Тень моего света (гет)

Утро Моргана встречала с пустой, но на удивление легкой головой. Она проснулась раным-рано и наблюдала, обернув вокруг нагого тела простыню, словно греческую тунику, как из-за темного рельефа камелотских башен встает солнце. Мерлин спал как убитый. Сзади на плече у него краснели четыре тонкие вспухшие полоски — следы вчерашней страсти. Моргана взяла лебяжье перышко и пощекотала ему нос. Мерлин забавно сморщился во сне и, что-то промычав, махнул рукой, чем вызвал ее веселый смех. От этого он проснулся окончательно, и его заспанный взгляд сделался осмысленным.

— Моргана?.. — хриплым спросонья голосом сказал он, глядя на нее. — Я думал, что больше тебя не увижу.

— Я все еще с тобой, как видишь, — перестав смеяться, ответила Моргана. — И всегда буду.

Она с улыбкой наклонилась к нему, придерживая рукой распущенные волосы, Мерлин притянул ее к себе и увлек в протяжный, сладкий поцелуй. Минуты блаженства продлились недолго — до того момента, как за окном послышался неясный шум и чьи-то разноголосые возгласы. Моргана замерла и напряглась в объятьях мужа.

— Что это такое? — она подняла голову и обратила настороженный взгляд к окну.

Мерлин в недоумении нахмурил брови. Моргана вскочила с постели, в чем была, и осторожно выглянула наружу. На площади перед дворцом собирались люди и громко, возмущенно переговаривались между собой, привлекая внимание стражников. Очевидно, назревал если не бунт, то серьезные народные волнения. В душе у Морганы все перевернулось, почернело. Она разозлилась на Мерлина за то, что не дал ей уйти, пока это было возможным, но злость схлынула так же быстро, как и возникла — не Мерлин был виноват во всем происходящем.

— В чем дело? — Мерлин, надев штаны, подошел к ней и встал рядом у окна. — Что им надо?

— А ты будто не знаешь, — хмыкнула Моргана, глядя, как постепенно внизу растет толпа мятежников.

«Ведьму на костер!» — долетел до их слуха призывный клич. Мерлин с тревогой посмотрел на жену. Та, как ему показалось, не была ни удивлена, ни напугана, только ее взгляд стал холодным и колючим, нижняя челюсть чуть выдвинулась вперед, и резко обозначились сухожилия на шее, что сделало ее похожей на себя прежнюю, на ведьму, которой она когда-то была.

— Вот от чего я на самом деле бежала, — Моргана кивком указала на разъяренных вестью о ее возвращении жителей Камелота. — Вот от этого. Похоже, пришло время пожинать то, что посеяла.

Мерлин озадаченно покачал головой, поглядев в окно.

— Надо найти Артура.

— Чтобы он выполнил их требование? — ядовито пошутила Моргана.

— Моргана, прекрати делать вид, что ты все еще его ненавидишь и не доверяешь ему, — недовольно ответил Мерлин, собирая разбросанную по полу одежду. — Будь это так, тебя бы здесь не было. Единственный, кто сейчас может помочь, это Артур.

— А что бы ты сделал на его месте? — стальной окрас неожиданно исчез из ее голоса и обнажил совсем иные чувства.

Мерлин остановился и выпрямился. Подняв глаза на Моргану, он ответил:

— Я бы отправил их всех по домам.

Она рассмеялась, но уже без той беззаботной веселости, с которой делала это минут десять назад.

— Как у тебя все просто!

— Я устал от сложностей, Моргана.

Моргана подошла к нему и крепко прижалась к его груди.

— Когда ты обнимаешь меня вот так, мне ничего не страшно, — проговорила она, прикрыв глаза.

— Тогда я буду делать это как можно чаще, — улыбнулся Мерлин.

— Ладно, давай найдем Артура. Помоги мне одеться.

Они привели себя в порядок и отправились в покои короля, надеясь застать его там. Артур сидел спиной к окну за пустым письменным столом задумчивый и хмурый, пока снаружи нарастал шум бунтующей толпы. Моргана встретилась глазами с Гвен — для обеих женщин эта встреча была тяжелым испытанием. Ограничившись обменом легкими кивками, они сохраняли гордое молчание в присутствии друг друга. Тишину нарушил Артур:

— Вот видишь, что бывает, Мерлин, когда заранее не предупреждаешь о своем приезде?

— Я хотел как лучше. Мы хотели как лучше, — оговорился молодой маг.

— Да, Мерлин, не сомневаюсь, — мрачно хмыкнул Артур.

В покои вошел сэр Леон.

— Милорд, народ на площади волнуется. Люди требуют, — доложил он и покосился на Моргану испуганно и виновато, — казни леди Морганы. Прикажете разогнать толпу?

Артур резко поднялся на ноги.

— Нет, разгонять никого не нужно, я сам выйду к народу и успокою его.

— Я пойду с тобой! — неожиданно вызвалась Моргана.

На нее устремились изумленные взгляды всех присутствующих.

— Не пойдешь, — жестко отрезал Артур.

— Моргана, ты сошла с ума? — опешил Мерлин.

— Если я сказала, что пойду, значит, пойду, — упрямо заявила Моргана и вздернула подбородок. — Вы оба меня не остановите, меня не остановит даже целый взвод.

— Зачем тебе это? — недоумевал Артур.

— Я так решила.

— А если в тебя кто-то выпустит стрелу? — всплеснул руками Мерлин. — Они там все в бешенстве, если ты не заметила!

— Ну так постарайся не допустить этого, — выразительно глянула на мужа Моргана. — Уж стрелу-то ты сможешь остановить.

— Черт с тобой, — махнул рукой Артур и широко пошагал к балкону. — Идем.

— Артур! — возмущенно вытаращил на него глаза Мерлин.

— Попробуй с ней поспорить, а я умываю руки.

Гудевшая на площади толпа потрясенно притихла, увидев на балконе короля, а рядом с ним его сестру-ведьму. Кое-где раздавались одинокие возгласы недовольства и осуждения.

Моргана обвела потемневшим взглядом людское море. Когда-то недавно и вместе с тем бесконечно давно она страстно мечтала править и повелевать этими людьми, которые с ненавистью выкрикивали ее имя и хотели растерзать ее живьем. «Безумная мечта безумца», — усмехнулась про себя Моргана. Какая-то подлая, кровожадная, до сих пор еще живая часть ее естества вдруг захотела, чтобы все, кто желает ее смерти, умерли в муках прямо здесь, на ее глазах. Вслед за этим на память Моргане пришло воспоминание о том, как она стояла на этом же самом месте и отдавала приказ солдатам стрелять в мирных горожан. Душу затопили горький стыд и раскаяние, и умереть теперь захотелось уже самой.

Артур выбросил вперед правую руку, призывая свой народ к тишине.

— Люди Камелота! — громко воскликнул он, и его голос волной покатился над площадью. — Вы пришли требовать справедливости. Наказание за преступление, око за око, зуб за зуб — таков закон, по которому мы живем, и он непреложен. Но не он ли побуждает людей к войнам? Ненависть, — король сделал паузу, окинув взглядом во множестве собравшихся подданных, — бесконечна. Ненависть, — вновь пауза, — ненасытна. Кровь за кровь — так рассуждали наши враги. Так рассуждали те, кто хотел поставить Камелот на колени, и не без причины, к моей и нашей глубокой скорби, — Артур бегло переглянулся с Морганой и продолжил: — Камелот признал свою вину перед магами, а маги признали свою вину перед Камелотом. Темные времена миновали, наступили годы мира, благоденствия и процветания. Я хочу, чтобы каждый из вас сейчас спросил себя: что ему от пролитой крови? Не есть ли это ненависть, которая говорит в вас, прикрываясь щитом справедливости? Честно ответьте себе на этот вопрос, и тогда вы поймете, что милосердие больше справедливости.

Настроения среди народа начали меняться. Уже не было слышно кровожадных призывов, а кое-где толпа поредела — люди, пристыженные королем, начали покидать площадь.

— Как легко управлять ими, — вполголоса заметила Моргана, сверху вниз глядя на горожан. — Еще пять минут назад они хотели разорвать меня, а теперь сомневаются и вот-вот станут просить прощения. Скажи, ты хоть сам веришь в то, что говоришь?

— Моргана, помолчи, — с каменным лицом процедил Артур.

Мерлин, стоявший чуть поодаль, облегченно выдохнул. Теперь он почти не сомневался в благополучном исходе сложившейся ситуации. Моргана взглянула на него и слабо, измученно улыбнулась.

— Всем, кто пришел сегодня посмотреть на казнь, я заявляю: казни не будет! — молвил Артур на всю дворцовую площадь.

Жители Камелота, побродив и негромко погудев еще какое-то время, начали смирно расходиться. Брат и сестра Пендрагон долго стояли рядом на балконе, как два величественных изваяния, а затем вернулись в покои.

— Я должна поблагодарить тебя, — поморщив лоб, сказала Моргана. — Таких, как ты, больше нет.

— Возможно, ты снова разочаруешься во мне, но в Камелоте ты не останешься, Моргана, — сумрачно проговорил Артур и посмотрел на Мерлина. — Ты тоже, Мерлин.

— А он почему? — с возмущением воскликнула Моргана.

Мерлин с Артуром переглянулись.

— Потому что я не могу оставить тебя, — ответил ей Мерлин.

— А Мелюзина? — запаниковала Моргана и требовательно посмотрела на брата. — Ты обещал!

— Я не отказываюсь от обещания, — уверенно заявил Артур. — Она всегда желанная гостья в Камелоте, но мне думается, что с родителями ей будет лучше. Замок Девон на юге вас устроит?

От удивления у обоих супругов раскрылись рты.

— И еще, Мерлин, — король положил свою рыцарскую ручищу на плечо старому другу, — это нехорошо, что ты вошел в королевскую семью, не имея дворянского титула. Это не по правилам, и вообще-то ты должен был прежде испросить моего братского благословения на брак с Морганой, но раз уж все вышло так спонтанно… Будешь герцогом.

— Что? — прыснул Мерлин. — Какой из меня герцог, Артур?

— В то, что ты Эмрис, я тоже не сразу поверила, — многозначительно улыбнулась Моргана.

— Тем более, — удовлетворенно кивнул Артур.

Мерлин вновь взглянул на жену, а затем с глубокой признательностью обратился к Артуру:

— Спасибо, Артур. Мы твои должники.

— Меня не за что благодарить, — хмыкнул в ответ король. — Это тебе спасибо, все опять легло на твои плечи, и ты справился, как всегда. И ты, Моргана. Я рад, что ты вернулась.

Алые губы Морганы плавно изогнулись в легкую, но проникновенную улыбку. Она прошептала:

— Я тоже. Я тоже.