А ещё, кстати, похожие размышления у меня были на тему, как бы это сформулировать, детских впечатлений и фактов, не встраивающихся в картину мира.
Скажем, читал я в детстве детектив. Действие в США. И упоминается, что на радио говорят о погоде: сегодня температура достигла ста градусов. Я такой: шта? В упор не помню, знал я к тому моменту или не знал, что вода кипит при ста градусах, но точно уже понимал, что сто градусов на улице — это что-то такое запредельное, нереальное, невозможное, при чём невозможно выжить. И настолько хорошо мне это запомнилось, что помню вот и лет тридцать спустя. О чём была книга, в душе не ебу.
Или, например, впервые «Харли Девидсон и Ковбой Мальборо» смотрел где-то в раннеподростковом возрасте, в девяностых, то бишь. Но только уже много-много позже, пересматривая, обратил внимание, что в начале фильма в сцене, где Мальборо играл в бильярд, его оппонентами были индейцы. Для меня в детстве индейцы — это были чудики в набедренных повязках, с перьями в волосах, с раскраской на лицах.
Вот тоже, кстати, фактик. Кто из неамериканцев при просмотре этого фильма понял, что там индейцы?