Тут - то есть в ситуации с Кубком - нужно учесть, что сам Гарри на момент разговора с Роном тоже не в лучшем душевном состоянии. Его внезапно выбрали четвёртым чемпионом (кстати, в отличие от Рона и близнецов, о своём желании участвовать он вслух не заявлял, да и не было у него серьёзного желания), подписали на смертельно опасный турнир без возможности отказаться, стали в очередной раз подозревать во лжи, осыпали оскорблениями разной степени открытости - а тут ещё и лжеГрюм, подкинувший идею, что Гарри хотят таким образом убить (а кто? Сами-знаете-кто, хехе). Плюс тот факт, что ему не поверил вообще никто - ни Седрик, ни гриффиндорцы.

И вот после всего этого Гарри должен с ангельским терпением уговаривать своего лучшего друга в том, что он не лжец, хотя он сам ничего не знает о том, кто и зачем бросил его имя в Кубок, а этот самый лучший друг не верит ни единому его слову. Иначе он козёл и вообще сам виноват, что Рону вздумалось обвинять его во лжи. Мда. Неплохие такие ожидания, тем более для четырнадцатилетнего подростка с его прошлым и его проблемами.