Цена Верности (джен)

Жизнь калечит нас всех,

Оттесняет нас к краю,

Отбирая друзей

И врагов отбирая!

Силу наших атак…

Верность наших решений…

И последний мой враг —

В глубине отражений.

Он мне смотрит в глаза

Жестче всех моих судей…

Но дороги назад

Уже нет и не будет.

«Энтерпрайз»

Ржавые пятна пожаров с невероятной скоростью увеличивались, казалось, что совсем скоро они займут собой весь смотровой экран. Ни у кого уже не оставалось сомнений, что жизнь на единственном населенном материке этой планеты вскоре прекратит своё существование. Охлаждающие почву установки, размещенные десантными группами с «Энтерпрайза», со своей задачей уже не справлялись: торфяные почвы, покрывающие собой едва ли не всю поверхность материка, упрямо полыхали.

Аборигены — крупные гуманоиды с высокими костяными гребнями на головах — ещё пытались скрываться на немногочисленных каменистых участках, но вскоре пожар настигнет их и там.

Однако принимать более активное участие в спасении гибнущей планеты руководство Звездного Флота «Энтерпрайзу» категорически запретило, выслав сюда для этого научный корабль с представителями комиссии по первым контактам. Но сколько ещё придется ждать этот чертов корабль, никто из членов экипажа не знал.

Наблюдать, как гибнет целая цивилизация было чертовски болезненно, но ещё больней доктору Леонарду Маккою оказалось смотреть на застывшего у обзорного экрана капитана: столько вины, столько отчаяния плескалось в голубых глазах Джима, меняя знакомое лицо почти до неузнаваемости…

— Скотти? Мы можем с этим что-то сделать? — в угрюмой тишине, затопившей мостик, голос Джима прозвучал неестественно громко.

Монтгомери оторвался от пульта, бросив на Кирка виноватый взгляд.

— Нет, капитан. Если начнем тушить с воздуха, аборигены увидят корабль.

Джим раздраженно отмахнулся.

— Плевать. Я спрашиваю, можем или нет?

Инженер в нерешительности забарабанил пальцами по приборной панели, что-то обдумывая.

— Можем, — наконец выдохнул он. — Если распылить над очагами горения достаточное количество аргона… Аборигены сейчас на достаточно большом расстоянии, для них это должно быть безопасно.

— Тогда готовьте установки, — подобно выстрелу прозвучал пугающе спокойный голос капитана, на лице которого не отразилось и тени сомнений.

А ведь МакКой знал, что так оно и будет. Еще когда они последний раз связывались с руководством флота, уже тогда знал! И всё равно он не был готов, так и не придумал слов, которые могли бы остановить неизбежное. Но не попытаться всё равно не мог.

— Джим, на пару слов… — он молча увлек Кирка в коридор, где их не могли слышать. Тот нетерпеливо уставился на друга. — Ты какого хрена творишь?! Нам запретили! Эта цивилизация еще электричества не изобрела, а ты хочешь показать им звездолет в действии!..

— Не хочу! — отрезал Кирк. — Но еще меньше я хочу, чтобы смерть полутора миллиардов жителей была на нашей совести.

— Да опомнись ты! Первая директива не на пустом месте придумана!

Джим зло отстранился.

— Да её идиоты писали! Послушай, Боунз, здесь целая цивилизация погибает, а ты думаешь о каких-то очкастых ботаниках, сидящих по своим уютным кабинетам и пишущим всякую муть?!

— Да не думаю я о них! — сорвался Леонард. — Я не о них, я о тебе думаю! Тебя за Нибиру чуть на берег не списали, а сейчас ситуация посерьезней будет! И второй раз тебе такого не простят… Тебя спишут со Звездного флота, понимаешь ты или нет?! Ты же не сможешь без космоса…

«А я не смогу без тебя. Мы все не сможем… — мелькнула в голове обжигающая мысль. — Где же черт носит этого зеленокрового, когда он так нужен?! А впрочем, если Джим что-то решил, остановить его не смог бы и он».

— Знаю, — просто ответил самый молодой капитан в истории Звездного флота. Джим говорил тихо, но уверенность в его словах не оставляла никакой надежды на то, что он передумает. — Знаю. Но и сидеть сложа руки я сейчас тоже не могу. Да ладно тебе, Боунз, все будет отлично, прорвемся! — Кирк улыбнулся ему привычной солнечной улыбкой. Нужно было чертовски хорошо его знать, чтобы разглядеть за ней горький оттенок обреченности.

Говорить что-то ещё не имело смысла, Джим и сам всё понимал…

Глупо получалось: этот человек шёл на всё, чтобы только не признавать существования безвыходных ситуаций. Даже чертов тест взломал на третьем курсе… Да что там тест, он смерть сумел обмануть! Не без его, Леонарда помощи, правда…

А теперь его собственный Кобаяши Мару рыжим заревом расползался по обзорному экрану. Нельзя не вмешаться! А если вмешаешься, то вылетишь из рядов флота. А без флота Джиму никак нельзя… Вот уж действительно, безвыигрышный сценарий.