Джейсон произнёс слова-пароль: «Блэк Хаус», и мгновение спустя их компания исчезла внутри сияющего вихря. Зелёный свет обволок, оставляя ощущение полёта сквозь пространство и время, пока дом рода Блэк не возник перед ними в полной величественной роскоши.

— Это ваш дом, сэр? — спросил Гарри, поражённо озираясь. Готически мрачные интерьеры дома на Гриммо словно давили на плечи, витражи и тяжёлые портьеры прятали свет, а воздух был пропитан старой магией.

— Прошу, — пригласил он, отступая в сторону. — Обратите внимание, мистер Поттер, вот на этот участок семейного гобелена. А вы, мисс Грейнджер, — на этот.

Гарри, нахмурившись, шагнул ближе. Его губы невольно поджались, когда он начал различать имена и силуэты потускневших портретов родственников, большинство из которых давно погибло. С каждым изображением на ткани память о семье становилась всё тяжелее.

Гермиона, напротив, застыла в удивлении. Её глаза распахнулись так широко, что казалось, она и сама не верит в увиденное. На тёмной, витиеватой ткани, среди гордых чистокровных фамилий стояло её собственное имя.

— Этого… не может быть, — едва слышно произнесла Гермиона, почти боясь оторвать взгляд от гобелена. — Моё имя… здесь? В этой семье?

Джейсон скрестил руки на груди и спокойно наблюдал за её реакцией.

— И тем не менее, мисс Грейнджер, вы видите его сами, — произнёс он ровно, будто констатируя факт. — Магическая ткань не ошибается.

Гарри, нахмурившись, сделал шаг ближе к подруге.

— Но это… это же невозможно. Гермиона — маглорожденная. Разве не так?

— Так ли это? — Джейсон чуть склонил голову, его голос звучал почти насмешливо. — На гобелен не вносят чужих. Он не рисует вымыслы. Всё, что там отображено, — истина, проверенная магией рода.

Гермиона резко обернулась к нему, её глаза метали искры.

— Тогда объясните! — голос дрогнул, но она заставила себя говорить твёрдо. — Как моё имя могло здесь появиться? Почему я?

— Ваш род куда старше, чем вы думаете, мисс, — спокойно сказал Джейсон, подходя ближе и указывая пальцем на витиеватую линию, уходящую дальше в ткани. — Сквибы, забытые ветви, отрезанные побеги… Иногда судьба решает напомнить о себе самым неожиданным образом.

Гарри смотрел то на неё, то на гобелен, совершенно сбитый с толку.

— Вы хотите сказать… что Гермиона — Блэк?

— Я говорю, что кровь говорит сама за себя, — мягко поправил Джейсон. — И что её имя здесь не случайно.

Гермиона стояла неподвижно, сжимая пальцы так сильно, что костяшки побелели. В её глазах отражалась борьба — привычная уверенность рушилась под натиском древней магии.

Взгляд Гарри метнулся выше, туда, где на гобелене мелькнуло знакомое имя. Он поднял руку и ткнул пальцем в тонкую золотую линию чуть выше ветви семьи Грейнджер.

— Это вы? — голос его прозвучал напряжённо. — Джейсон Орион Блэк… Вы дядя Гермионы? Родной?

— Да, — спокойно подтвердил бывший агент. — Хотя узнал об этом я только сутки назад.

Гермиона молчала, словно в полусне, пытаясь переварить услышанное. Щёки её порозовели, губы дрогнули, но она так и не нашла слов. Джейсон, видя её растерянность, продолжил ровным, деловым тоном:

— Сегодня я планировал говорить только с вами, Гарри, и предложить вам наставничество. Но уж если судьба так удачно свела нас здесь втроём, глупо упускать возможность решить два вопроса сразу.

Гермиона кивнула. Такой прагматичный подход был ей близок, и это внезапно помогло собраться.

— А какие планы у вас… на меня, сэр? — спросила она, не отводя взгляда.