Потерянная во льдах (джен)

Давно устаревший транспортный корабль «Кьюсибл» пришвартовался к посадочной платформе. Под брюхом откинулись створки и опустился трап. Шестеро юнлингов и падаван-наставник безо всякого юношеского задора сошли вниз. Великий магистр Йода поджидал их на платформе, чтобы подчеркнуть, очевидно, важность первой выполненной миссии.

Юнлинги сгрудились возле него, падаван остановился сзади и нервным движением руки пересчитал их по головам, будто сомневаясь, что все они действительно на месте: родианка с зелёной пупырчатой кожей; зелёный же наутолан с огромными коричневыми глазами и с множеством отростков на голове; иторианец с молотообразной головой на горизонтальной шее, выглядевший вечно сгорбленным; покрытый шерстью вуки; человек и не слишком отличающаяся от людей смуглая толотианка. Дроид-астромеханик серии «Реш-два» последним выкатился из проёма.

— Как прошла миссия ваша? Всем ли мечи собрать удалось?

— Асока п-погибла, — выпалил падаван.

— Печальна новость эта. Что же, пойдёмте. Не здесь её обсуждать.

Дроид-астромеханик издал жалобную трель.

С кряхтением Йода влез в репульсорное кресло и поднял его в воздух. Падаван и юнлинги через двадцатиметровую платформу, выдвинутую из стены Храма, прошли за ним в ангар. Падаван оглядывался каждые две секунды, будто боясь кого-нибудь потерять.

— Мечи всем из вас собрать удалось? — снова спросил Йода.

Падаван беспомощно посмотрел на него, а затем перевёл взгляд назад.

— Все собрали, Великий магистр, — ответила толотианка Катуни.

Падаван кивнул и махнул рукой в сторону толотианки: вот, мол, порядок.

— Джарен твоё имя?

— Да.

— С Асокой, значит, тебя отправили.

— Нет. В смысле, я из «бесхозных». Асока предложила. Чтобы не одной.

— Помню, рыцарь Тассу наставник твой был. В бою погиб.

Джарен кивнул. Йода, даже не смотря на него, мог бы по вспышке эмоций определить, что это так.

— Что же Асока Совет Первого знания не предупредила?

— Не знаю. Я не вдавался…

Они прошли через ангар, вышли в коридор и битком набились в турболифт, стараясь не попасть ногой под репульсор.

— Учитель сказал, чтобы я… я эвакуировал людей. А он остался…

— Никто не винит тебя, падаван юный, — сухо сказал Йода. — И в гибели Асоки разберёмся.

— Я всё сделал… как положено…

Остаток пути они молчали.

Турболифт остановился, раздвинулись двери. Юнлинги покинули кабину, за ними вылетел Йода и вышел падаван. Йода всё так же кряхтя спустился с кресла, открыл дверь и протолкнул кресло вперёд.

— Заходим, — сказал Джарен.

Юнлинги в полной тишине, нарушаемой лишь шуршанием одежды и редким неосторожным стуком обуви, вошли в комнату и растеклись вдоль глухих стен. Джарен остановился у входа.

Комната имела шестиугольную форму, из-за неплотно закрытых жалюзи на двух окнах пробивался свет. У левой дальней стены, под одним из окон, стояла крошечная кровать, под другим, справа — крошечный стол, и только два пуфика посередине комнаты имели нормальные человеческие размеры.

Дверь автоматически закрылась за спиной.

— Сесть надо. Разговаривать будем.

Юнлинги опустились кто где стоял и приняли позу для медитации. Джарен нерешительно прошёл вперёд, присел на пуфик напротив Йоды и завозился, не зная, куда деть ноги: оставить ли опущенными или втянуть в сапогах наверх — Йода сидел, забравшись на пуфик с ногами, — но всё же остался сидеть, как на стуле.

— Рассказывайте, случилось что.

— Она потерялась в метели. Отстала от группы. Она шла замыкающей и отстала. — Джарен сжал собранные в замок пальцы и на мгновение оглянулся, будто ища поддержки. — Я не мог бросить группу. Я бы не нашёл их. Мы не договорились о связи. Надо было каждому брать маячки, но кто же знал? Мы сопровождали группу вдвоём, и это казалось надёжным.

— Без неё улетели вы. — В словах Йоды не слышалось укоризны, просто старческий вздох.

— Я не мог гонять юнлингов, все устали. Я довёл их до корабля и попытался… У меня плохая чувствительность к Живой силе. Я не чувствую никого рядом. Она не отвечала на голосвязь. Видимость несколько метров, кого там можно было найти? Я вернулся и ждал сколько мог. Ветер усиливался и начал дуть в скулу. Астромех сказал, что нас может перевернуть при взлёте. — Джарен сидел, тяжело дыша, несколько секунд. — Иногда мне казалось, что кто-то бродит вокруг корабля. Я выскакивал, звал и — никого.

— Доверять чувствам своим надо, — дежурно пробормотал Йода.

— Я доверял…

— В храм подземный вернуться она могла.

— Нет. Не в её состоянии. — Джарен мотнул головой. — С ней что-то случилось. Похоже… она сошла с ума.

— Вот как?

Несколько секунд Джарен сидел безмолвно.

— Она вела себя… странно.

— С начала самого экспедиции вашей?

— Нет, сперва всё было в порядке. Мы прикалывались, толкались… Рассказывали юнлингам об Илуме. — Джарен опять оглянулся.

Девочка-толотианка кивнула.

— Да, всё было нормально. Мы не заметили ничего такого.

— Что-то случилось в подземном храме, — продолжил Джарен. — Там ведь поток Силы очень мощный. Мог он как-нибудь повлиять?

— Не бывало никогда такого, — ответил Йода. — Что случилось, рассказать ты должен.

— Ну… — Джарен вздохнул, — она пристала к Ганоди насчёт кристалла. Я так и не понял, чего она пыталась добиться.

— Она мне весь мозг вынесла! — слишком резко ответила девочка-родианка. — Как шла, что чувствовала, почему этот кристалл взяла, а не другой? А могла бы соседний взять или два сразу? Будто не верила, что я действительно свой кристалл нашла. Он мой, можете убедиться!

— Кричать не нужно.

Родианка обиженно развела в стороны верхние уши.

— Что же, никого более Асока вниманием своим не удостаивала?

— Мы опрашивали всех вышедших из пещер юнлингов насчёт успеха миссии. Обычные вопросы: как добыл, какие преодолел препятствия. Но её заинтересовал сначала Затт, затем Ганоди и последним — Петро.

— А что меня? — пробормотал Затт, наутолан с огромными коричневыми глазами. — Спросила, я ответил. Я не в обиде.

— Три раза об одном и том же, — уточнил Джарен.

— Если ей интересно было, то почему бы и не поговорить?

— Так о чём разговор вели вы? — продолжил Йода.

— Я собрал сканер для поиска кристаллов, но он ничего не показывал. Тогда я его отложил, сосредоточился и с помощью Силы нашёл кристалл, совсем рядом. Вот падаван Тано и спрашивала: на каком принципе должен был работать сканер, почему не получилось, вела ли меня Сила или просто так шёл. Да, куда прибор дел, тоже спросила.

— И куда же?

— Я его использовал… точнее, батарею, чтобы взорвать ледяную стену. И прибор с ней тоже взорвался. Всё равно он был бесполезен.

— Петро у нас остался.

— Я вообще случайно кристалл нашёл. Время кончалось, не знал, что делать. Сломал Силой ледяную стену, а там кристалл блестит…

— Он последний, ему ещё мало досталось, — вставила Ганоди.

— Я попросил её, чтобы не затягивала, — пояснил Джарен. — Она и на корабле могла бы с Петро поговорить.

— О чём же спрашивала тебя Асока?

— Да то же самое. Куда шёл, почему туда, что видел? Ломал ли другие стены? Почему именно в этой?

Великий магистр поднял взгляд на Джарена.

— Что общего в этих историях, сказать можешь?

— Другие трое шли прямо к своим кристаллам. Сила вела их. Биф должен был преодолеть страх, Гунджи — ждать, Катуни — взобраться на верхотуру. Как будто Сила приготовила каждому из них испытание, и он прямиком шёл к нему. А эти трое блуждали и как будто случайно нашли свои кристаллы.

— И каков этого смысл?

Джарен пожал плечами.

— Я не знаю.

Великий магистр пристально посмотрел на него.

— И на том основании решил ты, что умом она тронулась?

— Не только…

— Асока напала на него со световым мечом! — снова влезла Ганоди.

— Вообще это я первым активировал меч.

— Хм-м?

— После Ганоди она как будто совсем стала не своя. Кричала, что время выходит, а остальных юнлингов всё нет, что должны пойти и помочь им. Да, на три четверти вход в пещеры уже зарос льдом. Но я сказал, что это их Сбор, их испытание, что мы не имеем права мешать. А она надвигалась и говорила, что правила выдуманы, чтобы нарушать их, когда потребуется.

— Нельзя так споры между джедаями решать.

Джарен, вздохнув, расцепил руки и мелко потряс головой.

— Я просто не знал, что мне делать. Я думал, что ко всему готов, но… не к такому.

— Чем же дело кончилось?

— Гунджи вышел. И она переключилась на него.

Вуки недовольно заворчал. Великий магистр перевёл на него взгляд.

— Ну, не сердись. Драку безобразную они устроили, но ты молодец, что помощь спешил оказать, думая, что ситх пещеры штурмует.

Вуки пробурчал что-то примирительное на своём языке.

— Дальше что было?

— Всё, собственно. За ним вышли Катуни и Петро, с интервалом в минуту. Дверь совсем почти заросла, Катуни успела проскочить, а Петро сломал лёд… Это же нормально?

— Лёд всего лишь там, сломать можно, — ответил Йода, находясь как будто не с ними.

— Асока совсем успокоилась, и мы вышли, — последние слова произнесены были как будто в никуда.

* * *

Полупрозрачная, светящаяся фигура Асоки сидела на камне. Йода проковылял несколько шагов от входа в пещеру и остановился.

— Случилось что, сказать можешь?

— Джарен напал на меня. Стал пинать. Я не могла идти. А потом… Он…

— Что сделал он после?

— Он пинал меня. Я умоляла. Я не могла идти…

— Прости уж его. Не держи зла. — Йода тяжело вздохнул. — Не надо здесь ждать. Отпусти обиды и стань с Силой единой.

Фигура кивнула и медленно погасла, оставив пещеру в кромешной тьме. Йода развернулся и, опираясь на клюку, пошёл обратно по тоннелю к главному залу.

* * *

Через несколько минут, прошедших в полной тишине, Великий магистр поднял взгляд.

— Напал на Асоку ты. Бить её начал.

— Нет же! — испуганно вскрикнула Катуни.

— Да, это так, — проговорил Джарен, опуская взгляд. — Я остановил группу, приказал сбиться в кучку и отдохнуть, чтобы никто не слышал нашего разговора.

— И о чём же разговор был? — голос Великого магистра, как всегда, оставался ровным.

— Она шла первой и завела нас неизвестно куда. Я переспрашивал каждые две минуты, она отвечала, что всё в порядке, скоро выйдем к кораблю… а мы всё шли и шли. Тогда уже я начал понимать, что с ней что-то не так. — Джарен на секунду поднял взгляд и опустил снова, наткнувшись на непроницаемость Великого магистра. — И в конце концов она призналась, что заблудилась. Мы повернули обратно. Все устали, замёрзли, ветер едва не сбивал с ног, но юнлинги продолжали идти. А она… как будто ей стало всё равно. Она валилась с ног, бормотала, что больше не может…

— Не по-джедайски поступил ты.

— Я знаю, — глухо ответил Джарен, смотря в пол. — Я пытался хоть как-то заставить её идти. Ничто не помогало…

— Думал, безвольного поднять так можно?

Джарен покачал головой, не отрывая глаз от пола.

— Я не представлял, что мне делать. Я тащил её, тащил два рюкзака, чтобы не бросать припасы, если мы всерьёз там застрянем, и наблюдал за группой. А она падала, стоило её отпустить, и ныла, что больше не может. Я думал — всё, нам конец… И… не выдержал.

Джарен вспомнил, как кричал что-то, неслышное при вое ветра, размазывая по лицу застывающие слёзы. А затем нанёс удар — по мягкому месту, но какое оно мягкое у тогруты, состоящей, кажется, только из костей и сухожилий?

Он сглотнул. Горло перехватило нестерпимым стыдом.

— Мы вернулись в подземный храм с Асокой, все вместе, — подала голос Катуни. — Он сделал всё, что мог.

— Я поддался эмоциям, да, но я вытащил её. Я знаю, кости у тогрут хрупкие, но я ничего не сломал. Она могла ходить, всё было в порядке.

— Совет рассмотрит твои действия, падаван. Дальше что было?

— Мы отдохнули. Пусть было и холодно, но хотя бы без ветра. Асока взбодрилась. Сказала, что сможет пройти весь путь. Я теперь пошёл первым, она — замыкающей.

— Важную роль доверил ей. Пред тем сумасшедшей её посчитав.

— Она выглядела нормально. Не так, как раньше. Сказала, что врежет мне, если вдруг… снова… И больше не падала.

— Не падала, говоришь.

— Я оглядывался каждые полминуты. Нужно было сосредоточиться, чтобы почувствовать в Силе корабль и приглядывать за группой… Почему нам не выдали обычные сканеры и по персональному маячку?!

— Знали вы, куда направляетесь.

— Знали. И понадеялись на то, что мы же джедаи.

— Отстала она, значит, и найти не смогли?

Джарен помотал головой.

— Практически не искали. Я не удалялся от группы далее, чем на полсотню шагов. Следы заметало. А когда довёл юнлингов до корабля… — Джарен вздохнул. — Уже бесполезно. Я ходил. Осматривал все бугорки, но нет. И стало темнеть.

— Разбираться в случившемся будем. Идти вы можете.

Юнлинги начали подниматься.

— Великий магистр, а как вы узнали, что я… её ударил?

— Астральным телом на Илуме побывал. С призраком говорил там.

— Асоки? — Джарен, подавшись вперёд, на секунду замер. — Значит… Я понимал, конечно, но… Она же всегда выпутывалась!

— Слишком сильно по воссоединившимся с Силой скорбеть не следует.

Джарен кивнул.

— Она рассказала, что произошло?

— Призрак — всего лишь остаток разума это. Зациклена на одном событии.

— Ужасно, что я… Она просила её оставить вместо того, чтобы пытаться идти. Пусть из последних сил. Она никогда не была такой. Я не знал, что мне делать! И это всё, что она запомнила обо мне…

Сзади раздался тихий всхлип.

— Простила она тебя.

— Я себя не прощу.

Джарен встал и пошёл к выходу. Вуки жалобно завыл. Катуни промакивала слезу. Группа вышла в коридор. Джарен, ещё раз обведя их невидящим взглядом, побрёл к Залу тысячи фонтанов.

* * *

Иссани, зеленокожая твилечка, медитировала среди Хилакского бамбука. При приближении Джарена она открыла глаза, встала и потянулась так, что одежда очертила все выпуклости её тела. И тут же её лекки поникли, а улыбка сошла с лица.

— Асока погибла, — дрожащим голосом проговорил Джарен.

— Как? Я же разговаривала с ней! И не почувствовала ничего после.

— Далеко. Даже Йода не почувствовал. Вы поговорили, а затем всё пошло наперекосяк. Мы пошли обратно, заблудились в метели, вернулись, а затем она отстала. И всё. Как будто и не было никогда.

Исани, сделав шаг к Джарену, приобняла его одной рукой и положила другую ему на грудь.

— Успокойся, ты же сделал всё, что мог?

— Н-наверное… — И вдруг его лицо перекосило, как будто от боли. — Не знаю! А если нет?

Твилечка несколько секунд молчала, давая остыть эмоциям. Она всегда чувствовала, когда следует говорить, а когда нет, когда успокаивать, а когда дать пламени перегореть внутри.

— Что Совет?

— Мне без разницы, — нервно ответил Джарен, и голос его сорвался. — Я… Ты не против, если я поживу у тебя?

Губы Исани тронула лёгкая улыбка.

— Ну конечно. Я же давно тебе предлагала.

— Значит, без крыши теперь не останусь.

— В тепле и уюте, — промурчала твилечка, — окружённый заботой. Я хоть сейчас готова уйти.

— Пожалуйста, не торопись. Это часть твоей жизни… Может быть, удастся совмещать. Это мне здесь нет больше места…

Исани прильнула к нему, обвив руками и лекками, и, не обращая внимания на прогуливающихся в округе джедаев, поцеловала в губы.

Джарен не смог устоять перед мягким, тёплым прикосновением языка, но постарался разорвать контакт, как только это стало возможным.

— Ну всё… Хватит… Не здесь. Ты хороший джедай, и я не хочу, чтобы у тебя были проблемы.

Исани, отступив на полшага, вложила ключ-карту ему в руку.

— Вечером. Жди. Как только смогу освободиться.

— Тебя, возможно, спросят о разговоре…

— Как-нибудь разберусь. Небольшая ошибка молодости. — Она усмехнулась. — Помедитирую немного подольше, пока не осознаю глубину своих прегрешений.

— Думаешь, придётся рассказать, что… — Джарен понизил голос, — ты купила квартиру за кристалл?

— Не знаю… Они ведь чувствуют ложь. — Исани пожала плечами. — Но что они могут сделать? Я же джедай, и они джедаи. В крайнем случае развернусь и уйду.

* * *

Джарен вышел из заполненного растительностью зала с ручьями и фонтанами и направился к центру храма, к башням, не зная ещё, в какую из них в таких случаях следует обращаться. Навстречу ему вышли магистр Кеноби и Йода в неизменном репульсорном кресле. Джарен почувствовал, что это не случайная встреча.

— Джарен, мы должны задать тебе вопрос, — начал Кеноби.

— Не надо… Я сам всё скажу! — Джарен нервным движением сорвал с пояса рукоять светового меча и изо всех сил сжал её. — Я… виновник. Я всё подстроил! Пусть теперь валяется где-то во льдах!

Кеноби и Великий магистр, не моргая, смотрели на него.

— Вы догадались, — продолжил Джарен, переведя взгляд на Йоду, — я специально поставил её в хвост. Я понимал, что всё повторится. А затем почувствовал… я оглянулся раньше — её не было. Мы отошли совсем недалеко, я мог бы её найти… Но я пошёл дальше и забил тревогу только в следующий раз. Я никудышный джедай, заберите!

Он размахнулся и швырнул меч под ноги магистрам.

— Не следует символами джедайского единства разбрасываться.

— И у нас другой вопрос, — вступил в разговор Кеноби. — Мы зафиксировали вызов от Асоки через телекоммуникационный центр Храма. Персональный комлинк недостаточно мощный для этого, следовательно, она должна была вернуться на корабль.

— Она разговаривала из подземного храма. Астромеханик на корабле ретранслировал вызов. Она же никуда не двигалась без него.

— Значит, мы пошли по ложному пути. А с кем она разговаривала, не знаешь?

— С кем-то из подруг, но я не подслушивал разговор, понимаете ли.

— Да, конечно. У неё ведь их не так много?

— Вы и сами знаете! Если это был последний вопрос, то… мне пора… Я ухожу из Храма.

Развернувшись, он пошёл в обратную сторону.

— Подожди, падаван юный, — донёсся голос Йоды.

Джарен, стиснув зубы, продолжал идти.

— Остановиться ты должен.

Джарен резко развернулся.

— Ну что там ещё?

— В Совет назначений зайти следует.

Джарен пошёл обратно, мимо магистров, и злобно пнул всё ещё валяющуюся на полу рукоять своего меча. Она покатилась по длинному коридору и вылетела под ноги выходящему из-за угла джедаю, остолбеневшему на секунду от такого бесчинства.

* * *

В Совете назначений Джарен получил небольшое пособие и отказался от обучения гражданской специальности. Робототехнику он знал, навигацией и пилотированием владел, а другие сферы деятельности его не интересовали.

Квартира на средних уровнях Корусанта встретила пустотой с вечерним полумраком, и включенный свет не разгонял пустоту. Джарен сидел с датападом, просматривая вакансии. Платили мало, экономика разорванной войной галактики находилась в упадке. Годовой уровень инфляции достиг пяти процентов — сумасшедшая цифра, учитывая, что за предыдущее тысячелетие она составила менее пятидесяти. Сенат принял закон о дерегулировании деятельности банковского клана, и тот поднял ставки. Сенатор от Чоммеля, Амидала Наберри, выступала за ограничение закупок новых партий клонов, ссылаясь на то, что иначе экономика Республики рухнет.

Джарен поймал себя на том, что вместо поиска работы читает новости. Окончания всего этого не было видно.

Исани пришла около одиннадцати, пробежала через комнату к поднимающемуся навстречу Джарену, прильнула к нему и тут же отстранилась, совсем немного, так, чтобы соприкасались одежды, но не тела.

— Ты всё ещё коришь себя? — спросила она и, не дожидаясь ответа, продолжила: — А ты не думал, что, может быть, это… к лучшему? Она завидовала. Она собиралась разрушить наше счастье!

— Я не знаю. Ничего не понимаю, если честно. Мы ждали юнлингов, болтали о всякой ерунде. Ходили по залу, рассматривали фрески. Она в очередной раз рассказала о своей несчастной любви к этому малолетнему сенатору… А затем стала расспрашивать о нас, ну я и сказал, что ты предлагала съехать из Храма. И тут она взбеленилась… — Джарен потёр лоб. — Ты думаешь?

— Ну а что же ещё? Она прямо угрожала мне. Сказала, что расскажет Совету о моих «тёмных делишках», если не выложу ей всё.

— И ты рассказала?

— Что мне ещё оставалось? — Исани фыркнула. — Пришлось. Она бы точно не поверила в наследство от бабушки.

— А она?

— Докопалась, где да как, будто уже в Совете и ведёт расследование. Я же ничего плохого не сделала? Они же ничейные, правда? Пещеры ведь за пределами храма?

— Погоди… Она стала расспрашивать юнлингов о том же. Ты рассказала ей во всех подробностях?

— Конечно, нет! Насколько смогла, свалила на Силу. Пусть бы считала, что всё это предопределено.

— Совет этим вряд ли проведёшь, но логика имеется.

— И вообще, я кое-как от неё отвязалась. Ей же не давало покоя наше счастье!

— Раньше она так себя не вела.

— Просто не думала, что у нас всё получится. А сама намылилась на Ондерон! «Ох, Лакс! Мой Лакс! Разобьём путчистов и будем жить счастливо!»

Джарен вздохнул и провёл рукой вдоль лекку Исани.

— Не злись. Ей действительно пришлось нелегко. Хотя такое уже перебор…

Исани издала мурчащий звук и заговорила спокойнее:

— Вот именно… Ты будешь ужинать? Я принесла кое-что.

— Да, надо бы. Всё было не до этого.

— Ох, а у меня холодильник пустой. Ну, пошли!

Исани вышла в прихожую и взяла сумку.

— Ничего, завтра заполню, — сказал идущий вслед Джарен. — А что у нас там?

— Понахватала, что попалось в супермаркете. Но, думаю, повеселее храмовой каши.

— Я бы и каши… Сам не заметил, как проголодался.

— Ты хотя бы на корабле ел?

— Не-а. Отрубился, как только включил автопилот.

— Бедненький… Сейчас, только залью кипятком.

— Я одно не пойму, если её интересовал твой кристалл, то чего она докопалась… Погоди… — на минуту Джарен застыл в раздумьях. — Она спросила тебя, и ты сослалась на Силу. Затем она стала расспрашивать юнлингов, которых не вела Сила. Затем хотела войти в пещеры. Как будто ей самой нужен был кристалл.

— У неё и так два меча.

— Нет, будь ей нужен кристалл для меча, она сказала бы прямо. А здесь пыталась скрыть. И понадобился ей только после разговора о нас и о сенаторе.

— Хотела преподнести ему? Но зачем? Он не беден и вряд ли собрался носить корону с кристаллом.

— Но всё выглядит, как будто действительно так! И отстала… Может быть, для того, чтобы вернуться в пещеры?

— Значит, она сумасшедшая, — усмехнулась Исани. — Остаться на Илуме и без припасов…

— Я тоже подумал, что она не в себе… Но припасы… Она оставила там рюкзак! Сказала, что не может нести.

— Всё равно, это сумасшествие.

— Такое у неё случалось. Они со Скайвокером одинаковые психи… Ты не знаешь, когда следующая экспедиция на Илум?

— Наверное, улетела сегодня. Ты ведь оставил корабль у платформы, а не перегнал в космопорт.

— Мне нужно в Храм! — закричал Джарен, выскакивая из кухни.

— Зачем? Если она там, то еë найдут.

— Нет. Она ведь не хочет, чтобы еë нашли.

* * *

Бесконечная лестница с предхрамовой площади, выглядящая из окна аэроавтобуса небольшой ступенькой по сравнению с масштабами всего сооружения, закончилась. Джарен пробежал мимо статуй на верхней площадке, и стражи пропустили его внутрь. Выглядел он как растрëпанный падаван, опоздавший к отбою, да и в Силе ощущался примерно так же. Турболифт из вестибюля к центру двигался невероятно медленно, и, казалось, добежать пешком было бы быстрее.

— Великий магистр! — Джарен ворвался в комнату.

Йода поднял глаза от датапада. К счастью, он сидел за столом, а не спал.

— Присаживайся, падаван… бывший. Срочное дело у тебя, я вижу?

Порядок. Идеальный порядок в комнате, и такой же следовало соблюдать в мыслях и церемониях. Джарен прошёл на пуфик. Йода сел на соседний. Никаких глупых извинений по поводу позднего визита, говорить следовало только по делу, раз уж пришёл.

— Великий магистр, в храме на Илуме вы ведь начинали из центра зала?

Сердце бешено стучало. Джарен вспоминал, как тащил замерзающее безвольное тело, как кричал, злился, а сейчас многое бы отдал, чтобы пройти этот путь заново.

— Так это. Поток Силы там мощный. Над источником храм построен.

— А возвращались туда же?

Вход в пещеры находился со стороны, диаметрально противоположной выходу из храма, так что, возвращаясь, нельзя было не увидеть выход. Сердце стучало в совсем не приличествующем джедаю темпе, в глазах висела серая пелена.

— В то же место вернулся я.

— А рюкзак не видели у входа? Слева.

— Не было рюкзака.

— Точно? Или… — начав говорить, Джарен понял, что подвергает сомнению слова Великого магистра, но всё же пробормотал: — …не обратили внимания?

— Не было рюкзака там.

— Его Асока забрала… Она жива! Надо лететь на Илум. — Джарен сбивчиво выдыхал обрывки фраз, готовясь объяснять, доказывать, спорить.

— Магистр Кеноби сопроводит тебя. Да пребудет с тобой Сила!

* * *

«Кьюсибл» выходил из атмосферы планеты километрах в пятистах впереди по курсу.

— Они возвращаются.

— Нет, — взволнованно ответил Джарен, — нужно садиться!

— Сейчас свяжусь с ними и узнаю, что они видели. «Кьюсибл, говорит магистр Кеноби, ответьте»… «Кьюсибл, говорит Кеноби, ответьте мне»…

В эфире стояла тишина.

— Похоже, ты прав. Я свяжусь с Энакином.

* * *

Девушка-падаван остановила группу.

— Сейчас мы вернёмся в храм. Его легко найти по потоку Силы, так что мы точно не промахнёмся. У меня в рюкзаке есть горячий каф и печеньки. Они совершенно светлые, так что не бойтесь. — Девушка улыбнулась, насколько позволяла стянутая морозом кожа лица.

Вой ветра усиливался, переходя в надсадный, как у двигателя реактивного истребителя, свист.

— А затем снова? — спросил нахохлившийся, втянувший руки в рукава куртки юнлинг человеческой расы.

— Мы отогреемся, перекусим, и новый путь дастся нам легче.

— Там кто-то летит! — закричал другой падаван.

— Нет! Звук не двигается.

Стоящий рядом родианец сбросил капюшон и навострил все четыре уха.

— Движется. Только медленно. На одном двигателе.

— Надо туда!

— Юнлинги, стойте! — закричала падаван. — Постройтесь по двое. Идём на звук. Не растягивайтесь. Я позади колонны.

Она запыхалась, едва успевая за ретивыми малышами, пыталась их урезонить, подбадривала отстающих.

Звук усиливался. Впереди забрезжил свет. Из потоков падающего, поднимающегося, клубящегося снега появился падаван с факелом в руке. Поток пламени с оглушительным свистом бил метров на пять ввысь, теряясь в снежных вихрях.

— Вот вы где! — закричал падаван, пытаясь перекричать свист. — Все на месте?

— А вы кто? — спросил ближайший юнлинг.

— Я за вами! Небольшая накладка! Полетим на моём корабле.

— Не на «Кьюсибле»? А как мы соберём мечи?

— В Храме! Дольше помедитируете! Больше Силы в кристаллах! — выкрикивал Джарен.

— Да, все! Восемь юнлингов! — вступила в разговор падаван.

— Тогда идём! Я впереди! Ты — замыкающая! Ладно?

— Хорошо! Построились, юнлинги!

Джарен задержал взгляд на девушке.

— Всё в порядке? Я мог бы нести! Кого-нибудь!

— Вот точно не меня! Можешь погасить эту штуку?

— Нет! Ракетное топливо! Прогорит через полчаса! Наверное!

Джарен нащупал в кармане маячок, но почувствовал, насколько это будет неуместно — отказать ей в доверии. Он махнул свободной рукой, созывая всех за собой, и сделал шаг.

* * *

Великий магистр встречал экспедицию на посадочной платформе. Джарен бочком просочился мимо, надеясь, что юнлинги достаточно его отвлекут. Но магистр Кеноби увязался следом.

— Джарен, ты не поторопился с уходом? — заговорил он, когда они прошли наполненный летательными аппаратами и механиками ангар.

— Нет. Теперь точно нет.

— Но тебе больше не в чем себя винить.

— Важно, что сделал я, а не причины и не последствия. — Джарен мотнул головой. — И есть другие… обстоятельства.

Навстречу по коридору шла унылая Асока, конвоируемая Скайвокером. Джарен остановился.

— Чего уставился?

— Из-за тебя могли погибнуть юнлинги! Неужели тебе было всё равно?

— И что с того? Они будущие джедаи и должны преодолевать трудности. — Асока бросила на него взгляд и скривилась. — А тебя ещё не выпнули из Храма? Жа-а-аль!

— Она на тёмной стороне, — тихо пробурчал Скайвокер.

— Асока? Как?

— С тех пор, как этот маленький ублюдок… поцеловал меня… и связался с повстанческой командиршей, стоило оставить его на неделю!

— Надо было бороться, а не давать волю чувствам!

— О, я боролась! Ещё как! Я скинула её со скалы, делая вид, что пытаюсь спасти! И что? Ничего! Он всё равно не смотрел на меня! — Асока шумно вздохнула. — А когда узнала о ваших с Исани делах, то поняла, это мой шанс!

— Но зачем ему кристалл?

— Двенадцать кристаллов! Для планетарной оборонительной системы. Мы захватили чертежи, принадлежащие Дуку. Только следовало уменьшить станцию в несколько раз, слишком уж она непомерно огромная.

— И он оценил?

— Конечно! Я чуть не выпотрошила его после такой благодарности! Повесила на крюк вместо люстры и…

— Он жив? — воскликнул Кеноби.

— Она срезала одежду световыми мечами, — ответил Скайвокер, — так что он весь в шрамах. И... э-э-э… В общем, жить он будет, а любить уже вряд ли.

— Это плохо для репутации Ордена.

— Зато ему послужит хорошим уроком! — выкрикнула Асока.

— Ладно, Энакин, уведи её.

— Стойте! — закричала она. — А что с этими двоими?

Джарен повернулся к Кеноби.

— Исани на своём сборе, юнлингом, взяла лишний кристалл, а теперь продала его и купила квартиру. Она… не нарушила никакой из законов. Только правила Ордена. Если выгоните её, то она и сама не хочет оставаться.

— Вы не можете оставить это так!

— Асока, пойдём, — Скайвокер взял её за плечи и подтолкнул вперёд.

— Отпусти! Это не справедливо!

Джарен несколько секунд смотрел ей в спину.

— Погоди! А как же призрак?

Она остановилась и развернулась вполоборота.

— Подкрутила голопроектор. Меньше цвета, больше сияния.

— И Йода поверил?

— Ты встречал описание Призраков Силы в материалах за последнее тысячелетие?

— Я как-то не интересовался.

— А я смотрела. И не нашла ничего достоверного. Так что сошла бы любая подделка, но я готовила это для тебя, а не для Йоды, конечно.

— Зачем ты вообще меня потащила?

— Расспросить. Узнать побольше! Придумать, как тебя подставить! — Асока наклонилась вперёд, откинув лекки за спину. — Не знаю! Не могла больше смотреть на ваши счастливые рожи! И тут эта квартира, кристалл… Я поняла, что могу проделать то же самое!

— Так себе спектакль получился. А затем забрала рюкзак и на этом окончательно погорела.

— Нет! Я оставила всё на месте! И устроила заслон у первой же развилки, чтобы убедились, что я мертва, и не искали, если вернётесь. Уже думала, что всё, и вдруг откуда-то Йода…

— Значит, он ошибся… — пробормотал Джарен. — Старый маразматик…

— Или обо всём догадался, — раздался голос магистра Кеноби за спиной.

— Что? — вскинулся Джарен, оглянувшись. — Он совсем из ума выжил со своими испытаниями?

— Тем не менее ты прошёл его. Сила не даёт никому больше, чем тот может вынести.

— Он не достоин! — заверещала Асока. — Я всё про него знаю! Они ночевали с Исани, вместе!

Скайвокер повёл её дальше. Она вырывалась и продолжала выкрикивать обвинения.

— Может быть, всë же вернëшься? — спросил Кеноби. — Я давно собирался взять нового ученика.

— Меня? Я не лучший вариант.

— Чем больше ошибок ты совершил, тем меньше осталось на будущее, верно?

— Но… Нет… Что насчëт Исани?

— Она долгое время обманывала Орден. Но каждый имеет шанс на искупление. Мы рассмотрим еë вопрос.

— Спасибо, но мы откажемся.

— Ради сиюминутной страсти? Только не говори, что это не так.

— Даже если вы правы, почему это запрещено?

Кеноби задумчиво погладил бородку двумя пальцами с боков.

— Мне кажется, ты не видел нечто, развернувшееся у тебя перед глазами?

— Не все такие психи, как она! — вскричал Джарен и осëкся. — В общем, я тоже хорош. Но давайте поговорим как-нибудь после. Я до сих пор нормально не пообедал!

Кеноби рассмеялся.

— Идëм! Если ты сделаешь вид, что всё ещё падаван, тебя накормят в столовой Храма.

— Это лучше, чем несколько печенек на корабле, но вы вряд ли заманите кашей на свою сторону, — шутя, пробурчал Джарен.

Он несколько секунд шёл молча. Храм был его домом, не то холодное чужое помещение. Однако его семья ограничивала его свободу, и, возможно, пора было её покинуть. Вздохнув, он продолжил:

— Я посоветуюсь с Исани. И она будет в ярости…