Особый клиент (джен)

— Джаспер, серьёзно, лучше, если поеду я.

Прислонившись плечом к дверному косяку нашей просторной гардеробной, я наблюдала, как он помогает Элис разбирать мою одежду, которую та собиралась отдать на благотворительность. Ренесми с Эдвардом устроились на кровати и в качестве сказки на ночь читали «Карамуру» Санты Риты Дурао на португальском. Мы закончили уже практически со всей английской классикой и теперь расширяли горизонты. Эдвард слушал наш спор вполуха, явно забавляясь.

Теперь, когда мои глаза достаточно посветлели, приобретя янтарный оттенок, и я могла обходиться без линз, наша маленькая семья собиралась в первый совместный отпуск: мы планировали навестить ковен Зафрины. Для поездки и Ренесми, и мне требовались новые паспорта, а это значило, что пора навестить нашего дорогого фальсификатора.

Джаспер прошёл мимо, даже не взглянув в мою сторону, и бросил охапку одежды в огромную картонную коробку.

— Это небезопасно, Белла.

— В прошлый раз у меня не было никаких проблем с самоконтролем!

Джаспер покосился на Эдварда, и они обменялись встревоженными взглядами.

Откуда-то из глубин гардеробной раздался сокрушённый голос Элис:

— Несси, я чувствую себя просто отвратительной тётей. У тебя нет ни одного купальника по размеру!

Радуясь поводу отложить сон, Ренесми соскочила с колен Эдварда и, пританцовывая, подбежала к ней.

— Шопинг?

— Мы с твоей мамой можем отправиться в Сиэтл. О-о-о! Или вы обе прокатитесь со мной в «Порше»!

— Дело не в самоконтроле, Белла, — продолжил Джаспер, не обращая внимания на их восторженные планы. — Дженкс — слабое звено. Уязвимость. Он знает даже больше, чем Чарли, но у него нет причин хранить личную верность или держать язык за зубами. Это делает его опасным. Вот почему он всегда встречался со мной. Если Вольтури когда-нибудь решат наказать нас за обман с привлечением человека, отвечать буду только я. Именно я устанавливал все связи. Я был единственным, кого Дженкс знал.

— Чрезмерно заботливый болван, — с любовью пробормотала Элис.

— И не говори, — глубокомысленно кивнула моя малышка.

Несомненно, она вспоминала истерику Джейкоба, когда Эдвард твёрдо заявил, что отдых будет исключительно семейным — никаких запечатлённых волков.

— Кроме того, — добавил Джаспер, — мой дар позволяет мне сразу распознавать, когда он врёт, а твой — нет.

Конечно, он был прав, вот только я не собиралась так легко сдаваться:

— Люди всегда выдают себя: пульс, температура тела, уровень кортизола в крови. Не говоря уже о румянце. И Вольтури больше не представляют для нас опасности. Если не дашь мне вести дела с Дженксом, у бедняги рано или поздно случится сердечный приступ, и тебе придётся искать нового исполнителя для подделки документов.

Он равнодушно пожал плечами:

— Они все не отличаются особой долговечностью, Белла.

— Поверить не могу, что ты это сказал!

Эдвард открыл было рот, но я резко толкнула вперёд силу, накрывая его щитом.

«Только попробуй встать на его сторону!»

Он опешил, как и всякий раз, когда у меня получалось застать его врасплох. Эдвард однажды сказал, что это ощущается так, словно я внезапно появляюсь, а потом снова исчезаю. Ладно, признаю, я была чрезвычайно довольна собой. Приятно, что после всех случаев, когда он материализовался буквально из ниоткуда и пугал меня, ещё человека, теперь я могла отплатить ему тем же самым. К тому же такая способность очень выручала, когда нам нужно было обсудить что-то, не посвящая в разговор Ренесми. Разумеется, если только Эдвард нас не выдавал.

Он прищурился, глядя на меня, но промолчал.

— К купальнику нужна накидка, — мечтательно сказала Элис. — И обязательно симпатичная шляпка от солнца.

— Возьми зелёную, — напомнила Ренесми. Это был её любимый цвет.

Джаспер, похоже, заметил удивление Эдварда, и я поняла: независимо от того, соглашался ли он с ним вслух или нет, Джаспер всё равно почувствовал, что мой муж поддерживает его. В нашей семье становилось слишком много одарённых вампиров. Или, может, это просто очередное подтверждение давней истины: хранить секреты среди Калленов невозможно.

— Лучше, чтобы тебя боялись, чем любили. — Джаспер скрестил руки на груди. — Хоть принцип и макиавеллиевский, но надёжный. И я потратил треть века на то, чтобы Дженкс и Эллиот меня боялись, сильно.

— Но лучше, — рассеянно заметила Ренесми, неся охапку одежды к коробке для пожертвования, — когда тебя и боятся, и любят одновременно.

Эдвард и Джаспер снова переглянулись, а потом Эдвард рассмеялся.

Элис хихикнула и подхватила Ренесми на руки:

— А ты знаешь, что прообразом для «Государя» Макиавелли послужил Аро?

Джаспер расслабился и ласково погладил Элис по плечу:

— Что думаешь?

Она даже не подняла глаз, продолжая перебирать локоны Ренесми:

— По-моему, всё отлично.

— Что именно? — насторожилась я.

Джаспер ухмыльнулся:

— Можешь взять на себя роль посредника между нами и Дженксом, но при одном условии: ты позволишь мне лично тебя представить и официально подтвердить передачу полномочий.

Лично представить меня? Официально подтвердить? Я закатила глаза, списав это на глубоко укоренившуюся в нём южную учтивость.

— Ладно. — Затем я указала на Ренесми: — А теперь, юная леди, марш в постель. Живо!

Дочка получила объятия и поцелуи от каждого из нас, и Элис пошла укладывать её спать, увлекая за собой Джаспера. Ренесми так сильно скучала по ней после декабрьского отсутствия, что, хотя с тех пор прошло уже несколько месяцев, она всё ещё не отпускала тётю ни на шаг от себя. Самой Элис, как и Джасперу, это было только в радость.

Эдвард внезапно оказался позади меня, крепко обнимая за талию. Даже став вампиром, я по-прежнему не всегда успевала уловить его движение.

— А теперь, юная леди, — тихо промурлыкал он, и его упоительное дыхание мягко щекотало ухо, — живо в постель.