Тень моего света (гет)

Путь Мерлина лежал к горному хребту через лес Эссетир. Тихое, зачарованное место: вековые деревья здесь застыли в полумраке, их черные, изогнутые ветви переплелись между собой колдовскими узорами, низко над землей стелился легкий туман. Мерлин ехал один. Никто не знал о том, куда он отправился и зачем, ему важно было сохранить эту поездку в строжайшей тайне, даже если в Камелоте его хватятся. В отчаянных попытках переиграть и побороть судьбу Мерлин дошел до края, но теперь, после случая с Мордредом, ему показалось, что он наконец отыскал верную тропу. Во всяком случае, ему хотелось верить в это.

Ближе к подножию невысоких гор сумрачный лес начал редеть, и вскоре впереди показалась темная пещера. В ее недрах нашло себе убежище гонимое племя друидов, у которых Мерлин надеялся спросить совета. Привязав коня, он взял факел, зажег его и двинулся вглубь подземного тоннеля. Не успел он пройти и тридцати шагов, как его окликнул мужской голос:

— Эмрис! Зачем ты пришел?

Мерлин обернулся и увидел знакомого старейшину в холщовом балахоне с капюшоном.

— Я хотел… узнать кое-что.

— Говори, — с почтением произнес старейшина.

— Я слышал, что вашему народу известен ритуал, который очищает злое сердце. Это так?

Друид немного помолчал, задумчиво опустив взгляд.

— Ты, вероятно, говоришь об обряде Агне Шада, или «Судный час». Для чего он понадобился тебе?

— Я хочу предотвратить нечто ужасное, пока еще не поздно. Я хочу предотвратить войну и смерть Артура.

— Война уже началась, Эмрис.

— Да, но главная битва еще не состоялась! — с жаром заговорил Мерлин. — Пророчества говорят о сражении в Камланской долине, где Артуру суждено погибнуть от руки друида. Я своими глазами видел, как Мордред пронзит его мечом, я готов был дать Мордреду умереть, лишь бы этого не случилось! И тогда я понял свою ошибку. Нельзя вести войну против зла, прибегая ко злу. Если я стану палачом, то буду таким же, как Моргана, тогда Камелоту не выстоять! Альбион не увидит своего рассвета, я не выполню своего предназначения. Поэтому я пришел к вам сегодня. Помогите мне спасти Моргану, и тогда будет спасено все то, за что мы так долго боролись.

— Нельзя спасти человека против его воли, — покачал головой друид. — Ты не сможешь сделать этого, если Моргана сама не захочет вернуться к свету, а она не захочет. Ее падение слишком велико.

— Но это мой последний шанс победить судьбу! — в отчаянии воскликнул Мерлин. — Судьба расставляет мне ловушки и хочет, чтобы я играл по ее правилам, значит, чтобы выиграть, я должен сделать что-то такое, чего она от меня не ждет. Судьба ждет, что я попытаюсь убить Моргану, значит, я должен поступить наоборот. С Мордредом у меня получилось, получится и с ней. Прошу вас, — чародей умоляющими глазами смотрел на друида, — научите меня этому обряду или укажите на того, кто может научить. Если Артур обречен, хуже уже не будет, но у него должен быть шанс. Должна быть надежда, хотя бы слабая.

— Твоя сила, безусловно, велика, Эмрис. Ты один из немногих, кому обряд Агне Шада по плечу, но прежде тебе следует заглянуть в свое сердце. Чтобы все получилось, не только Моргана должна захотеть измениться. Ты тоже должен желать ей добра искренне.

— Я желаю, — поспешно кивнул Мерлин. — Всегда желал.

— Что ж, тогда слушай. Этот обряд можно провести только в Пещере кристаллов, месте, где родилась сама магия. Ты отделишь разум Морганы от ее сердца, она увидит себя со стороны такой, какая она есть, без злобы, без гордыни, без самооправдания. Это зрелище может оказаться для нее невыносимым, но только так пороки будут с корнем вырваны из ее сердца. Когда это произойдет, ты должен будешь сразу же повести Моргану за собой, чтобы на месте вырванных сорняков не выросли новые, еще более вредоносные.

— Как мне сделать это? Как проводится обряд? — нетерпеливо расспрашивал друида молодой маг.

— К сожалению, Эмрис, я рассказал тебе все, что знал.

Мерлин разочарованно выдохнул.

— Значит, я приехал сюда напрасно?..

Старейшина загадочно улыбнулся мудрыми серыми глазами.

— Ты великий маг, Эмрис. Знания об Агне Шада заложены в твою природу, Пещера кристаллов сама научит тебя тому, что́ следует делать.

Радости Мерлина не было границ.

— Спасибо! Спасибо! — с широкой улыбкой поблагодарил он друида. — Теперь я знаю, как мне быть!

— Но, Эмрис, — окликнул его тот у самого выхода из пещеры, — не забывай, что ты берешь на себя огромную ответственность.

— Я понимаю это, — воодушевленно кивнул Мерлин. — Благодарю!

План созрел быстро. Нужно было выследить Моргану на лесной тропе и заманить в долину Павших Королей, прямиком к Пещере кристаллов. Там Мерлин под личиной Эмриса надеялся провести обряд Агне Шада, вот только как уговорить на него Моргану?..

Моргана нынче никуда не выезжала одна — при ней всегда был разбойничий отряд дикарей-саксов, армию которых ведьма, метившая в королевы Камелота, собирала долго и целенаправленно. Это усложняло задачу. С другой стороны, Эмрис был для Морганы слишком лакомой добычей, чтобы она просто отдала его на растерзание саксам, не поглумившись над ним всласть. Желательно, без присутствия лишних глаз и ушей, на что Мерлин и сделал ставку.

Он не прогадал — едва Моргана, со свитой объезжавшая свои владения, завидела среди деревьев фигуру седовласого старца в красном хитоне, как тотчас издала воинственный клич:

— В погоню!

Мерлин, принявший обличье Эмриса, пришпорил лошадь и во весь опор поскакал к долине Павших Королей. За ним со свистом и улюлюканьем гналась бешеная свора разбойников с черной, как ворона, ведьмой во главе. Сердце колотилось не менее бешено — в таком-то возрасте такие-то скачки могли закончиться плачевно, но Мерлин не имел права сдаваться. Из королевской конюшни он с большим риском достал самого быстроногого коня, и теперь этот конь нес его вдоль лесной просеки, ловко перемахивал через небольшие овраги и ухабы, петлял между деревьями.

Над головой у Мерлина просвистела арбалетная стрела. Он обернулся всего на мгновение, чтобы увидеть свирепое лицо Морганы.

— Не стрелять! — на скаку приказала она своим приспешникам. — Он нужен мне живым! Быстрее, быстрее, мне нужен этот старикашка!

Погоня продолжалась. На подъезде к долине Павших Королей Мерлина едва не окружил отряд вольных разбойников, но маг всего одним коротким заклинанием разметал вокруг себя добрые две дюжины лиходеев. Это должно было произвести впечатление на Моргану и, вероятно, произвело, но рвения ее не поубавило.

Только у самого входа в Пещеру кристаллов Мерлин, спешившись, позволил себе немного передохнуть и отдышаться. Он и не собирался скрываться от Морганы — та успешно заглотила наживку и, спрыгнув с лошади, двинулась к нему.

— Куда ты меня привел? — Моргана угрожающе приближалась к Эмрису, держа наготове острый кинжал. — Ты пытался заманить меня в ловушку? Что тебе надо?

— Я тебя привел? — возмущенно хмыкнул старик и слегка попятился в пещеру. — Ты сама сюда притащилась, я тебя не звал. Спокойно ехал к себе домой, и тут ты бросилась за мной со своими головорезами. Не люблю непрошеных гостей, знаешь ли.

— Ты здесь живешь? — не поверила Моргана. — Здесь? В пещере?

— А где мне, по-твоему, жить? Во дворце?

— Увы, Эмрис, мой братец никогда не позволит магу поселиться во дворце. Ты можешь служить ему верой и правдой, лизать его сапоги, но жить ты все равно будешь в промозглой пещере с летучими мышами, — ведьма довольно расхохоталась. — Хороша же награда за преданность!

— Ты отстанешь от меня по доброй воле или мне применить магию? — презрительно сморщился Эмрис.

Верзилы за спиной у Морганы схватились за рукояти мечей.

— Госпожа!

— Стойте, — жестом остановила их Моргана. — Я сама разберусь со стариком.

Она прикрыла глаза и начала читать заклинание, призванное завалить вход в пещеру камнями, чтобы они погребли под собой Эмриса.

— Убьешь меня? — дерзко перебил ее Эмрис. — Давай, смелее! А ведь когда-то ты не могла смотреть на то, как умирают люди.

Моргана вздрогнула и подняла на него ошалелый взгляд.

— Откуда ты знаешь?

— А я все-е про тебя знаю, — лукаво прищурился седовласый старец. — Ну, если ты закончила, то я пошел.

Он развернулся и с кряхтением пошагал в темноту, опираясь на посох.

— А ну стой! — Моргана, не отдавая себе отчета в действиях, кинулась за ним. — Стоять, я сказала! — она схватила его за рукав красного хитона и развернула лицом к себе. — Я хочу знать, кто ты, зачем служишь Артуру и почему постоянно мешаешься у меня под ногами!

— Фу, как грубо! — Эмрис высвободил рукав и брезгливо отряхнулся. — Где твои манеры, Моргана? И не скажешь, что ты дочь Утера Пендрагона.

— Я ему не дочь, — в бешенстве прошипела сквозь зубы Моргана. — Еще раз скажешь такое — лишишься языка.

— Ну попробуй! Ты же до смерти боишься меня, Моргана. Ви-ижу, что боишься, — старец пристально заглянул ей в оба глаза по очереди, как заправский лекарь.

— Чушь! — дрожащим голосом возразила Моргана, с трудом сохраняя самообладание. — Ты просто дряхлый старик, хоть и владеешь магией, а я Верховная жрица Старой Религии, последняя в своем роде.

— Как скажешь, — Эмрис уверенно двинулся вглубь пещеры.

Впереди показался грот, подсвечиваемый изнутри таинственным сиянием. Старый волшебник направлялся прямиком туда, искушая Моргану последовать за собой.

— Не думай, что можешь так просто уйти от меня! — грозно крикнула она ему вслед.

— Могу. И уйду, — не оглядываясь, проворчал Эмрис.

Моргана, яростно сверкая зелеными глазами, вытянула руку и начала бормотать вполголоса:

— Аблин фе ду ту скрай ин кандей…

— Форп флиэдж! — резко обернулся Эмрис и, махнув посохом, отбросил Моргану к каменной стене так, что она даже не успела вскрикнуть.

Ведьма лежала на земле без сознания. Мерлину нужно было отнести ее в Хрустальный грот, пока она не очнулась, а в теле восьмидесятилетнего старца это было сделать не так-то просто — Мерлин и в своем истинном обличии никогда не отличался силой мускулов. Кое-как дотащив Моргану до грота, Мерлин сел на валун и отдышался. Тысячи кристаллов вокруг сверкали, переливаясь всеми гранями, отчего пещеру заливал синеватый свет. Пора было начинать.

Мерлин возложил руки на голову ведьме и с помощью заклинания попытался проникнуть в ее мысли. Моргана отчаянно сопротивлялась чужаку, закрывая от него свой разум — Мерлину казалось, что он в прямом смысле продирается через дикие непроходимые леса и топкие болота. На его морщинистом лбу выступил пот, длинная седая борода тряслась от напряжения. Чародей не мог действовать против воли своей соперницы, а ныне подопечной. Ему нужно было отыскать ту частичку ее души, которая способна отозваться на его голос и повиноваться ему.

«Моргана… Моргана, ты слышишь меня?» — мысленно взывал к ней Мерлин. Кругом в ее душе было черным-черно — одна ненависть, одержимость, упрямство, жестокость, гордыня и целый ворох смертельных обид. Будь Мерлин самим собой, не выдержал бы и сошел с ума, задохнулся, захлебнулся в этих нечистотах, но сейчас это был Эмрис. Великий Эмрис, которого наставляла и вела сама магия, излучаемая волшебными кристаллами.

— Кто ты? — вдруг услышал он испуганный девичий голос у себя в голове. — Чего ты хочешь от меня?

— Я друг. Я хочу помочь тебе, Моргана.

Мерлин таинственным образом почувствовал, как сжалась она от его слов. Ни в коем случае нельзя было терять эту хрупкую, едва-едва установившуюся связь!

— Я не доверяю тем, кто так говорит. Друг хуже врага. От врага ты ожидаешь удара, а от друга — нет.

— Поэтому ты окружаешь себя врагами?

— Мне никто не нужен: ни друзья, ни враги. Я могу сама о себе позаботиться.

— Неправда, Моргана. Тебе плохо, тебе одиноко. Позволь мне исцелить тебя.

— Я не больна.

— Больна. Ты так давно не была на свету, что твои глаза привыкли к темноте, но это не значит, будто находиться в темноте хорошо.

— Кем бы ты ни был, оставь меня в покое. Я боюсь тебя.

— Ты уверена, Моргана? Я не причиню тебе зла.

— Все так говорят, а потом причиняют. Уходи.

Мерлин был близок к отчаянию. Тонкая нить, на которой он висел над глубокой пропастью, могла оборваться в любой миг, и тогда ему уже не выбраться из черного омута ведьминской души, а главное, из него не выбраться самой Моргане. Камелот снова окажется в смертельной опасности.

— Нет, стой! — неожиданно позвала его Моргана. — Не оставляй меня. Мне страшно быть с тобой, но одной еще страшнее.

Мерлин возликовал.

— Я сделаю так, что ты изменишься. Ты будешь другой Морганой. Такой, какой ты когда-то была: отважной, справедливой, милосердной.

— Увы, это не принесло мне счастья.

— Потому что ты однажды позволила злу войти в свое сердце, и оно оплело его, опутало, как прочная сеть. Тебе не справиться самой, Моргана.

— А кто сказал, что я хочу с этим справляться? Я только теперь узнала, что такое свобода, я наконец-то могу позволить себе быть самой собой, я больше не птица в золотой клетке без права голоса. Ты зря считаешь меня несчастной, незнакомец. Скоро я буду счастливой, очень скоро, когда исполню свою мечту.

— Позволь мне показать тебе кое-что. Это будет неприятно, но необходимо.

— Что? — насторожилась Моргана.

— Тебя саму.

— Как?

— Доверься мне и держись за меня. Я покажу тебе, Моргана, какой ты стала на самом деле.

Мерлин, не разрывая с ней мысленной связи, вслух начал читать древнее заклинание, эхом отражавшееся от стен пещеры и звеневшее в кристаллах. Он чувствовал, как горит разум Морганы, как она кричит в муках и зовет на помощь, но останавливаться было нельзя. Адский огонь сжигал в душе ведьмы все дурное, причиняя ей невыносимые страдания. Несмотря на предупреждения друида, Мерлин не ожидал, что обряд окажется настолько тяжелым, и чувствовал себя дважды обманувшим доверие Морганы, но на другой чаше весов лежали жизнь Артура и судьба Альбиона. Мерлин должен был вернуть ведьму к свету. Любой ценой.

Наконец пламя Агне Шада погасло. Моргана лежала без чувств, крики ее внутреннего голоса стихли, она была похожа на пустой лист пергамента. Мерлин, произнеся новое заклинание, вновь принялся звать ее: «Моргана! Моргана, услышь меня!»

Большие глаза ведьмы распахнулись. Мерлин запаниковал — этого не должно было случиться, еще рано! Но факты говорили сами за себя: Моргана очнулась раньше времени, и взгляд ее был отнюдь не добр. Ее ноздри раздувались от ярости.

— Какого дьявола ты со мной делаешь?! — прошипела она, схватив Эмриса за горло.

Слишком сильно. Перед глазами у него заплясали черные мушки.

— Ты решил одурачить меня? — Моргана сжала пальцы еще сильнее. Старик захрипел. — Я могу убить тебя прямо сейчас, и ты не станешь ни моей судьбой, ни моей погибелью. Это я стану твоей. Ну, мне убить тебя? — в диких зеленых глазах сверкали искры совершенного безумия.

— Астанд, — из последних сил просипел Эмрис, и его синие радужки полыхнули золотистым светом.

Моргана взвизгнула и отлетела на несколько шагов. Эмрис, зайдясь удушливым кашлем, с трудом поднялся на ноги.

— Офил эсте! — остановил он на лету кинжал прямо перед своей грудью.

— Ты заплатишь мне, Эмрис! — рассвирепела Моргана. — Станас ареосаф!

Сверху с грохотом посыпались крупные камни, один из которых сильно ударил Мерлина по затылку, и все вокруг поглотила тьма.