Младший магистр (гет)

В конференц-зале Министерства магии собралась огромная по меркам магического мира толпа народа. Известие о тяжелой болезни министра Фаджа пронеслось по Волшебной Британии подобно урагану. А уж то, что своим преемником он назначил никому прежде не известного человека — и вовсе вызвало шок. Так что собравшиеся на объявленную пресс-конференцию временно исполняющего обязанности министра магии — напряженно гудели, обсуждая между собой, что это может означать и какие изменения в жизнь волшебников внесет новая власть.

Том Риддл появился на пороге точно в объявленное время. Его проход через зал к кафедре мог бы сразу показать, кто являлся настоящим учителем профессора Снейпа. Правда, если летящий по Хогвартсу Снейп заставлял поежиться от страха «бесстрашных» гриффиндорцев, то стремительный уверенный шаг Темного лорда приводил в замешательство и заставлял вздрагивать многоопытных политических зубров. Что, без сомнений, было гораздо более существенным эффектом.

— Здравствуйте, господа, — начал он, заняв свое место за кафедрой. — Без сомнений, вас всех интересует вопрос, почему внезапно и тяжело заболевший министр Фадж назначил своим заместителем меня, человека мало известного среди политической элиты. Следует пояснить, что с самого начала своего пребывания в должности министра магии уважаемый Корнелиус Фадж столкнулся с постоянным противодействием со стороны клики Дамблдора, фактически узурпировавшего власть. Как мы видели в этом году, даже будучи пойман на таком тяжелом преступлении, как организация незаконного вооруженного формирования, Альбус Дамблдор смог «оправдаться» — то, что слово было произнесено в кавычках смог бы не услышать разве что совершенно глухой, — и вернуть себе все регалии Верховного чародея Визенгамота. И продолжил вмешиваться в действия исполнительной и судебной властей, серьезнейшим образом их дезорганизуя. Но столь откровенным образом Альбус Дамблдор начал действовать только сейчас, когда появились сведения о возрождении Того-кого-нельзя-называть. Однако столь проницательный человек, как министр Фадж сумел проникнуть в истинную суть этого фанатика гораздо раньше, и поручил мне собрать доказательства преступлений, совершенных Дамблдором и его кликой. К сожалению, подобная деятельность была несовместима с какой бы то ни было публичностью.

Зал загудел. Слова о «преступлениях, совершенных Дамблдором» вызвали брожения в умах.

— К сожалению, — продолжил Риддл, позволив собравшимся вкратце обсудить свои слова, — тяжелое заболевание, отправившее Корнелиуса в госпиталь святого Мунго, где медики в настоящее время борются за его жизнь, заставило прервать мои изыскания. Так что собранная мной картина наверняка окажется неполной. Но уже то, что я смог выявить — впечатляет. Манипуляции правосудием, включая беззаконную передачу опекунства, освобождение заведомых преступников, таких как Наземникус Флетчер и бессудное заключение а Азкабан невиновных. Уже упомянутая организация незаконных вооруженных формирований, и та Армия Дамблдора, на которой его прихватили — далеко не единственный пример подобного рода, хотя и самый отвратительный, поскольку в нее вербовали детей, настраивая их на участие в свержении законной власти, — внутренне Риддл усмехнулся. Младший магистр его ордена наверняка будет возмущен подобной интерпретацией его действий… Но увы, большое ведро с дерьмом и хорошая широкая кисть — всегда были незаменимыми инструментами в руках любого политика. — Покушения на убийство…

Зал взорвался. Люди возмущенно переговаривались, одни — поддерживая обвинения, другие — яростно их отрицая. Риддл пережидал этот взрыв, спокойно стоя за кафедрой. Когда буря немного утихла, он продолжил:

— Да, вы не ослышались. Я сказал «покушения на убийство». Каким еще образом можно интерпретировать отправку группы первокурсников ночью в Запретный лес якобы «на отработку»? Какое такое нарушение школьной дисциплины может оправдать риск жизнями детей? Более того, даже жизнь национального героя, мальчика-который-Выжил, каждый год подвергалась опасности в «самом безопасном месте Британии» — школе Хогвартс. И все эти покушения никогда не были как следует расследованы, поскольку покушавшихся покрывал Дамблдор. Более того, кроме покушений, на счету Дамблдора как минимум одно состоявшееся убийство. Ибо Бартемиус Крауч-младший был осужден только к пожизненному заключению. И то, что его отдали дементору — есть беззаконная и бессудная расправа, которой пытались подвергнуть и Сириуса Блека.

— Дементора привел министр Фадж! — выкрикнул кто-то с места.

— По требованию Дамблдора, — парировал Риддл. — К тому же, директор Хогвартса связан с защитными заклятьями, наложенными еще Основателями, и легко мог не допустить на территорию школы тролля, цербера, дементоров… Или кто-нибудь будет утверждать, что все перечисленные существа, и оборотень в придачу — безопасны для детей?!

Зал охнул. Разумеется, все это — тайной не являлось, и те, у кого дети учились в Хогвартсе знали по крайней мере о части рассказанного. Но вот так вот собрать и вывалить кучей… Определенное впечатление это произвело.

— Вернемся ненадолго к манипуляциям системой правосудия, — продолжил Риддл после очередной паузы. — Собирая информацию о деятельности Дамблдора, я получил неопровержимые сведения о том, что Сириус Блэк — никогда не был судим. Более того, он не совершал тех преступлений, в которых его обвиняли, и был просто-напросто беззаконно брошен в Азкабан, поскольку его пребывание на свободе противоречило планам Дамблдора в отношении Мальчика-который-Выжил.

— При чем тут Поттер? — выкрикнул кто-то с места.

— Согласно завещанию родителей Поттера, опекуном мальчика должен был стать именно Блэк, — ответил Риддл. — Но Дамблдор решил, что мальчика следует отправить к его маггловским родственникам, которые, с полного попустительства того же Дамблдора, не заботились о ребенке должным образом! Впрочем, в данный момент это не столь важно: пропавший Поттер не находится у родственников, и не подавал заявления в суд, так что его отношения с ними — только его дело. Но вот манипуляция правосудием — уже другое дело. Если мы не может доверять всем решениям, вынесенным судами под влиянием Дамблдора — мы должны подозревать их все в незаконности. И эти решения, особенно — вынесенные в условиях «упрощенного правосудия» — будут проверены. Все. Те, кто действительно совершал преступления — останутся в Азкабане, но те, кто оказался там только из-за того, что их политические взгляды не соответствовали идеалам Дамблдора — будут отпущены на свободу как узники совести.

— Кто, например? — выкрикнули из зала.

— Проверка еще не проведена, — улыбнулся Риддл. — Так что я не могу дать полного списка. Но, в качестве примера могу привести Беллу Блэк. Конечно, брачные клятвы — не империус, и не могут послужить основанием для полного освобождения от ответственности. Но вот основанием снизить срок заключения с пожизненного до десяти лет — являются. А в Азкабане она провела более десяти лет.

— Почему Вы называете ее Блэк? Она же Лестрейндж! — крикнули из зала.

— Она обратилась к главе своего рода, и тот объявил ее брак не состоявшимся.

— К главе рода?! — охнул другой голос. — Но ведь Сириус…

— Да, — снова сверкнул улыбкой Риддл. — По завещанию Сириуса Блэка главой рода Блэк является Гарри Поттер. Видимо, Белла сумела обнаружить мальчика и как-то с ним договориться…

— Да она просто убила Поттера!!! — снова выкрикнул тот же, кто вспомнил о завещании Сириуса.

— Если бы убила Гарри, то как бы он смог вернуть в род Нимфадору Тонкс? — парировал Риддл. — А ведь это произошло уже после разрыва брачного договора с Лестрейнджами.

— Далее, — продолжил временно исполняющий обязанности министра, переждав очередной всплеск разговоров, — под влиянием Дамблдора Визенгамот принял несколько несправедливых и дискриминационных законов в отношении людей, подвергнувшихся действию дикой магии, таких как оборотни, вейлы, русалки, кентавры и другие…

— Они — мерзкие нелюди! — выкрикнул кто-то в зале.

— Даже глупые магглы знают, — усмехнулся Риддл, — что если два существа дают плодовитое потомство, то они относятся к одному виду. Так вот… Я и моя администрация будем настаивать на отмене этих законов, которые прямо-таки толкают часть нашего и без того не слишком большого сообщества в дикость и криминал! Конечно, нельзя отрицать и того, что те же оборотни — могут быть весьма опасны. И только полный сумасшедший может посчитать, что оборотня можно нанять для того, чтобы он обучал наших детей. Но список профессий, которыми оборотням будет запрещено заниматься, будет кратким, исчерпывающим и закрытым. Более того, хотя я буду настаивать на отмене обязательно регистрации оборотней, я буду так же просить их регистрироваться в добровольном порядке: министерству следует знать, сколько аконитового зелья следует заказывать для бесплатной раздачи самым нуждающимся. А тем, кто не имеет работы министерство поможет найти источник средств к существованию, не связанный с криминалом. Также следует признать порочной и прекратить существующую практику, когда родителям-магглам позволяют решать за детей — обучаться им в Хогвартсе или нет. Подобная практика, основанная на ложном понимании равноправия, калечит детей, нарушает их права и грозит нарушением Статута секретности! Обучение в Хогвартсе должно быть обязательно для всех юных волшебников!

Выступление Риддла продолжалось еще несколько часов. Он обещал чистку министерства и личного состава Аврората, дешевые стартовые кредиты для талантливой молодежи, поддержку нуждающихся…

— Господин Риддл, — под конец пресс-конференции обратилась к временному министру высокая светловолосая ведьма в красной мантии. — А что Вы можете сказать о том, что случилось в Хогвартсе в прошлую пятницу?

Риддл пожал плечами.

— Боюсь, что тут я информирован немногим более, чем Вы. Как, подозреваю, и все присутствующие, я знаю только о том, что директор Дамблдор, по всей видимости, окончательно сошел с ума и с криком «Волдеморт идет!» прыгнул с Астрономической башни.