По условию задачи мы решаем, дать гипотетическому мне в будущем самоубиться, или лечить таблетками, заменяя его личность на отстоящую от него не меньше, чем его - от меня-нынешнего. Ты отстаиваешь позицию, что у меня-нынешнего есть этический долг не мешать мне-будущему самоубиваться, если ему того захочется. Более того, ты отстаиваешь позицию, что у меня-нынешнего есть перед кем-то этический долг не порождать новую личность вместо желающей самоубиться. С последним я и спорю.

Почему мы не должны учитывать в этом вопросе его мнение? Точнее, почему мы должны учитывать его мнение в меньшей степени, чем гипотетического суицидника?

Если мы исключаем влияние момента, то нам не нужны абстракции трех личностей в одном теле - есть одна личность, которая уже дала разрешение пичкать ее условным аминазином при таких-то условиях, находясь полностью в своем праве решать за себя же.