Жить Вопреки (джен)

Бой продолжается,

Мой бой продолжается,

Мой бой!

группа Ария

"Нет... Не может быть... Он лжет, лжет, эта красноглазая тварь лжет! Гарри не умер, нет... Волдеморт лжет! Лжет! Не верю!" — в отчаяньи думала Гермиона, до крови закусывая губу, чтобы не закричать от разрывающей её сердце пополам боли.

Тем временем Темный Лорд продолжал разглагольствовать о том, какой же он великий да непобедимый и насколько жалок был их Избранный. Но Гермиона не слышала его, она, впав в какое-то странное оцепенение, казалось, совершенно не могла отвести взгляд от неподвижного, больше похожего на тряпичную куклу тела её лучшего друга, которое трясущийся от рыданий Хагрид бережно положил перед ногами Волдеморта.

"Нет, нет, нет... А ведь в этом виновата и я! Я же знала его лучше, чем кто-либо другой. Я должна была догадаться, что он сделает это, сдастся, чтобы этот чертов Реддл не продолжил кровопролитие. Ведь Гарри не был бы Гарри, если бы позволил людям умирать за него. Почему я его не остановила? Почему? Почему я не была рядом с ним, когда была больше всего ему нужна? Почему мы с Роном не обратили внимания на то, что он не пошел за нами в Большой Зал, где собрались почти все оставшиеся в живых защитники Хогвартса, чтобы оплакать умерших и подлатать раны? Зачем, Гарри, зачем? Что же нам теперь делать? Ведь пока ты был жив, у них была надежда, надежда на победу! Все мы были готовы сражаться! И несмотря ни на что, никто не собирался сдаваться! Никто..."

* * *

"Нет, Гарри, нет, ты не мог умереть! Нет! Черт, Поттер, ты не мог меня бросить! И как мне теперь жить? Я же ведь любила тебя, любила... Да, впрочем, и до сих пор люблю. Ведь если бы я тебя по-настоящему не любила, а любила бы только символ, Мальчика-Который-Выжил, а не тебя настоящего, как ты, признайся, опасался, то почему же мне кажется, что какая-то часть моей души умерла вместе с тобой? Почему же тогда моё сердце буквально разрывается на куски от боли, стоит мне только посмотреть на твое бесчувственное, изломанное, кажущееся сейчас таким по-детски хрупким тело... Зачем, Гарри? Зачем? Что же мне теперь делать? Что нам всем теперь делать? Знаю, ты хотел таким образом все прекратить, но... Ты серьезно думал, что он пощадит нас? И даже если он и пощадит, оставит нас в живых, то мы будем его рабами, Гарри. Нет, уж лучше умереть и быть вместе с тобой, чем быть живой, но жалкой и презренной шлюхой, Пожирательской подстилкой, об которую все вытирают ноги!" — думала рыжеволосая девушка, судорожно сжимая в руке волшебную палочку. Она приняла решение.

* * *

"Нет, Моргана вас всех подери! Этого не может быть! Да что они все, с ума посходили?! Гарри не мог умереть! Он же чертов Мальчик-Который-Выжил! Это какой-то хитрый план... Сейчас он встанет, сейчас... Он жив, жив, просто притворяется, выжидает удобный момент, чтобы атаковать Лорда. Ну же, Поттер, Мордред тебя подери, поднимайся! Покажи этому змеемордому, сотри же с его дьявольской рожи торжество! Ну, же, Гарри, прошу! Без тебя нам же всем хана! Гарри!"— думал Рон Уизли, все ещё с замиранием сердца ожидая, что его лучший друг поднимется. Но тот, как назло, оставался недвижим. Казалось, в тот день даже небо было как никогда глухо к мольбам.

* * *

Битва продолжалась. Пусть мальчик, на которого возлагали столько надежд, был мертв, но вера все ещё жила в сердцах людей. Они знали — их Избранный погиб не зря. Их дух был не сломлен, нет. Никто не сложил оружия, никто не хотел сдаваться, надеясь на милость врага, достойнее которой, пожалуй, была смерть. Все они слишком долго ждали этого часа, часа битвы с человеком (который давно уже потерял право именоваться им), принёсшим в их дома лишь боль, смерть и разрушение. Уже поздно было отступать, слишком поздно. Пусть их было слишком мало, они были измотаны и обескровлены, но их вперед вел не страх перед Лордом, как Пожирателей, а воля к жизни, к победе, сильнейшее желание покончить с владычеством Волдеморта, и пусть даже ценой собственной жизни обеспечить своим детям мирное небо над головой.

* * *

Пожиратели отступали. Ещё каких-то пару минут назад армия Волдеморта успешно теснила немногочисленные остатки защитников школы, но все кардинально изменилось, когда в бой за Хогвартс вступили кентавры и домовики. Теперь отступали, вернее, уже в ужасе бежали с поля боя сами Пожиратели Смерти.

Вскоре поле битвы плавно переместилось с опушки Хогвартса, находящийся напротив Запретного Леса, в Большой Зал, впрочем, к тому времени сражение почти утихло. Остались только две крупные сражающиеся группы: Беллатриса и три её противницы — Гермиона, Полумна и Джинни — и Волдеморт, также сражающийся с тремя одновременно — Кингсли, МакГонагалл и Слизнортом. Остальные теперь выступали только в качестве зрителей, с интересом наблюдающих за происходящим.

Короткий взмах палочки, холодный голос Беллатрисы, и яркий зеленый луч пронзил грудь Джинни Уизли. И вот уже девушка падала медленно-медленно на холодный каменный пол. Послышался тихий стук удара маленького тела. Остекленевшие серые глаза смотрели в зачарованный потолок, и яркие, огненного цвета волосы осторожно шевелил ветер. Она была мертва.

— Нет! Мерзавка, ты убила мою дочь! — кричала Молли Уизли, выхватывая свою волшебную палочку, и отрывисто бросила Полумне и Гермионе: — Прочь с дороги! Я разберусь с ней сама!

И вот уж две сильные волшебницы сошлись в битве, в битве не на жизнь, а на смерть. Их палочки накалились до предела, обмен заклинаниями не прекращался ни на секунду. И вот Беллатриса упала — мать отомстила за смерть дочери.

— Нет! — вскричал Темный Лорд, увидевший смерть своей последней и самой верной соратницы, его противники отлетели от него как сухие листья. — Авада Кедавра!

Зеленый луч беспрепятственно пронзил грудь Молли Уизли, потому что некому больше было поставить щитовые чары, ведь Гарри Поттер был мертв, и Молли, сраженная смертоносным заклинанием, упала рядом с дочерью.

— Нет! Мама, нет! Авада Кедавра! — в слепом отчаяньи воскликнул, ни на что особо ни надеясь, Рон Уизли, чисто интуитивно направивший волшебную палочку прямо в спину Лорда. И, что неожиданно, он попал.

Невилл успел уже к тому времени покончить с Нагайной. Теперь Темный Лорд был мертв окончательно. Дамблдор всё же оказался прав: Волдеморта победила любовь, точнее любовь Рона Уизли к матери.