Там нет ни пафосных речей - Семенова вообще в этой серии их не любит и по-всячески троллит - ни истерии, ни саспенса, только абсолютная, спокойная, ледяная уверенность персонажа, что вот этим обмудкам жить больше незачем, и в своем, делегированном родней пострадавшей девушки, праве совершить над ними суд с единственно возможным приговором.
И вот эта уверенность, и неотвратимость, с которой ГГ совершает порученное... она бьет по мозгам едва ли не сильнее, чем отчаяние дела из "Ворошиловского стрелка".