Раван, Сита, Рам (Рамаяна кункнов) (гет)

Через пять дней после того, как у Ситы начались месячные — первый раз в Аюдхе, — она совершила очистительное омовение в ближайшей реке и надела новые одежды. Она приготовила вкусный ужин для своего дорогого мужа. Сначала Сита подала еду ему, а потом принялась за ужин сама. Наступила ночь. Сита постелила кровать. На мягкой перине Рам и Сита долго разговаривали. В ту ночь она забеременела.

Сита очень обрадовалась такому прекрасному повороту в ее жизни, и Рам, конечно же, был доволен, когда услышал эту новость.

Кайкаучала узнала, почему Сита и Рам кажутся такими счастливыми, и ее охватила зависть. Сначала Рам стал царем Аюдхи, а теперь вот к нему и Сите пришла новая радость! Кайкаучала не могла выносить счастья этой пары. Сейчас она злилась уже не на покойного Дашратха, а на самого Рама. Она долго думала над тем, как ей настроить его против своей жены, и, наконец, придумала. Она сказала Раму, что Сита на самом деле была счастлива на Ланке и скучает по тем временам, когда жила там. Рам пришел в ярость от такого предательства, даже не задумавшись над тем, может ли это быть правдой. Он решил изгнать Ситу в лес.

Рам позвал Лакшмана и приказал ему выполнить это решение. Лакшман был совсем не рад такому приказу, но не мог возражать рассерженному старшему брату.

Лакшман встретился с Ситой и предложил ей прогуляться за городом. Сита удивилась такому предложению — раньше Лакшман никогда не предлагал ей уйти куда-то с ним из дворца. Но потом, посмотрев внимательно в лицо Лакшмана, она всё поняла. Она поняла, что ее выгоняют из семьи. Сита расплакалась и ушла собираться, чтобы покинуть дворец навсегда. Лакшман посадил ее в свою колесницу, и они отправились в лес. По дороге они не сказали друг другу ни слова.

Когда они заехали глубоко в лесную чащу, Лакшман остановил колесницу. Сита в слезах сошла с нее, проклиная свою злую судьбу за то, что та опять принуждает ее жить в лесу. Лакшман принес Сите воду в двух половинках кокосовой скорлупы и объяснил, что в одной из них вода для питья, а в другой — для умывания. Со слезами на глазах Лакшман оставил царицу посреди дремучего леса и поехал назад в Аюдху. Сита долго плакала в отчаянии. Наконец усталость взяла свое, и она заснула.

Когда Сита проснулась, солнце уже село, и в темноте она еще острее почувствовала, что здесь, в лесу, она теперь совсем одна. В темноте она случайно перевернула обе половинки кокосовых скорлуп, оставленные Лакшманом. Вода из них потекла двумя ручейками, которые превратились сначала в маленькие речушки, а потом постепенно стали широкими полноводными реками. Позже их назвали Гангой и Ямуной.

Сита решила, что больше не будет жалеть себя и сетовать на судьбу. Когда взошло солнце, она поднялась и пошла, куда глаза глядят. Вскоре она увидела маленькую хижину. Это было жилище слепого аскета по имени Вальмак. Услышав шаги Ситы, он понял, что к двери его хижины подошла какая-то женщина.

— Заходи, дорогая доченька! — приветливо обратился Вальмак к Сите. — Я слепой и могу понять, что происходит, только по звукам. Если ты хочешь жить в этом лесу, ты можешь остаться в моей хижине. О чем бы ты ни переживала, не переживай об этом больше и обрети счастье в том, что посылает тебе бог.

Ситу обрадовало предложение Вальмака, и она стала жить в его хижине. Проходили дни, недели и месяцы. Девять месяцев и девять дней новая жизнь в животе у Ситы росла, как должно. Когда положенный срок истек, Сита почувствовала родовые схватки и упала на землю, крича от боли. Вальмак позвал на помощь повитуху.

Сита родила мальчика.

— Вот чудо, которое творит природа и бог! — воскликнул слепой Вальмак, пританцовывая от радости. — Они послали утешение бедной Сите, которая осталась совсем одна. Какое счастье! Какой милый мальчик появился на свет! Его будут звать Куш!

* * *

Рам тосковал по своей жене. Зная, что он изгнал Ситу в трудное для нее время беременности, он сожалел о том, что сделал.

— Почему я поверил Кайкаучале? — часто спрашивал себя он.

Но эти сомнения были теперь бессмысленны — принятое тогда решение Рам уже не мог отменить. Со временем Рам окончательно уверился, что совершил ошибку, отказавшись от своей жены. Пытаясь заглушить угрызения совести, Рам посвящал всё свое время служению подданным — чтобы люди были довольны его правлением и все вокруг были счастливы.