Игра Стражей. v2.0 Лестница сквозь небо (гет)

Токио-3. Геофронт. Икари Гендо 

В связи с последним отчетом службы наблюдения и охраны пилотов, я вызвал к себе начальника этой службы, Кеннеди Элвин-сана. После завершения обязательных элементов вежливости, я выложил на стол отчет его сотрудников и поинтересовался, не кажется ли ему, что данная ситуация требовала вмешательства этих самых сотрудников, тем более, что часть персонала внедрена в школу под видом учителей, и могли вмешаться, не создавая ребятам дополнительных проблем.

— Обычное столкновение, в которое нам было предписано не вмешиваться, — выдал Элвин, заставив меня внутренне сжать зубы.

— Кем «предписано»? — уточнил я.

— Приказом Хига-сан… — н-да…

— Приказ по институту за номером 18-53 был доведен до Вас? — спросил я, посмотрев на начальника отдела поверх переплетенных пальцев. Элвин вздрогнул. Похоже, институт от последышей Хига-сан еще чистить и чистить. Жаль, что я не смог убрать ее раньше. А вот случайная смерть — развязала мне руки. И сейчас я приведу в действие еще один из освободившихся инструментов.

— Да, но… — Элвин запнулся, пытаясь найти еще какое-нибудь оправдание.

— Приказ номер 18-53 отменяет ВСЕ распоряжения Хига-сан в отношении Рей-тян. ВСЕ. И сформулировано это, на мой взгляд, предельно ясно. Если Вам требовались дополнительные пояснения по поводу конкретных ситуаций — следовало обратиться за ними ко мне, или, если бы я оказался недоступен — к начальнику оперативного отдела Кацраги Мисато-тайи.

— Я полагал, что приказ 18-53 относится только к распоряжениям, имеющим отношение к внутренним взаимодействиям…

— Что непонятного в слове «все»? — я не отводил взгляда от заметно нервничавшего начальника службы. — Приказ специально с учетом различных неграмотных был составлен на трех основных языках ООН*. И во всех трех вариантах однозначно сказано, что отменены ВСЕ ее указания в отношении Рей-тян!

/*Прим. автора: в связи с тем, что Британские острова оказались на дне, а Северная Америка превратилась в ледяной континент, официальными языками ООН являются русский, немецкий и японский. Английский используется в основном программистами и прочими компьютерщиками как некий вариант латыни*/

Элвин заметался. Понятно. Приказ «придерживаться прежних распоряжений» до него довели через мою голову… Ну что же…

— Вот, ознакомьтесь, — я кинул Элвину толстую папку, содержащую все, что психиатры Йокосуки посчитали нужным сообщить о моем сыне.

Читал Элвин долго. Все-таки специфическая терминология, использованная психологами и психиатрами — не слишком удобна для понимания… А уж когда пишущие стараются извернуться угрем и не схлопотать иск о подрыве деловой репутации и оскорблении — они и вовсе стараются изъясняться языком, который заставил бы старика Эзопа удавиться от черной, всепоглощающей зависти. Но все-таки, начальник службы, взаимодействующей с тремя не слишком стабильными подростками, имел, кроме всего прочего, и медицинское образование. Так что он разобрался.

— Но это же означает… — начал однофамилец убитого президента США, но я его перебил.

-Вот именно, — я двинул головой так, чтобы мои очки дали отчетливый блик. — Врачи считают, что мой сын — опасный для общества псих, маниакально зацикленный на втором лейтенанте Аянами. В сущности, они требуют отправить Синдзи-куна на лечение в специальное заведение… Вот только у нас нет возможности снять с боевого дежурства одного из ТРЕХ во всем мире пилотов. Однако, во избежание нарастания психической нестабильности Икари-тюи, я, в связи с имевшим место инцидентом, вынужден буду издать приказ, разрешающий пилотам использовать любые способы самообороны в случае любых нападений, включая словесные. Правда, должен сказать, что все выплаты компенсаций как покалеченным, так и родственникам погибших, будут производится за счет бюджета Вашей службы.

Элвин-сан отчетливо вздрогнул, представив, как бюджет службы охраны пилотов уходит в глубокие минуса… Все-таки Безбашенный Икари репутацию себе соорудил вполне надежную…

Элвин-сан вышел, и я позволил себе криво усмехнуться. Лояльная охрана стоит и большей цены, чем некоторая сумма, которую Синдзи-кун недополучит из-за проваленного мной иска. Впрочем, сумму эту можно будет потом компенсировать. Да и с «проваленным» иском все не так однозначно. И я швырнул толстую папку с заключениями психиатра на стол, где, среди прочих бумаг лежал и красиво оформленный листок, в котором прикормленные Рицко специалисты с мировыми именами разносили заключение провинциальных врачей в мелкие клочья.

Токио-3. Икари Синдзи

Магическое истощение — вещь неприятная. А когда несколько часов работаешь проводником Силы, способной поддерживать работоспособность титана, размером с «Разжигателя войны» — истощение — минимум гарантированных неприятностей. И это мне еще повезло, что в таком состоянии не пришлось вести бой, поддерживая кроме жизнеобеспечения, еще сенсоры, движители, пустотные щиты и вооружение. Однако, все равно мне пришлось очень тяжело, и несколько недель после этой «развлекательной поездки», меня трясло от холода — постоянного спутника магического истощения. Помогала только Рей-тян, прижимающаяся ко мне и дарящая свое тепло. Но ее, к сожалению, никто от школы не освобождал. Так что приходилось терпеть.

Но все проходит. И вот, позавчера я почувствовал, как мерзкий холод сменяется горячечным жаром, а потом мир вновь раскололи на куски черные линии-трещины, и в сознании зазвучал тихий, почти неслышимый шелестящий шепот. Магия вернулась. Ну а вчера, на ежедневном обследовании, проходившем, как и все подобные мероприятия до этого, у нас дома, Рицко-сан признала меня здоровым. И сегодня я иду в школу.

Токио-3. Школа. Хораки Хикари

Новая ученица, Аска Сорью Ленгли оказалась очень хорошей девочкой, хотя и спровоцировала мальчишек на... на разное. Из чего отпавшие челюсти и неконтролируемое слюноотделение представлялись наименьшими проблемами. Однако, как ученица она показала себя выше всяких похвал: у нее всегда было сделана домашняя работа, она легко отвечала на самые каверзные вопросы преподавателей, помогала тем, кто просил ее помощи... но при этом — никогда не давала списывать. Последним она заслужила злобное шипение со стороны особенно отстающих... но после того, как продемонстрировала навыки рукопашного боя — шипение стихло.

И вот сегодня в класс после почти недельного отсутствия явился Икари. Такэнзи Таяко и Такахаси Юма вначале задергались, но потом, видя спокойного Икари — успокоились и сами. Зря это они. У такого спокойствия может быть только два варианта: или Икари посчитал удар по морде от Аски — достаточных наказанием... что вряд ли. Или он просто ничего еще не знает, так как Аянами решила его не тревожить. И именно второй вариант представляется мне наиболее вероятным. Но в таком случае неведение Икари продлится ровно до того момента...

— ... и тут она его прямо в морду — бац! И говорит...

Жажда крови, разлившаяся по классу — пригнула меня к парте. Некоторые девочки уже валялись в глубоком обмороке. Но давление продолжало нарастать, и похоже было на то, что скоро к лежащим присоединится весь остальной класс, кроме, разве что Аянами... и, может быть — Ленгли. Ведь, новенькая — действующий пилот, уже участвовавший в бою... так что вполне может оказаться, что ее воля позволит ей выдержать давление. Однако, нужно было что-то делать... и делать быстро. Если Икари слетит с нарезки... остановиться он может уже над горой растерзанных трупов.

Я, пригибаясь, как будто против сильного ветра, подошла туда, где этот Кенске-бака рассказывал Икари о похождениях Новенькой-тян, и произнесла то, чего от меня никто, включая меня саму, не ожидал:

— Аянами, Икари — вы сегодня прогуляйте. Я вас прикрою.

Тут чуть винтом не ушли в обморок все, кто еще оставался на ногах. Чтобы Железная староста, всегда твердой рукой поддерживавшая дисциплину — САМА предложила кому-то прогулять? Да еще и пообещала прикрыть? Одноклассники, судя по ошеломленному виду и покачиванию головами — старательно вспоминали: что именно они вчера пили и/или курили, чтобы обеспечить себе ТАКИЕ галлюцинации. Но вот после ответа Икари...

— Староста, ну сама подумай: я и так МНОГО пропустил... — сын Командующего сделал очень отчетливое ударение, и зыркнул в сторону Юма-куна. — А сегодня у нас математика, физика, классическая литература... Эти предметы очень важны для нашего будущего. — Икари неприкрыто издевается. — А еще тут у нас, оказывается, покойничек по школе бродит. Недоупокоенный. Нехорошо. Раз уж покончил с собой — лежи в могиле и разлагайся, а не на уроки ходи.

Этого Юма-кун уже не выдержал. Он рухнул во весь рост, с гулким стуком треснувшись об пол пустой тыквой, которую по чистому недоразумению называли его головой.

Токио-3. Геофронт. Икари Синдзи

Не то, чтобы глупость, выданная этими двумя уродамитак уж серьезно выбесила меня. Скорее, злился я на себя, за то, что так и не догадался объяснить Рей-тян, как следует реагировать в подобных случаях. Но репутация — есть репутация. Ее надо создавать и всячески поддерживать. Да и просто прогулка с Рей-тян — пошла мне на пользу. Так что в Геофронт я действительно, как и сказала староста, добрался «спокойный, как танк, и довольный, как слон».

— Икари Синдзи-сан, — приветствовал меня дежурный на проходной, — Командующий просил Вас подойти к нему, как только появитесь в Геофронте.

Я кивнул, не выпуская из руки пальчики Рей. Ну, вызывают — значит надо.

Отец был ожидаемо занят, так что мы с Рей устроились в приемной и приготовились к длительному ожиданию. Впрочем, уже всего лишь через полчаса, когда доктор Акаги всего лишь в третий раз заглянула осведомиться, куда это мы с Рей пропали, и почему не являемся пред ее грозные очи, секретарша кивнула.

— Икари-сан, Аянами-сан… Вы можете пройти. Командующий ждет вас.

Когда мы вошли, отец поднял голову от бумаг.

— Рей-тян, — сказал он по окончании церемонии приветствия, — хорошо, что ты пришла. Теперь ты и сама все услышишь. Икари— сёи-сан… — я вытянулся во фрунт, — доведите до пилота своего подразделения, что ей не обязательно молча терпеть выходки, вроде тех, которые позволили себе ее одноклассники. Но и убивать в ответ на глупое оскорбление, это, — он внимательно посмотрел на меня, — наверное, тоже перебор. Так что сегодня у вас будет занятие по теоретическим основам самообороны…

— Господин Командующий, — раздалось из селектора, — Акаге Рицко-сама интересуется: как скоро Вы отпустите пилотов Икари и Аянами?

— Она сейчас в приемной? — поинтересовался отец.

— Нет, господин Командующий, — ответила секретарь. — Она позвонила по селектору. Но раньше — забегала и лично.

Отец щелкнул тумблером, и произнес:

— Рицко-тян, забирай пока что Ленгли, а я сегодня буду заниматься с пилотами Икари и Аянами.

— Но… — начала доктор Акаге, у которой на сегодня был запланирован какой-то эксперимент.

— Без вопросов, Рицко, — прервал ее отец. — И постарайся, пожалуйста, сегодня закончить пораньше: посидим в кафе, поужинаем…

— Так точно, господин Командующий. Задействовать пилота Ленгли. Вы проводите отдельный инструктаж для пилотов Икари и Аянами. Завершить серию экспериментов до 18.00 и прибыть на внеплановое совещание. А все правильно поняла?

— Все правильно, Рицко-тян. Все правильно.