опаснее для жизни, - Горбин помолчал. - Возможно, вам это будет интересно... знаете, госпожа, мир изготовителей артефактов довольно тесный... на днях я узнал о заказе, поступившем от вашей тетки, мадам Лонгботтом...
- Что за заказ? - вскинулась Гвен.
Гарри тоже напрягся: миссис Лонгботтом не была святой, о чем сама неоднократно говорила, но чтобы в открытую заказывать артефакты в Лютном?
- Обработка вещей одним... веществом, - Горбин призвал письменные принадлежности и нацарапал что-то на клочке пергамента. - Название вам ни о чем не скажет...
- Только о том, что это что-то из паралитических ядов, - судя по голосу, Гвен нахмурилась. - А что за вещи?
- Украшения, госпожа. Браслет в виде кобры с раскрытой пастью, мадам Лонгботтом велела нанести яд на зубы. И гребни - кость Китайского огнешара с золотой филигранью.
- Вот как, - задумчиво сказала Гвен.
Гарри увидел, как она склонилась над прилавком, что-то дописывая на пергаменте; затем вынула откуда-то мешочек с деньгами и, к явному удовольствию Горбина, доложила туда несколько галеонов.
- Благодарю, мистер Горбин, - мешочек звякнул о прилавок. - С вами приятно иметь дело.
- Как и с вашей семьей, госпожа, - поклонился Горбин. - Так мне ждать гостей?
- Да, но нескоро, я полагаю. Но будьте наготове в любом случае.
Снова звякнул колокольчик - Гвен, мрачная и сосредоточенная, вышла из лавки и сбежала по ступеням; в руках у нее была черная лаковая шкатулка.
- Почему так долго? - недовольно спросил Малфой. - И что это у тебя?
- Не твоего ума дело, - отрезала Гвен и как-то по-особенному свистнула; к ней тут же подскочил отиравшийся поблизости сомнительный тип, и Гвен вручила ему записку. - В Азкабан. Джокеру лично, через Второго не передавать. Не срочно, но в долгий ящик тоже не откладывать.
- Бу-ит сдел'но, барышня, - пробормотал бродяга, неловко откланялся и исчез в хлопке аппарации.
Драко проводил его недовольным взглядом и обернулся к кузине:
- Ты мне скажешь, что тут происходит, или...
- Много будешь знать - не дадут состариться, - отчеканила Гвен. - Своим делом занимайся и не лезь в мои. А теперь пойдем, пока твоя мать нас окончательно не потеряла.