Короче говоря, противник «измен»:
1) считает секс на стороне однозначным доказательством отсутствия «истинной любви», что бы это ни было;
2) не расположен принимать альтернативные виды доказательств («Он потом спас мне жизнь, вытаскивая из огня и рискуя своей? Ну, наверное, ему было просто стыдно за секс с той медсестрой! Но его это не оправдывает. Может быть, я прощу его, но только при условии, что потом никакого левого секса не будет!»);
3) использует логику «настоящего шотландца» («если бы по-настоящему любил, то не изменял бы»), не замечая, что это замаскированное взятие «на слабо» («если ты меня любишь, выйди в окно с десятого этажа»).

Почему так происходит?
Я могу предположить, что дело, с одной стороны, в отсутствии у «лебедей» эмпатии (забавно, обычно «пуритане» обвиняют в этом «развратников»), с другой стороны, в хронической недооценке ими значимости сексуального удовлетворения. Иначе они бы видели, что предъявляют требования бессмысленного и довольно садистского характера (у многих «лебедей» бомбит даже когда их парень или девушка просматривает порно в туалете, не то что флиртует с кем-то в Сети).
Значит ли это, что позиция «лебедей» бессмысленна?
Нет, конечно, я не хочу обесценить страдания из-за ревности, которая, как-никак, сильный инстинкт. Но я хочу выровнять весы, которые сейчас из-за существующей культуры выставляют одну сторону беленькой, а другую чёрной. «Лебедь» благодаря нынешней культуре выглядит и чувствует себя правым и святым. Именно из-за этой моральной индульгенции («культура и Библия на моей стороне, значит, думать не о чём!»), возможно, «лебеди» и лишены здесь эмпатии и перспективного взгляда.
Хотя реально именно «лебедь» шантажирует, мучает и держит в тисках яйца партнёра. Мучения самого «лебедя» произойдут лишь в будущем — если правда вскроется — и эти мучения он по сути причинит себе сам, как вдова унтера Пришибеева, сама себя высекшая. Мучения его бедного партнёра-«развратника» происходят ежесекундно — или будут происходить, если он действительно попытается соблюдать всю жизнь требования белокрылого сумасшедшего.
«Лебедю» лгут?
Да, часто, но потому что «лебеди» построили перед этим мир, где иначе вообще почти ничего невозможно.

Что здесь мы имеем?
Конфликт сексуальной похоти и сексуальной ревности.
При этом первая страсть гедонистически конструктивна и в чистом виде приносит лишь удовольствие. Вторая — лишь ненависть и агрессию.
Если бы Инопланетные Летучие Мыши спросили у меня, какую из страстей немедленно во всём человечестве отключить, колебаний бы у меня не было.