— Так, ну и где гомункул? — лениво спросил он, переводя взгляд на раненого толстяка.

Петтигрю — а это, судя по всему, был именно он — начал извиваться, пытаясь отползти от Блэка подальше. Его маленькие глазки метались из стороны в сторону в поисках спасения. Землистое лицо блестело от пота и слёз.

— А давай я ему что-нибудь отстрелю? — предложил Майкл, демонстративно поднимая оружие. — А то мне уже жрать охота, а тут ещё целый вечер возится!

Вообще-то, Джейсон был с ним совершенно согласен. Ему тоже не улыбалось торчать на этом кладбище до ночи — сырость пробирала до костей, а запах свежевскопанной земли от разворошённых могил вызывал не самые приятные ассоциации. Но дело требовало завершения.

— Крикни китайцев, пусть обшарят тут всё, — сказал он Майклу.

— А зачем кричать? Вон они, уже почти подошли.

С дальнего края кладбища, из-за чёрных силуэтов старых тисов, осторожно выходили боевики китайской триады. Человек восемь, потрёпанные недавним сражением: у кого рукав в крови, у кого копоть на лице. Двигались они бесшумно, профессионально прочёсывая территорию, держа оружие наготове. Несмотря на потери, строй не сломался — дисциплина у людей мистера Чжана была железная.

Следом за ними шёл высокий кряжистый старик. Морфин Гонт — законный хозяин здешних земель. Широкоплечий, с тяжёлым крестьянским лицом и глубоко посаженными глазами, он выглядел так, словно сошёл со старой колдографии вековой давности. Седые космы падали на плечи, а в каждом движении чувствовалась угрюмая, первобытная сила.

Джейсон, не особенно церемонясь, начал паковать толстяка — заломил здоровую руку за спину, придавил коленом. Прервал его занятие только Хамелеон. Китаец подошёл ближе и тихо произнёс:

— Мистер Блэк, это и есть Питер Петтигрю. Тот самый, о котором я вам говорил. Это он подставил вашего племянника Сириуса.

Джейсон на мгновение замер, глядя на скулящее ничтожество у своих ног. Вот, значит, как выглядит предатель, значит, он не ошибся. Крыса в человеческом обличье.

— Занятно, — задумчиво протянул Майкл, подходя ближе. — Значит, правильно я сказал, что он нам денег должен. Заметь: агент даже не возразил. Значит, знал.

— Разберёмся, — по своему обыкновению коротко ответил Джейсон.

К ним приближался Гонт. В руках старый маг нёс свёрток — что-то небольшое, завёрнутое в тёмную ткань. Свёрток слабо подёргивался и издавал нечленораздельные звуки, от него тянуло чем-то неправильным, нездешним. Тёмной магией.

— Вот гомункул с остатком моего племянника, — мрачно сказал Гонт, протягивая свёрток Джейсону. Голос его был глухим, надтреснутым. — Надеюсь, миссис Блэк сможет дать ему покой.

— Да, она обещала. — Джейсон осторожно принял свёрток, ощущая сквозь ткань неприятное, почти живое тепло. — Вот только я тоже обещал ей гомункула для экспериментов.

— Дожил, — сокрушённо проговорил Морфин Гонт. — Осколок родного племянника Блэки раздаривают как презент жёнам.

— Это что, Тёмный Лорд?

Джейсон резко обернулся. Из-за обелиска со скорбящим ангелом выбрался Гарри. Худощавый подросток со взъерошенными чёрными волосами, в которых поблёскивали капли влаги. Зелёные глаза горели жадным любопытством.

— Ты что тут делаешь? — строго спросил его Джейсон. — По плану операции ты должен был уже быть у судейской трибуны! Переместился, отстрелялся и обратно. Мы ведь так договаривались?

— Ну, сэр... — Гарри развёл руками с обезоруживающей мальчишеской улыбкой. — Здесь ведь так интересно!

— Так, вали давай. Я тебе потом воспоминания покажу, — пообещал подростку Блэквуд, указывая в сторону кубка.

— Эх! — разочарованно протянул Гарри.

Он нехотя побрёл к Кубку Огня, поблёскивавшему в сумерках холодным голубоватым светом. Постоял секунду, бросив последний тоскливый взгляд на поле несостоявшегося приключения, и взялся за ручку портала.