Вмешательство Лили (гет)

После визита в больничное крыло Гарри проводил Гермиону до башни родного факультета, а сам направился к профессору МакГонагалл.

— Профессор, вы не могли бы уделить мне несколько минут?

— Конечно, мистер Поттер, я всегда рада помочь студентам. Что-нибудь случилось?

— Я по поводу отработки, которую мне назначил профессор Снейп...

— Позвольте вас прервать, мистер Поттер, но я не отменяю наказания других преподавателей. Если у вас проблемы с профессором Снейпом — решайте их сами.

Юный маг вздохнул, немного подумал и произнес:

— Знаете, старшие ребята предупреждали, что к вам обращаться не стоит, но я надеялся, меня хотя бы выслушают, — соврал Гарри. Он и сам прекрасно помнил, что декана Гриффиндора не слишком интересуют проблемы собственных подопечных. Например, ему Минерва МакГонагалл помогла один-единственный раз — на собеседовании по поводу выбора профессии. Да что там говорить! При всей нелюбви к Амбридж декан Гриффиндора отказалась его выслушать, когда он пожаловался на кровавые перья. А история, когда ей сообщили, что кто-то собирается украсть философский камень? А что она сделала, когда почти все считали его наследником Слизерина, и студента с её собственного факультета травила едва ли не вся школа? А четвёртый курс, Турнир Трёх Волшебников и эти чёртовы значки?

— Мистер Поттер, разговаривая с преподавателем, вы должны проявлять уважение. Я не собираюсь беседовать со студентом, который разговаривает подобным тоном.

— Уважение нужно заслужить, профессор. Вам не нравится мой тон? Тогда позвольте вам помочь. Я немедленно покидаю Хогвартс. И не забудьте вернуть мне деньги. Всего хорошего, профессор. — Гарри вышел из кабинета.

«Раз, два, три», — начал он считать про себя, шагая по коридору.

— Мистер Поттер, немедленно вернитесь и объясните своё поведение, — раздался строгий голос.

Тот мысленно хихикнул, развернулся и ответил:

— Не вижу смысла что-то объяснять человеку, который не желает слушать. У вас был шанс, профессор, а у меня нет привычки давать второй.

Услышав такое, МакГонагалл подошла к строптивому студенту, взяла его за руку и привела обратно.

— Хорошо, мистер Поттер. Прошу прощения. Будьте любезны, расскажите, что именно случилось?

— Как я уже говорил, профессор Снейп назначил мне отработку, но я не собираюсь на неё идти.

— Мистер Поттер, вы не можете нарушать школьные правила!

— Профессор, почему я знаменит?

— Какое это имеет отношение к проблеме? Да, вы — Мальчик-Который-Выжил, но это совсем не значит, что у вас — особые права, и вы можете игнорировать наказания.

— А разве я что-то такое говорил? Скажите, я ведь победил Волдеморта, будучи практически младенцем?

— Да, мистер Поттер, но я по-прежнему не вижу...

— И, раз уж я несу ответственность за смерть Тёмного лорда, можно предположить, что его последователи не питают ко мне нежных чувств. Больше того: заполучив шанс навредить мне, они запрыгают от радости. Верно?

— Мистер Поттер, для подобных опасений нет никаких оснований. Не забывайте: Хогвартс — самое безопасное место в магической Британии.

— Ага, а профессор Снейп пялится на меня с ненавистью просто так? И даже не пытается это скрывать! И вот сегодня он не упустил возможность унизить меня и влепить отработку. А если вспомнить, что раньше я с этим человеком был незнаком, предполагаю, что он — Пожиратель смерти, и винит меня в смерти своего хозяина. Следовательно, я отказываюсь ходить на отработки к приспешнику Волдеморта. В конце концов, речь идёт о моей безопасности!

— Мистер Поттер, если вы кому-то не нравитесь, это ещё не значит, что вас ненавидят, а этот человек — Пожиратель.

— Профессор, не нужно держать меня за дурака. Если человека воспитали маглы, это совсем не значит, что о магическом мире ему ничего не известно. Как только я узнал, что знаменит, сразу же захотел выяснить причину. Суды над Пожирателями магическая пресса освещала весьма активно, и за небольшие деньги я легко раздобыл подшивку «Пророка» десятилетней давности. И когда шёл процесс над Пожирателем Каркаровым, выяснилось, что профессор Снейп — тоже Пожиратель смерти. И от Азкабана его спасло только вмешательство директора Дамблдора.

— Мистер Поттер, во время войны профессор Снейп очень нам помог. Я уверена, он не собирается вам вредить. Да и директор Дамблдор полностью ему доверяет.

— Извините, профессор, я очень рад за директора, но у меня другое мнение.

— Мистер Поттер, мы ведь говорим о профессоре Дамблдоре! У вас нет никаких оснований ему не доверять!

— Профессор, мне отлично известна репутация директора, но родители учили меня судить о человеке на основании собственного опыта, а не каких-то слухов. А единственное, что пока я слышал от директора — четыре каких-то дурацких слова плюс запрет появляться в коридоре на третьем этаже. И после такого я обязан ему доверять?

МакГонагалл тихо застонала. Она знала, что рано или поздно любовь Альбуса к эксцентричным выходкам выйдет ему боком, но совсем не ожидала, что этим «боком» окажется первокурсник. А коридор на третьем этаже — вообще не та тема, которую она станет обсуждать со студентом.

— Даже если так, вы всё равно не имеете права игнорировать наказание.

— Что ж, коли так, я вполне могу покинуть Хогвартс. И более чем уверен, что домашнее образование — ничуть не хуже. А если что — можно уехать во Францию. Говорят, в Шармбатоне тоже неплохо учат.

— Мистер Поттер, а как же ваши родители? Они хотели, чтобы вы учились в Хогвартсе!

— Пытаясь защитить меня от Волдеморта, они погибли. Думаю, прежде всего они хотели, чтобы в школе мне ничего не угрожало. И одобрили бы, если бы я решил уйти из школы, где преподаёт Пожиратель. Он вполне может привязать меня к кипящему котлу и изнасиловать, а благодаря парочке лечебных заклинаний и Obliviate я даже не вспомню, что со мной сделали. Короче, я отказываюсь так рисковать.

— Следите за своим языком, мистер Поттер, — отрезала Макгонагалл. — Я не хотела этого говорить, но профессор Снейп ненавидит вас не потому, что он — Пожиратель. — Тут она немного смягчила тон. — Причина в другом: когда они и вашим отцом учились здесь, то сильно друг друга недолюбливали, а вы очень похожи на Джеймса.

— И вы считаете, что третировать студента только из-за нелюбви к его отцу — это нормально? Потрясающий профессионализм! А чего мне ожидать от других профессоров? Они тоже припомнят мне обиды на человека, который мёртв уже десять лет?

— Я не это имела в виду, мистер Поттер, — декан Гриффиндора явно рассердилась.

— Тогда объясните, профессор, почему я должен терпеть такое поведение профессора Снейпа? И предупреждаю сразу — после сегодняшней истории ноги моей на его уроках больше не будет.

— Зелья — обязательный предмет, который входит в СОВы, мистер Поттер.

— Я уже видел, как преподаёт профессор Снейп. Лучше изучать предмет самостоятельно — толку будет намного больше. Поэтому если я решу остаться в Хогвартсе, буду настаивать, чтобы мне вернули деньги за этот предмет. В конце концов, мне нужно будет платить другому преподавателю.

— Мистер Поттер, может, хватит угрожать? Вы не можете просто так бросить Хогвартс!

— Почему, профессор? Насколько я помню, это школа, а не тюрьма.

От возмущения МакГонагалл застыла с раскрытым ртом. Сейчас её распирали два желания: пойти и удавить Снейпа, который ухитрился так начудить, и побиться головой о стенку.

Минерва прекрасно понимала: если Мальчик-Который-Выжил покинет Хогвартс, не проучившись и недели, пресса сожрёт её с потрохами. А если мистер Поттер заодно заявит, что бросает Хогвартс потому, что не чувствует себя здесь в безопасности… Да это же несмываемый позор! Мерлин, стоит только представить, что напишет та же Рита Скитер, как моментально появляется желание напиться.

— Мистер Поттер, похоже, вряд ли я смогу вас убедить, что профессору Снейпу можно доверять. Лучше скажите, что нужно сделать, чтобы вы не покинули Хогвартс?

— Для начала — пусть профессор Снейп держится от меня подальше. Заодно запретите ему снимать с меня баллы и назначать наказания. Я вообще не желаю с ним разговаривать. Лучший вариант — помогите мне нанять другого преподавателя. А если нельзя, буду изучать зелья самостоятельно. Кстати, экзаменовать меня тоже должен кто-то другой, ведь профессор Снейп и объективность — вещи несовместимые. Если опять-таки нельзя, я не собираюсь сдавать годовые экзамены, а просто начну готовиться к СОВам и ТРИТОНам, которые принимает специальная комиссия из Министерства.

— Хорошо, мистер Поттер. Я поговорю с директором, и мы решим, чем можем вам помочь.

— Пожалуйста, профессор, сообщите о результатах как можно скорее. Если придётся переводиться в другую школу, не хочу напрасно терять время.

* * *

Едва не сорвав дверь с петель, декан Гриффиндора ворвалась в кабинет Дамблдора и буквально прокричала ему в лицо:

— Альбус, уволь этого сальноволосого идиота к чертям собачьим! Я даже не представляю, чем он думает, и думает ли вообще!

— Сальноволосый идиот? Ты о ком, Минерва? — переспросил озадаченный директор.

— А у нас много сальноволосых идиотов? О Северусе, конечно! Я хочу, чтобы он, чёрт подери, объяснил, чем думал сегодня на уроке. Благодаря его выходкам последний час я потратила на то, чтобы убедить Гарри Поттера не бросать Хогвартс!

— ЧТО?! — завопил потрясённый Дамблдор. Он был более чем уверен, что Гарри не захочет возвращаться к унижавшим и оскорблявшим его маглам. И считал, что даже предвзятости Северуса недостаточно, чтобы довести мальчика до такого. Альбус прекрасно понимал, что у зельевара обязательно возникнут трения с сыном Джеймса Поттера, но не рассчитывал, что Гарри сорвётся настолько быстро. Размышления директора прервал Фрэнк Лонгботтом, голова которого появилась в камине.

— Альбус, можно войти?

— Конечно, мой мальчик, я всегда рад тебя видеть, — ответил хозяин кабинета, радуясь, что разборка с Минервой откладывается. Секундой спустя Фрэнк вышел с камина.

— Что тебя сюда привело, мой мальчик?

— Для начала вы должны объяснить, каким образом мой сын оказался в больничном крыле после первого в его жизни урока зельеварения! А потом я хочу услышать, о чём думал ваш ручной Пожиратель, когда оскорблял наследника семьи Лонгботтомов перед всем классом. В частности, когда обзывал Невилла "идиотом".

— Что-что он сделал? Значит, за один урок он ухитрился оскорбить сразу двух гриффиндорцев? Вызови его, Альбус, я хочу услышать объяснения, — со злостью потребовала притихшая было МакГонагалл.

Теперь тихо застонал Дамблдор. Кажется, ситуация из просто плохой превратилась в критическую. Действительно, о чём думал Северус, когда издевался не только над Мальчиком-Который-Выжил, но и над сыном аврора Фрэнка Лонгботтома, чья ненависть к избежавшим наказания Пожирателям успела стать притчей во языцех? Злить такого человека — явно не самый умный поступок в жизни Северуса.

* * *

Как только Гарри вышел из общей гостиной Гриффиндора, направляясь на обед, его сразу же окликнул Невилл, которого мадам Помфри уже успела поставить на ноги.

— Гарри, погоди. С тобой хочет поговорить мой отец. — Первокурсника сопровождал мужчина, на которого Невилл был очень похож.

— Привет, Гарри, рад тебя видеть. Последний раз мы встречались, когда ты был младенцем. А когда твои родители приходили к нам в гости, вы с Невиллом часто играли вместе.

— К сожалению, этого я не помню, сэр, но всё равно очень приятно с вами познакомиться.

— Гарри, пожалуйста, никаких "сэров". С твоими родителями мы были близкими друзьями, так что вполне можешь звать меня "дядя Фрэнк". Поверь, мне будет очень приятно.

— Конечно, сэр, то есть дядя Фрэнк, — улыбнулся мальчик.

— Хочу тебе сообщить, что как только услышал про ваш первый урок зельеварения, сразу же поговорил с директором. И решил нанять для сына другого преподавателя. А потом я узнал, что сегодня пострадал не только мой наследник. Так что, если хочешь, можешь к нему присоединиться.

— Папа буквально разорвал Снейпа! Жаль, что я этого не видел, — вмешался довольный Невилл.

— Правда? Отличная новость! Только я тоже хочу оплачивать преподавателя.

— Нет-нет, деньги уже заплачены, а ему всё равно, сколько студентов обучать. Думаю, Невилл оценит твою компанию.

— В таком случае, вы не против, если я приглашу нашу подругу Гермиону?

— Чем больше — тем веселей, Гарри. Каждую субботу у вас будет по два урока. Детали я сообщу Невиллу, а он передаст тебе. Кстати, тётя Алиса будет очень рада тебя видеть, поэтому мы приглашаем тебя и твоих опекунов на ужин. Например, на рождественских каникулах.

— Я напишу им, сэр.

— Помни, я — дядя Фрэнк, а никакой ни "сэр". А теперь идите обедайте. Ближе к Рождеству жду от тебя сову.

— Спасибо, дядя Фрэнк.

— Не стоит. Кстати, я слышал от Невилла, что твои опекуны — маглы, поэтому если тебе нужен совет о волшебном мире — обращайся в любое время. А если в будущем возникнут проблемы с преподавателями, настоятельно прошу немедленно сообщить мне. Я сразу же приду.

Гарри был невероятно счастлив увидеть Фрэнка Лонгботтома живым и здоровым. В его воспоминаниях Фрэнк и Алиса оказались парой пациентов в психиатрическом отделении больницы святого Мунго. Мальчика очень порадовал шанс познакомиться с этой четой поближе. Так что на обед сейчас шёл необычайно довольный Гарри Поттер.