Младший магистр (гет)

Жизнь продолжалась. Регулярно выходили в эфир все новые и новые выпуски Поттеровского дозора, показывая, что Светлая сторона не сдалась под напором Тьмы и продолжает борьбу. Правда, поскольку радио было подпольным, полный текст выступлений был мало кому известен. А вот отдельные цитаты, надерганные из передач Дозора, и соответствующим образом прокомментированные, регулярно появлялись в Ежедневном пророке в статьях за подписью Младшего магистра Вальпургиевых рыцарей и стремительно разлетались среди публики в качестве крылатых выражений. Особенно полюбилось в народе высказывание Младшего магистра о том, что «Гарри Поттер — мелкий персонаж эпохи Рональда Великолепного». Рон бесился, но сделать ничего не мог. Высказывания «этого проклятого гада и его пожирательской подружки» неизменно оказывались гораздо популярнее, чем те рассказы, которые он старательно писал, временами — под диктовку Луны Лавгуд.

Страна успокаивалась. Воспоминания о кровавой войне Темного лорда постепенно уходили в прошлое. И достаточно редко появлялись в Ежедневном пророке сообщения вроде следующего:

«С прискорбием сообщаем, что ушел из жизни известный аврор Аластор Грозный глаз Грюм. Его тело было найдено в его собственном доме после сообщения соседей от распространяющемся оттуда «плохом запахе». Прибывшие на место происшествия глава аврората мистер Антонин Долохов и глава департамента магического правопорядка миссис Антонин Долохов, а также приглашенный ими в качестве эксперта по темной магии профессор Хогвартса Северус Снейп следов применения темной магии либо опасных для здоровья зелий — не обнаружили. Колдомедик аврората, Эдвард Тонкс сообщил, что, по всей видимости, организм пожилого инвалида просто в какой-то момент не выдержал нагрузки.

— Деятельность Аластора во времена войны была… неоднозначной, — сообщил изданию мистер Антонин Долохов. — Однако после войны он подготовил для аврората множество высокопрофессиональных сотрудников. И мы сожалеем о его смерти и выражаем соболезнования всем его ученикам и товарищам.

Ежедневному пророку остается только присоединиться к соболезнованиям».

Несмотря на некоторое благодушие верхушки Ордена Вальпургиевых рыцарей, некоторые рядовые участники организации, в особенности — те, которые понесли «высочайшее порицание» после нападения на семейство Уизли, дико бесились, когда им становились известны высказывания Поттеровского дозора в их адрес, и один за другим составляли планы того, как выследить и схватить «этих мерзких клеветников». Однако, действовать без одобрения Великого магистра ордена данные деятели как-то не решались. Воспоминания о целительных круциатисах, последовавших за предыдущей попыткой самостоятельных действий как-то не спешили изглаживаться из памяти. А в ответ на обращения к Риддлу за одобрением данных планов, тот спокойно отвечал, что «данное направление курирует Младший магистр, и он, Великий магистр, не собирается вмешиваться в каждую мелочь».

Между тем, сам Великий магистр Ордена Вальпургиевых рыцарей, хотя и не забрасывал свою деятельность на посту исполняющего обязанности министра магии, но основное свое внимание уделял совершенно другому. Хотя ритуал побратимства и прояснил его сознание, но расколотая душа с трудом удерживала здравый рассудок. Так что большую часть времени Риддл посвящал тому, чтобы разработать ритуал, который позволит ему сохранить свою личность. Ритуал оказывался сложным и опасным, и требовал непременного участия врага Риддла, причем — добровольного и осознанного, и включал в себя еще несколько столь же трудновыполнимых условий. Но магические трудности — это не то, перед чем склонен был останавливаться Великипй маг, так что подготовка к ритуалу медленно но верно продвигалась. И вот однажды…

Пентаграмма поражала своей сложностью. Поскольку ритуал был начат, линии колдовского рисунка светились кровавым светом, освещая собравшихся, ближайших соратников Темного лорда, его Внутренний круг: Младшего магистра с подругой (оба были в масках), чету Долоховых, старшего и младшего Малфоев и Северуса Снейпа. Все присутствующие стояли на указанных им местах в круге, ограничивающем внутренную часть пентаграммы, на расстоянии вытянутой руки от стоявшего в центре Великого магистра. Риддл стал читать литанию, и медленно поворачиваться вокруг себя, внимательно вглядываясь в остальных участников ритуала и старательно запоминая их. Когда же он повернулся спиной к Снейпу — началась следующая фаза ритуала. Снейп поступил именно так, как от него и ожидалось, пусть даже сам он и не знал, что играет свою роль в точном соответствии со сценарием. Так что преподаватель зелий и Защиты от Темных сил даже сам удивился, когда ему никто не помешал, и выхваченный из рукава кинжал с посеребренным лезвием вошел в спину Тому.

— Ты мог убить меня мгновенно, — прохрипел Риддл, захлебываясь собственной кровью. — Почему не сделал этого?

— Тогда Вы, милорд не успели бы убить третьего виновника гибели Лили, — ответил Снейп, даже не пытаясь достать палочку, и спокойно ожидай, когда один из собравшихся прикончит его, оборвав, наконец, давно опостылевшую жизнь.

— Авада Кедавра, — согласно кивнул Том, и замер, когда зеленый луч коснулся груди Снейпа. — Белла… ты… — с тяжелыми паузами прохрипел умирающий, — знаешь… что… делать!

После этого Риддл выронил палочку и улыбнулся. Его дыхание прекратилось.

На мгновение перед глазами Гарри промелькнули две картины: черноволосый подросток, с недоумением разглядывающий стандартное письмо ученику Хогвартса, и разлинованный листок бумаги со словами: «А.П.Б.В. Дамблдору от Т. М. Риддла Заявление. Я многое видел и многого достиг с тех пор, когда я покинул Хогвартс…»

Но видения исчезли, и осталась только реальность: прижимающаяся к нему в ужасе девушка и Белла, неторопливо поднимающая палочку.

— Магистр умер, — провозгласила та, что была ужасом всех врагов Темного лорда в течение долгого времени. — Да здравствует Магистр!

И сорвавшийся с палочки Неистовой Беллатрикс Фейерверк осветил обнявшуюся парочку.