А с другой стороны – закон "о кухаркиных детях", отсекающий (или критически затрудняющий, как минимум) путь 80% населения в образование. А потом новоявленные парижские таксисты удивляются – чего это их, всех таких утончённых и цитирующих Пушкина, победили полуграмотные рабочие и крестьяне, у которых на командных должностях были вахмистры, подпоручики, унтера, а то и вовсе штатские штафирки.

Не ставя под сомнение как полководческие, так и литературные таланты Георгия Константиновича, напомню, что буквально все современники отмечали его тяжёлый характер, резкость приказов и неизбирательность формулировок. Назвать его примером "офицера высокой культуры" язык не повернётся.

Сферическому в вакууме офицеру действительно было бы неплохо и Гомера на память цитировать, и о творчестве малых голландцев со знанием дела рассуждать, и боевую работу своего подразделения надлежащим образом организовывать. Вот только на практике способности человеческие ограничены, а потому развитие одних идёт, зачастую, в ущерб другим. И человек широкого кругозора может оказаться посредственным специалистом конкретно в своей сфере.

На это накладывается армейская специфика – принцип единоначалия в армии должен соблюдаться неукоснительно, а значит командир любого уровня обязательно должен уметь жёстко управлять своими подчинёнными, в том числе сознательно подвергая их жизнь и здоровье риску. А это качество статистически плохо вяжется с утончённостью натуры, гуманистическими взглядами и искренним интересом к искусству. Спору нет, куда лучше, чтобы на досуге офицер читал Макиавелли и ходил в картинные галереи, а не водку пьянствовал и к проституткам ездил. Но без вреда для основного вида деятельности случается такое настолько не часто, что к таким людям в силовых структурах относятся со вполне понятным предубеждением.