ТАСС по данному поводу выкатило заметку столь умеренной компетентности, что ею можно иллюстрировать в очередной раз состояние отечественных СМИ. Достаточно сказать, к примеру, что там написано «Уровень рождаемости в мире в 2026 году впервые в истории упал ниже уровня воспроизводства населения. Об этом говорится в исследовании "Terra Incognita: The Economics of a Shrinking World"».

Давние ув. читатели знают, что на деле уровень замещения был пересечён вниз ещё три-четыре года назад. Но дополнительный прикол в том, что в перевираемом ТАСС докладе и не утверждается, что это произошло в 2026-м: там всего лишь констатируется, что по состоянию на текущий год рождаемость в мире, похоже, уже ниже уровня «2.1 ребёнка на женщину».

Далее ТАСС пишет, что «снижение рождаемости в основном наблюдается в странах с низким и средним уровнем дохода, а также среди менее обеспеченных и образованных женщин, что стало неожиданным наблюдением, по словам исследователей».
Он оказался довольно интересным.
На деле речь лишь о том, что рождаемость у бедных стран всего лишь очень быстро обрушилась в последнее время — т.е. они неожиданно резво нагнали страны богатые.

В общем, я сбегал и нашёл сам доклад.

К сказанному остаётся добавить одно маленькое соображение. Американские исследователи (и пересказывающие их отечественные медиа) уверяют нас, что «никогда прежде такого не было».

Давние ув. читатели знают, что такое прежде было — просто не в глобальном масштабе, а в локальных. Олигантропия, она же малолюдие, была хорошо известна более двух тысячелетий назад. Ею страдали как отдельные греческие державы, так и Рим в зените своего внешнего могущества.

Кстати, мне доводилось в красках рассказывать историю о том, как эту проблему в Спарте попытался решить молодой царь (с помощью мамы и бабушки), но напоролся на дружный, сплочённый и коллективистский ответ спартанского гражданского общества — и в итоге и сам царь, и его мама с бабушкой были физически ликвидированы с показательной жестокостью.

Это, разумеется, не решило проблем олигантропии — прошло немного времени, и те вскоре снова встали перед Спартой в полный рост, и их попытался решить уже другой царь (но время было уже упущено: всё снесли явившиеся македонцы, и Спарта как держава кончилась навсегда).