Положительный результат (джен)

А наутро Пирс, Гордон и Малькольм не пришли в школу. Более того, в школе сразу стали циркулировать всевозможные слухи — от самых нелепых до… ещё более нелепых. А на большой перемене меня вызвали в кабинет директора.

Я изобразил полнейшее недоумение, но раз позвали — пошёл. Бояться мне было нечего — моё алиби было крепче алмаза. Заподозрить жену викария в сговоре с мальчишкой-сиротой не смог бы даже последний параноик. А подвергать сомнению её слова не осмелился бы никто.

К тому же, я уже знал, хоть и в общих чертах, что произошло с дарвиновской троицей, и почему их нет в школе. Не зря, ох, не зря я напрягал Юдит, прося её кое-что отыскать. Волчица же была дамой ответственной и просьбу мою выполнила в точности. Так что я был вполне спокоен.

В кабинете помимо директора меня уже дожидались мисс Пешью, школьный психолог, две элегантно одетые дамы — одна низенькая и немного полноватая, а вторая высокая и тощая, — и мужчина в полицейской форме с суровым взглядом. Таак… похоже, это маменьки Гордона и Малькольма и папенька Пирса Полкисса. И что им от меня нужно? Решили всё перевалить с больной головы на здоровую? Ой, боюсь, что не получится.

А директор? Зачем он им подыгрывает? Или эти люди — настолько влиятельные персоны в городке? А мисс Пешью тут для того, чтобы создать видимость законности?

Интересные дела творятся в одной отдельно взятой школе… Ладно, будем посмотреть.

Я вежливо поздоровался со всеми присутствующими. Директор мне ответил, мисс Пешью — тоже, она даже успокаивающе улыбнулась, а вот дамы и полицейский только скривились, как будто увидели нечто гадкое. О, как всё запущено… Похоже, Пирс, Гордон и Малькольм выросли засранцами не просто так. Впрочем, а чего я ожидал? Маленький городок, замкнутое сообщество, влиятельные родители, безудержно балующие своих деточек. Вот ни в жизнь не поверю, что хоть кто-то из этих… этих… не знал, о том, что их сыночки вытворяли с Гарри. Но никто не счёл нужным их одёрнуть. Так что кушайте теперь, не обляпайтесь.

— Гарри, — ласково начал директор, — ты ведь знаешь, что случилось с Пирсом, Гордоном и Малькольмом?

— А с ними что-то случилось, сэр? — градус моего удивления зашкаливал. — Нет, не знаю.

Одна из дам хотела что-то сказать, но полицейский остановил её коротким властным жестом и перехватил инициативу директора:

— Наши дети серьёзно пострадали, когда забрались в пустующий дом на окраине Литтл-Уингинга. Они сейчас находятся в больнице. Более того, им угрожают… неприятности. Что тебе об этом известно?

— Ничего, сэр, — ответил я, глядя на него чистым и наивным детским взглядом. — Сам я никогда не залезал туда. Наша соседка, миссис Фигг, говорит, что это плохое место.

Мужик явно скрипнул зубами, похоже, на него мой чистый невинный взор действовал, как красная тряпка на быка, но… придраться было не к чему. К тому же тут активировалась мисс Пешью.

— Мистер Полкисс, вы пугаете мальчика! Так нельзя! Я согласилась присутствовать здесь в то время, как вы будете задавать ему вопросы, но вы его просто подавляете!

— Извините, — процедил Полкисс. — Но я просто уверен, что этот мальчик знает что-то о том, что приключилось с моим сыном и его друзьями.

— Но я ничего не знаю об этом, сэр, — растерянно сказал я.

— А где ты был, когда мальчики отправились в пустующий дом? — спросил он, явно надеясь, что я попаду в расставленную ловушку.

— А когда они туда отправились? — удивления в моём голосе стало чуть больше.

— После школы, — недовольно выдавил Полкисс-старший.

Я пожал плечами:

— После школы я сразу отправился в церковь. Помогал миссис Тэлбот приводить в порядок садовые скульптуры. Потом она отвезла меня домой — мы занимались этим довольно долго. А дома меня встретила тётя. Больше я никуда не выходил до сегодняшнего утра.

— И к заброшенному дому ты, конечно, не приближался? — холодно спросил полицейский.

Я пожал плечами:

— Разумеется, нет. С чего бы? Да и когда?

— Но наши дети не могут лгать! — истерично взвизгнула тощая дама. — Этот хулиган заманил их в заброшенный дом и накачал наркотиками!

— Прекратите немедленно! — вмешалась психолог.

Я же удивлённо переводил взгляд с Полкисса-старшего на мамашу… Гордона? При этом весь мой вид говорил, что я не понимаю совершенно ничего.

— Вы видите, что ребёнок совершенно дезориентирован, — продолжила мисс Пешью. — Я считаю дальнейший разговор в таком тоне недопустимым! Мальчик вполне внятно рассказал, что не имеет к… к происшествию никакого отношения. И проверить его слова совершенно нетрудно! Так что прекратите терроризировать ребёнка!

— Кхм, — кашлянул директор. — Погодите, мисс Пешью. Уважаемый мистер Полкисс… дамы… я сочувствую вам от всей души, но ваши дети бездоказательно обвиняют мистера Поттера в случившихся с ними неприятностях уже не в первый раз. Я пошёл вам навстречу и позволил беседу с данным учеником, надеясь, что у вас есть некие конкретные факты… но у вас их нет. Думаю, что разговор закончен. Тем более что с начала года за Гарри не числится никаких дисциплинарных нарушений и учиться он стал очень хорошо, чего не скажешь о… Короче, ступай на уроки, Гарри.

— Но… — попробовала начать качать права полная дама.

— Ступай на уроки, Гарри! — с нажимом повторил директор.

А я что? Я — ничего! Я вежливо поблагодарил директора, попрощался со всеми присутствующими и смылся из кабинета со всей возможной скоростью, вполне довольный результатом беседы. Директор, похоже, понял, что для всей троицы грядут серьёзные неприятности, и переобулся в прыжке, раньше-то ему никакого дела не было до какого-то там сироты Поттера.

Понятное дело, что меня в классе встретили в полном нетерпении. К директору у нас в школе вызывали редко, и накосячить для этого надо было очень серьёзно. И теперь мои одноклассники недоумевали, что я такого успел накосорезить. А слухи про троицу продолжали циркулировать, достигнув совсем уж невероятных предположений.

…Малькольм, Пирс и Гордон полезли в заброшенный дом на спор, а там оказался сторож, который вызвал полицию (это самое правдоподобное)…

…начало то же самое, но в заброшенном доме собиралась тайная подростковая банда, которая наваляла им по самое не балуй (возможно, но с большой натяжкой. В Литтл-Уингинге отродясь не водилось молодёжных банд опаснее той, которую сами же пострадавшие и представляли)…

…Малькольм, Пирс и Деннис хотели обокрасть заброшенный дом, потому что его хозяйка хранила в подвале сокровища (ну да, подвал заброшенного дома — самое место для хранения сокровищ — это при наличии наследников-то)…

Но это ещё довольно правдоподобно. Дальше пошло интереснее.

…Малькольм, Пирс и Деннис отправились в заброшенный дом не просто так, а для того, чтобы выдержать испытание, необходимое для вступления в некую криминальную группировку (ну да, все криминальные группировки спят и видят, как бы принять в свои стройные ряды трёх избалованных сопляков, у одного из которых папаша-полицейский)…

Но это ещё без мистики. Дальше фантазия детишек забила фонтаном, не зная удержу. В версиях стали фигурировать привидения, мумии, злобные ведьмы, демоны и космические пришельцы, выедающие попавшим к ним в плен землянам мозги чайной ложечкой. Самое удивительное, что, если не считать пришельцев, эти версии были куда ближе к истине, чем предыдущие.

Интересно, что ни меня, ни Дадли в связи с событиями не поминали. Дадли отстранился от бывших друзей настолько демонстративно, что детишки про эту дружбу успели подзабыть, а я… Я умудрялся быть постоянно на виду и никакого отношения к их делишкам не имел. Поэтому мой рассказ (а я не счёл нужным ничего утаивать, понимая, что слухи всё равно поползут, но в совершенно искажённом виде) одноклассники восприняли с недоумением.

— Да что им от тебя-то надо? — выразил всеобщее недоумение один из них. — Ты никогда к этим придуркам не лез.

— И в церкви ты точно был, — подтвердила Лиза О’Нил, другая одноклассница. — Мы рядом живём, так что я весь вечер видела, как вы с миссис Тэлбот статуи отмывали. Я даже хотела к вам выйти и помочь, но пока математику делала — стемнело уже, и я увидела, как миссис Тэлбот тебя в машину усаживает.

— Миссис Тэлбот Гарри вчера домой и привезла, — подтвердил Дадли. — Так что у этого дома Гарри и близко не было.

Одноклассники задумчиво покивали. Может, они бы и не поверили словам одного Дадли, но Лиза О’Нил, как истинная ирландка, обладала весьма острым языком и обожала сплетничать. Она умудрялась знать многое и всегда делилась с народом точными сведениями. Сплетничать-то она обожала, но вот врать — не врала никогда.

— Думаю, — сказала другая одноклассница, Марта Сноу, — что эти придурки попались полиции и решили нарочно оговорить Гарри, чтобы у него были неприятности. Они ведь такое уже проделывали… и не только с Гарри…

Детишки молчаливо согласились — пакости такого плана несвятая четвёрка устраивала регулярно. Начиная ещё с тех времён, когда у них была нежная дружба с Дадли. Марта, кстати, была одной из пострадавших ни за что — в прошлом году умники повредили раму подаренной спонсорами школы картины в коридоре, а свалили всё на Марту. К сожалению, их было четверо, а она — одна, и врали гадёныши слово в слово. Так что миссис Чизвик поверила им, семье Марты пришлось оплатить ремонт. Деньги не слишком большие, но попало ей знатно. С тех пор Марта ненавидела дарвиновскую четвёрку лютой ненавистью и старалась держаться от них подальше. Дадли в той пакости не участвовал — сидел дома с ветрянкой, так что на него её ненависть не распространялась, но и тёплых чувств к моему перевоспитавшемуся кузену девочка не испытывала.

Но с её рассуждениями дружно согласились все — Марта не одна пострадала от подобных забав, но её хотя бы дома не лупили. А вот когда компашка похожим образом подставила Тони Грина, у матери которого был второй брак, то отчим, конечно, заплатил школе за ущерб, но Тони досталось так, что он неделю не показывался в школе, а его мать писала записки о внезапно возникшем у мальчика недомогании. Правда, спустя три месяца супруги всё же развелись и с тех пор Тони ходил счастливый. Похоже, отчим его был той ещё тварью.

Коротко говоря, неприятности Пирса, Гордона и Малькольма не встретили сочувствия ни у кого, более того, вездесущая Марта позже принесла сплетню о том, что всех троих отправили в школу Святого Брутуса. Отец Пирса официально ушёл в отставку, все четыре семьи продали дома и переехали из Литтл-Уингинга, не оставив своих новых адресов никому. Да-да, все четыре. Деннис так и не показался больше в школе, и его семья тоже продала дом и уехала. Возможно, он рассказал родителям о плане приятелей и те вначале не поверили в такую жестокость детей, но дома сына на всякий случай оставили… а когда произошло то, что произошло, они пяткой перекрестились и съехали подальше, радуясь, что репутация их сына осталась незапятнанной и понимая, что Деннису всё равно могут припомнить дружбу с оступившейся троицей.

В общем, я был доволен. Месть удалась. И даже то, что семья Денниса покинула Литтл-Уингинг, мне казалось правильным. Лично я дал ему шанс и надеялся, что он сделает из этого правильные выводы.

А о том, что произошло в доме миссис Роузвелл, мне во всех подробностях рассказала Юдит. Причём так красочно, что я увидел всё, как наяву.

* * *

Юдит трясло, когда трое мелких говнюков тащили её к заброшенному дому. Говнюкам это нравилось — они перекидывались шуточками и явно сдерживались от того, чтобы не заржать во всё горло — это реально могло привлечь внимание, а их задумка во внимании не нуждалась.

— Ну что, урод? Ты теперь уже не такой крутой? — шипел в ухо Пирс.

— Боишься? Правильно боишься! — задумчиво гундел Гордон.

А Малькольм ничего не говорил, но его, обычно бледное, лицо раскраснелось, а на переносице выступили капельки пота. И Юдит готова была поклясться, что он испытывает почти сексуальное возбуждение от возможности покуражиться над беззащитной жертвой. О, Мерлин и Моргана! Это же дети, в конце концов! Откуда в них столько ненависти? Откуда эта почти похоть от одного осознания того, что можно всласть покуражиться над кем-то беззащитным? Юдит немало времени и сил вложила в воспитание волчат — все взрослые члены стаи Сивого были только рады поделиться с ними своей мудростью, и прекрасно знала, что в десять лет они частенько грызутся, пока не выстроят какое-то подобие иерархии… но всяк выбирал соперника по себе. Обижать слабых считалось неприемлемым, как и нападать стаей на одиночку. Девчонки только хихикали, глядя на эти статусные игры. Девушкам проще — им не нужно самоутверждаться, волчица всегда стоит выше волка, она неприкосновенна. Единственное исключение — вожак. Ему подчиняются все безоговорочно — иначе не будет порядка в стае. А если нет порядка — стая обречена.

И сейчас Юдит трясло. Но маленькие мерзавцы ошиблись. Она не боялась — в ней клокотала глухая ярость. И истинным чудом терпения было то, что она ещё не перекинулась в волчицу и не порвала всю троицу на тряпки.

Между тем нехорошая троица дотащила сопротивляющегося «Гарри» до заброшенного дома, продолжая словесно издеваться над пленником. Юдит помалкивала, только делала вид, что пытается вырваться, что вызывало только новые издевательские подначки. Троица уверилась, что жертва слабее их и теперь предвкушала весёлое развлечение. Юдит тоже кое-что предвкушала, но не подавала виду, стоически терпя тупое остроумие зарвавшихся малолеток.

Гордон отворил подвальное окно и пролез внутрь, следом Пирс и Малькольм пропихнули продолжавшего оказывать пассивное сопротивление «Гарри», и все четверо оказались в подвале.

— Ну вот… — неприятно облизнул тонкие губы Пирс. — Слушай меня, урод. Сейчас мы тебя свяжем, запихнём в эту бочку, закроем крышку и уйдём. А ты останешься. И мы не вернёмся за тобой, не надейся.

— Меня будут искать! — попыталась возразить Юдит. — Меня найдут!

— Мечтай! — презрительно отозвался Гордон. — Мы всем расскажем, что ты давно хотел сбежать из дома, и если тебя и будут искать, то точно не здесь.

— А когда найдут — будет слишком поздно, — прошипел Гордон.

Юдит затрясло от омерзения ещё сильнее, а юные похитители приняли эту дрожь за испуг и радостно заржали. Волчица снова задавила в себе порыв перегрызть кому-нибудь из них горло и дрожащим от тщательно подавляемой злости голосом произнесла:

— А может, не надо? Отпустите меня… я никому не скажу.

Прозвучало это так жалобно, что Малькольм вроде как заколебался и с сомнением в глазах взглянул на Гордона. Но тот злобно прошипел:

— Ты что, и вправду думаешь, что он никому не расскажет? Расскажет, и ещё как! В школу Святого Брутуса захотел? Даже не думай!

— Понял я, понял… — пробормотал Малькольм и сомнение из его глаз исчезло. А Гордон ударил пленника по лицу, потом ещё, и ещё…

— Трус… — почти ласково сказал он. — Тряпка. Ноешь, как малолетка. Вяжи его, парни.

Гордон и Пирс споренько вытащили верёвки, но тут в дело вмешалось новое действующее лицо.

— Противные мальчишки! А что это вы тут делаете, а? — раздался дребезжащий старушечий голос, и в подвал прямо через стену величественно вплыла полупрозрачная растрёпанная старуха в живописно развевающихся лохмотьях. На лицо старуха была чистая Баба-Яга — ну прямо всё в наличии — и торчащие вперёд кривые зубы, и длиннейший нос и многочисленные бородавки. Каких трудов нам с Юдит стоило уговорить почтенную миссис Роузвелл на этакое изменение призрачного облика, знают только эти стены.

Но оно того стоило. Троица тут же замерла, словно их выключили, и по цвету сравнялась с сильно разведённой сметаной.

— А-ва-ва… — выдавил Малькольм.

— Уууу… — информативно поддержал его Пирс, а Гордон просто замолчал, но в глазах его отразился переживаемый страх.

— Вы нарушили мой покой! Противные мальчишки! — провизжало привидение почти на ультразвуке. — Вы задумали гадкое, очень гадкое дело! Я накажу вас!

Тут троица развернулась и попыталась дать дёру. Ага, сейчас! Миссис Роузвелл, конечно, не могла причинить им серьёзного вреда, а вот Юдит ещё как могла. И сейчас она быстренько перекинулась в здоровенную зверюгу и, злобно зарычав, заступила дорогу троице.

— Поттер! — взвыл Малькольм. — Поттер — оборотень!

— Это не Поттер! — взвизгнул Пирс. — Это какая-то тварь, которая захватила его тело! Она нас сожрёт! Аааа!

Юдит мрачно рыкнула — мол, буду я брать в рот всякую гадость — и ещё больше оскалив зубы, стала приближаться к перепуганным мальчишкам, загоняя их в угол. Троица попятилась, от них пошёл очень нехороший запах, так что Юдит поморщила нос и чихнула. Но тут на арене появилось новое действующее лицо. Вивиан тоже захотелось поучаствовать в воспитании подрастающего поколения, и в скрипнувшую дверь подвала вошла дама в чёрной мантии и зловеще поинтересовалась у мальчишек, что они здесь забыли.

Но отвечать они были уже не в силах, поскольку следом за бледной зловещего вида дамой в подвале стали последовательно появляться скелеты, ожившие мертвецы, мумии, совершенно жуткого вида твари и прочие изыски, которые подсказали Вивиан собственная богатая фантазия и опыт жизни в двух мирах. Иллюзии у неё получились качественные — обоняемые и осязаемые. Это сидя в кинотеатре можно смеяться над глупостью героев ужастика, а вот когда к тебе тянутся реальные синеватые руки с чёрными когтями и выступившей на коже трупной слизью… а всё это ещё и пахнет… Равнодушным остаться трудно.

Запугав дарвиновскую троицу до полной невменяемости, Вивиан сменила гнев на милость и велела им убираться и больше никогда не появляться в этих стенах, иначе она присоединит их к своей свите.

Перепуганная до смерти, почти невменяемая от страха троица была буквально вышвырнута в окно меткими ударами когтистых лап Юдит, причём их одежда при этом пришла в такое состояние, что от неё с отвращением отвернулся бы даже вокзальный бомж. Они помчались домой быстрее лани, а когда добрались, начали рассказывать родителям о привидениях, мертвецах и мумиях. Поражённые родители внимали бреду из уст своих чадушек, а потом… Потом всем троим внезапно стало плохо… причём симптомы этого «плохо» были очень подозрительными.

Многоопытный папаня Пирса забеспокоился, но понимая, что всё может кончиться печально, вызвал врача. То же сделали родители Гордона и Малькольма. Всех троих доставили в больницу… а когда в тех лохмотьях, в которые превратилась их одежда, обнаружили маленькие пакетики с белым порошком… то врачам всё стало яснее Божьего дня. И завертелось…

Порошочек был отправлен на экспертизу, анализ крови показал наличие наркотика в крови всех троих, а их симптомы и рассказы красиво сложились в картинку передозировки одного нехорошего наркотика… Зря я, что ли, просил Юдит кое-что приобрести? А волчица подошла к делу творчески.

Зелье, имеющее примерно те же свойства, что и маггловский наркотик, заранее распылила в подвале Вивиан. А чтобы не отравиться самим, Вивиан и Юдит так же заранее приняли антидот. Миссис же Роузвелл, в силу её призрачной природы, не страшны были никакие зелья. Вот так. Ловкость рук… и совсем немного магии — а результат налицо.

Английская полиция иногда умеет работать очень быстро — а тут такая вопиющая ситуация. Вот и получилось в итоге то, что получилось. Карьера отца Пирса была разрушена, троица отправилась осваивать новые горизонты в школу Святого Брутуса, а родители их были вынуждены уехать из Литтл-Уингинга подальше от позора.

Вот честно — мне не было их жаль. Настоящего Гарри они просто погубили бы… А родители… Родители сами воспитали из своих чад конченых отморозков, так что пришло время пожинать плоды. Они всё равно рано или поздно оказались бы там, где оказались.

Городок бурлил, как котёл с зельем, аж три недели. А потом наступило Рождество.