Апофигеоз (джен)

— А давайте мы принесем друг другу Непреложные обеты, — вдруг предложил Гриндевальд.

— Обеты? — искренне удивился Дамблдор.

— Да, непреложные, — уточнил Геллерт, запахивая на груди лохмотья, оставшиеся от тюремной мантии. — Мы с вот этим оступившимся молодым человеком… Как, говоришь, тебя зовут?

— Лорд Волдеморт…

— Не выпендривайся, — скривился Геллерт, — скажи нормальное имя.

— Том, — страдальчески сказал Реддл тихим сорвавшимся голосом и воровато оглянулся в надежде, что никто больше не слышал.

— …мы с Томми пообещаем, что не станем умышленно причинять вред ни магам, ни магглам, а ты пообещаешь нам неприкосновенность наших жизней и свободу перемещения. Ну как?

— Не знаю, друг мой, не знаю, — Дамблдор растерянно потеребил бороду и пошевелил косматыми бровями. — А давайте вначале поедим? На пустой желудок что-то плохо думается.

— Вот видишь! — привлек внимание густой бас Рона. — Великому уму директора тоже плохо думается на пустой желудок, а ты мне чуть что пеняешь: «Как можно думать только о еде?!» — высказал он стоявшей рядом и возмущенно фыркающей Гермионе.

* * *

— А давай я наконец познакомлю тебя с нашим чудесным мальчиком! — воодушевленно предложил Дамблдор, когда все уже расселись за обильно накрытыми расторопными эльфами столами, и первые порции вкусной еды уже успели внести какое-никакое спокойствие в мысли собравшихся. Это, конечно, не относилось к тем, кто по разным причинам к еде не притрагивался. Но таких было немного.

Сивый заявил, что еда на столах гораздо менее аппетитна, чем та, что сидит за столами. После этого сразу получил Ступефаем от Флитвика и Петрификусом от Макгонагалл и обмер. А пинок Хуч отправил его под стол, где он с тех пор и находился.

Снейп разъяренно зыркал на веселого старика в звездно-голубой мантии, чувствуя, что начинает беситься вопреки принятому Апофигеозу. Шутка ли? Мало того, что вконец заигравшийся манипулятор беспечно тратит время, а эффект зелья бесконечным не бывает, так он еще и кормит всех, снижая концентрацию действующих веществ в крови!

Беллатриса нервно теребила прядь нечесаных курчавых волос и, не отрываясь, смотрела на сникшего между Дамблдором и Гриндевальдом Лорда со смесью разочарования и ужаса.

Гермиона, устав ерзать на своем месте, подошла к Ужасу подземелий и прошептала ему на ухо его собственные опасения. Второй раз уже. «Не к добру», — покосился Снейп и процедил:

— Да. И я пока не знаю, что с этим делать.

— Ну, — растерялась отличница, — может быть, мы с ребятами подумаем?..

— Думайте. Это не вредно. Только не предпринимайте ничего, не посоветовавшись со мной.

В этот момент по залу пронесся призывный возглас директора:

— Но где же наш милый мальчик?!

— Это он, наверное, про Гарри. Он, кстати, куда-то пропал, — пробормотала Гермиона, — а нам не сказал, — добавила она, обиженно надувая губы.

— Сейчас найдется, — мрачно сказал Снейп, вставая.

Гермиона проводила его взглядом и вернулась к друзьям.

— Не волнуйся, Эммиончик, — сказал Рон, с наслаждением пережевывая кусок запечённой курицы, когда подруга поделилась с ним переживаниями. — Мы с Невиллом, если надо, еще этого зелья наварим. Рецепт-то мы теперь знаем!

— Какой рецепт? — скептически спросила отличница. — Зелье же у вас другое получилось… Не по рецепту.

— Верно, — с гордостью ответил Уизли. — Мы его усовершенствовали. Надо будет — еще раз усовершенствуем. Так ведь, Нев? — он толкнул сидящего рядом Лонгботтома локтем в бок.

Невилл добродушно посмотрел на него и кивнул.

— Если так уверены, то отправляйтесь варить новую порцию прямо сейчас, — потребовала Гермиона. — Эффект от принятого может закончиться в любой момент.

«Дай поесть спокойно!» — уже почти сорвалось с губ Рона, но потом он подумал, что судьба Британии сейчас, возможно, в его руках. Самоотверженно отодвинул тарелку и хлопнул Лонгботтома по плечу:

— Пойдем, друг. Долг первооткрывателя — это святое!

* * *

— Финита инкантатем, — проворчав заклинание, Северус снял с Поттера чары.

Гарри с шумом втянул воздух, приготовившись высказать профессору зельеварения все, что о нем думает, но тут заметил объект, заслуживающий даже большего внимания, чем Снейп.

— Что?! Что он тут делает?! За одним столом с вами, директор?! Какого Мерлина происходит?! — заорал мальчишка, уставившись на криво улыбающегося Волдеморта и сжав кулаки.

— Успокойся, Гарри, — улыбнулся Дамблдор, — я тебе сейчас все объясню…

— Да что вы можете объяснить? Мордред вас всех дери! Он же убил моих родителей!..

— Ложь! — возмущенно взвизгнул Реддл. — Твоих родителей я не убивал!

— Кхак не уб-хивал? — поперхнулся словами и охрип Гарри.

Дамблдор сокрушенно покачал головой и прикрыл глаза рукой: «Вся стратегия псу под хвост!»

— А так! — со злой обидой рявкнул Том. — Я пришел устранить тебя. Ничего личного, Гарри! — он прижал белую аристократическую кисть к груди. — Ты просто был для меня угрозой. Я даже маме твоей предлагал уйти по-хорошему. Я Снейпу обещал и слово бы сдержал, но она же к тебе подойти не давала, — искренне негодовал Волдеморт. — Что мне оставалось, как не воспользоваться Авадой? Но только я наслал проклятие, вокруг как громыхнет: «Нарушение непреложного обета!» — и мой же луч в меня, — пожаловался, оглянувшись в поисках поддержки, Том. — С меня живьем содрали мое тело, — пожаловался он, и вздох его показался похожим на всхлип. — Я пострадавшая сторона! — нервно дернул он безволосой головой. — И какая только сволочь заставила меня дать этот проклятый обет так, что я даже не помню? — Волдеморт метнул полный ненависти взгляд в честные невинные глаза хогвартского директора, а Снейп принялся отвлеченно рассматривать потолок, мимикрировавший под звездное небо.

— Но ведь их нет, — прошептал Гарри. — Они похоронены в Годриковой впадине. И откуда у меня шрам? И где был мой отец?

— Я не знаю, кто там похоронен, — раздраженно ответил Реддл. — Где был твой папаша — тем более… Но, потеряв плоть, я не лишился способности видеть и чувствовать… Я видел, что произошло дальше. Мое тело взорвалось и обрушило одну из стен. Твою маму пристукнуло потолочной балкой, а тебе звездануло по лбу осколком штукатурки. Это было ужасно! Видеть свое разорванное тело… — Том закрыл лицо руками.

— Это правда, директор? — жестко спросил Поттер.

— Видишь ли, мой мальчик, — развел руками Дамблдор, — твой вопрос может иметь разные ответы. Все зависит от того, что считать правдой. Если правда — это то, во что человек искренне верит, то, вероятно, да. Том сказал правду. Но вот вопрос, во что веришь ты? И кому ты веришь?

Гарри скрипнул зубами:

— Почему мне кажется, что меня сейчас пытаются обмануть?

— Вот! — ласково улыбнулся ему Альбус. — Вот, — хотел продолжить он, но Снейп вероломно вклинился в паузу, которой надлежало стать многозначительной:

— Полагаю, даже вашего скудного ума должно хватить, чтобы не подозревать в обмане директора, мистер Поттер? — желчно вставил он. — Хотелось бы думать, что это так, ведь директор абсолютно прав: правда у каждого своя. Лишь истина одна на всех! И истина состоит в том, — продолжал он, не замечая отчаянных знаков, которые посылал ему Дамблдор и жестами, и свистом, — что после того, как Волдеморт в глубочайшем огорчении удалился, в ваш дом прибыли наш дорогой и уважаемый директор вместе с министром магии. Они обнаружили там плачущего вас и вашу маму, находившуюся в тот момент без сознания. Когда Лили пришла в себя, то рассказала о произошедшем до того момента, как падающая балка ее оглушила. Было принято решение, что после пережитых потрясений народу Британии нужен герой. И эта великая честь была уготована вам, — он понимающе кивнул и повел бровью. — В то время вы производили более приличное впечатление, чем сейчас. И потом, ребенок — это так возвышенно, чисто и трогательно! И не нужно отвечать на массу не удобных вопросов, что да почему…

— Но где же мои родители? — криком перебил его Гарри. — Какого Мерлина я живу с Дурслями?

— Слабоумие, мистер Поттер, — тяжелая участь, — грустно посмотрел на него Снейп.

— Прекратите оскорблять, ребенка! — гневно сверкая синими глазами, рявкнул на профессора директор. — Гарри очень умный мальчик, и он все поймет! — он перевел взгляд на Поттера. — Твои родители отдали тебя Британии! — с придыханием произнес Альбус. — Их сердца обливались слезами, но они согласились на эту великую жертву! Ради спасения нашего народа.

— То есть они меня бросили! — рявкнул взбешенный Гарри. — Как они могли?

— Нет! — громким полушепотом возразил директор.

— Ваша мама долго сопротивлялась, но пришел ваш отец и убедил ее, — вставил Снейп, и его лицо на мгновение передернула то ли улыбка, то ли судорога.

— Да откуда он вообще взялся?! — обернулся к нему разъяренный мальчик.

— А вот этот вопрос самого всю жизнь мучает… — удивился Северус.

— Я про то, что его же там не было… Так красноглазый сказал. Или был?

— Нет. Но в квиддич доиграл и вернулся, — пожал плечами зельевар.

— В квиддич? — Гарри сорвался на смех. — За мной темный маг охотился, а отец в квиддич играл? Вы врете.

— Конечно, врет, — окинув Снейпа ледяным взором, постарался вернуть инициативу Дамблдор. — А вы были под защитой Фиделиуса. В полной безопасности…

— Да, в абсолютной, — ухмыльнулся Ужас Подземелий, — могли убедиться на практике…

Гарри опустился на скамью и покрутил головой.

— И где они сейчас? — спросил он с устало-холодным спокойствием.

— В Штатах, — снова опередил директора мастер зелий. Если б взгляд Дамблдора обладал магической силой, то превратился бы Снейп в горсть пепла. — С полным комплектом ваших бабушек и дедушек, — добавил он невозмутимо, зная, что такой способности у величайшего светлого мага современности нет.

— И наконец, настал момент вам всем воссоединиться, — обнял его директор.

— Но в начале, может, решим вопрос со злодеями? — кивнул в сторону Гриндевальда и Реддла Снейп. — Чтоб мистер Поттер мог навестить родителей и начать жить для себя, а не для великой миссии. Только что вскрывшаяся правда убедительно доказала профилактическую эффективность Непреложного обета. Не так ли?

— А ведь верно? — воскликнула Гермиона.

— А как же господство над миром? — промямлил Том.

— Не привередничайте, мой Лорд, — прошипел ему Снейп, — я пытаюсь спасти вашу темно-магическую задницу…

Дамблдор только махнул рукой.