Макара (джен)

О встрече с Крайтоном договорились рано утром, но в результате смогли отправиться только в десять часов. Никак не удавалось разбудить Харрисона. «Ну да, перестарался. Хватило бы одной капли. Кто же знал». Использовать на нём заклинания Урасима не позволил, объявив это неэтичным. Ни он, ни доктор сами так и не ложились, только под утро перешли с виски на чай и приняли душ, благо ванных комнат в доме было две.

— Вы сказали Маубергу, что к десяти вас ждёт Трофимчик, — напомнил Урасима. — Что с этим?

Доктор пожал плечами.

— Я солгал. Мадам ждёт меня начиная с десяти, в любое время дня. Это не срочно. Ей просто любопытно. А директор сейчас вообще старательно смотрит в другую сторону. Не думайте об этом. Это было сказано для Харрисона, а не для Мауберга.

В полдесятого Ракали проснулся самостоятельно и на удивление быстро привёл себя в порядок, только потребовал себе «нормальную одежду».

Теперь Харрисон был одет в летний льняной костюм в тонкую серо-зелёную полоску — доктор Ван пожертвовал им без особых сожалений, сказав, что приобрёл его «под влиянием чувств, в каком-то недолгом помрачении ума», а потому Хантер волен оставить костюм себе. От завтрака Харрисон отказался, но влил в себя одну за другой две чашки крепкого кофе со сливками.

Для встречи Крайтон назначил довольно странное место: автозаправку «X Convenience». Доктор сказал, что знает, где это.

— Только не представляю, куда там аппарировать. Всё просматривается. Разве что на станцию Нурлутта... Я примерно помню окрестности, оттуда дойдём.

Они аппарировали в кусты позади навеса над платформой (выбираясь из них, напугали какую-то даму; впрочем нет, не столько напугали, сколько удивили — она отсалютовала им бутылкой газировки и снова уткнулась в газету), а потом прошли по Коммершиал-роуд на юго-восток, до заправочной станции.

— И куда теперь? — спросил Харрисон, отцепляя от рукава колючку.

— Думаю, нас кто-нибудь должен встретить, — предположил Ван. Но уверенности в его голосе не было. — Во всяком случае, для нападения место неудобное. Ни нам, ни на нас.

На заправке стояло несколько машин, в том числе очень потрёпанный «Ровер» с кемпером-каплей — ярко-оранжевые крыша и жалюзи на окнах, когда-то белые боковые стены. Хлопнула дверца, с водительского места «Ровера» вылез чернявый коротышка с кривой ухмылкой и направился к ним.

— Смит уже заждался, ага, — сказал он вместо приветствия и махнул рукой, приглашая за собой.

Снаружи кемпер совершенно не выглядел как место, куда поместятся сразу четыре пассажира, даже стоя, а внутри он был совершенно пуст и ожидаемо тесен. Коротышка вошёл последним, закрыл за ними дверь и взял с полки над входом чёрный увесистый пруток, раздвоенный, как рогатка.

— Вы в курсе, что чары Незримого Расширения действуют и на мугговский транспорт? — брюзгливо поинтересовался Ван.

— Ага. Руки на воздух, к палкам не тянуть, — скомандовал коротышка и помахал прутком. Пруток тут же низко загудел, как басовый камертон, после чего все трое удостоились досмотра, в ходе которого их провожатый медленно и тщательно водил вдоль тела каждого из них прутком, прислушиваясь к оттенкам гудения.

— Талисманы, порталы, стре́лки скидывайте сюда, если есть, — коротышка кивнул на откидной столик с подносом. — Мы сейчас к боссу, там вас ещё раз досмотрят. Если кто-нибудь что-нибудь припрятал — сразу вальнут. Я вас предупредил.

Харрисон нервно улыбнулся, Ван развёл руками, а Урасима очень медленно снял с запястья браслет.

— Это, — сказал он, — то, что мы несём вашему боссу. Будете осматривать здесь?

Коротышка призадумался и мотнул головой.

— Нет. Держи при себе, — и достал из нагрудного кармана своего рабочего комбинезона потёртый картонный кружок — пивную подставку с рекламой пива «Coopers».

— Портал, типа, — сказал он и протянул картонку доктору Вану. Ван взялся за кружок, но коротышка не выпустил его из пальцев. Когда Харрисон и Урасима тоже прикоснулись к порталу, все четверо оказались на открытой веранде. По деревянным решёткам вились виноградные лозы, в больших глиняных кадках колосились декоративные злаки. Посреди веранды в ротанговом кресле восседал Крайтон и объедал виноградную гроздь. При виде них он отложил остатки винограда на блюдо и помахал рукой.

— Неплохой денёк, а? — Крайтон осклабился, своей дружелюбной улыбкой он напоминал сумчатого дьявола. — Сейчас мои парни вас слегка проверят, а потом мы потолкуем. Если всё в порядке. Со всем уважением, джентльмены, безопасность есть безопасность.

— Разумеется, — ответил за всех доктор. — Приступайте.

Трое охранников и коротышка нацелили на них свои палочки, ещё один, в очках с круглыми чёрными стёклами, вывесил на каждого по связке проверочных чар, от которых Харрисон ёжился, доктор презрительно фыркал, а Урасима улыбался всё вежливее. Наконец человек в очках повернулся в сторону Крайтона и покачал головой, после чего один из охранников взял его под руку и увёл с веранды, а другой заклинанием приставил к столику, возле которого сидел Крайтон, ещё три стула.

— Итак, джентльмены, что у вас для меня? — Крайтон широким жестом указал на стулья. — Показывайте. И рассказывайте.

Урасима первым прошёл к столику и занял средний стул, доктор сел справа от него, а Харрисон, поколебавшись, устроился слева. Урасима снял браслет и выложил на стол. Взмах палочки — и синий кожаный короб раскрылся, показывая своё содержимое: плотно ужатые синие папки.

— Здесь всё, — пояснил доктор. — Обе части проекта, материалы по устройству очага и по составу новой смеси. Это вторая рабочая копия, основной комплект Трофимчик хранит у себя. Но они практически идентичны, здесь даже больше, потому что есть правки по результатам тестов. Поскольку материалы предназначены для работы, они не зашифрованы. Чары по управлению доступом описывает отдельный патент, их тут нет. Не наша область.

— Отлично, отлично, — Крайтон победно потряс сжатым кулаком. — Но текст ведь никак не защищён? Никаких там морочащих чар? Берёшь и читаешь?

— Кроме арифмантики и высшей алхимии — никаких, — усмехнулся Ван. — Для неспециалистов там есть общие описания и концепция внедрения сети. Пятый раздел в документации по очагу. Разделы пронумерованы в хронологическом порядке, по времени создания, поскольку разработка ещё не завершена. Бросьте, Крайтон. Если у вас нет при себе эксперта — а у вас его нет, — содержимое вы никак не проверите. Но вам и не нужно. Можете посмотреть на заверительные печати, подписи, сличить маркировку бланков. Даже если бы это была подделка... Подделку с такой точностью в мелких деталях изготавливать просто невыгодно, проще украсть оригинал, честное слово.

— Кстати об украсть, — перебил его Крайтон. — Я хочу знать детали.

— А вот мистер Харрисон как раз горит желанием всё вам рассказать, — интонации доктора стали вкрадчивыми, почти мурлыкающими. — Верно, Хантер? Горите же?

Харрисон судорожно сглотнул и закивал. Следующие полчаса он красочно описывал Крайтону их вылазку в мельчайших подробностях, сперва сбивчиво, потом увлёкся и заговорил свободнее. Урасима с некоторым удивлением отметил, что Харрисон, оказывается, довольно наблюдателен и заметил многое. То, что Хантер в своём рассказе позволил себе приукрасить степень своего участия и свой вклад в успех, не вызвало у его спутников никаких возражений, только Ван пару раз многозначительно хмыкнул. Когда речь зашла о том, как Мауберг пытался достать предполагаемых взломщиков в их убежище, со стороны послышался присвист — не то недоверчивый, не то восхищённый. Урасима обернулся: чернявый коротышка смотрел на него и качал головой. Было непонятно, заметил ли это Крайтон, и если да, то как воспринял.

— Вот как-то так всё и было, мистер Смит... Крайтон, — закончил свой рассказ Харрисон и облегчённо откинулся на спинку стула.

Крайтон задумчиво хмурился и жевал незажжённую сигару.

— Ну, хорошо, — сказал он наконец. — Похоже, что всё чисто. Мне сообщили, что на площадке в самом деле была какая-то суета под утро, но подробностей мой информатор не знает. Смотрите. Мой клиент сможет передать мне деньги только завтра. Самое ранее — сегодня вечером. Я хочу, чтобы вы пока подержали товар у себя. Для нашего общего спокойствия. Когда все будут готовы к сделке, я вам сообщу через Колвилла, — он указал на коротышку, тот кивнул. — Он свяжется... скажем, с вами, доктор, я дам ему номер, и вы условитесь о встрече. Вернее, Колвилл скажет вам, куда нужно будет придти. Словом, как в этот раз было. Встретит и проводит.

— Вы полагаете, что местонахождение документов можно выяснить, и не хотите лишний раз рисковать, — спокойно сказал Урасима.

Крайтон издал смешок.

— В точку. Я вас больше не задерживаю, джентльмены. Колвилл вас проводит.

— Минуту, — остановил его Ван. — Минуту. Мы ещё не обговорили до конца сумму.

— Я обговорил, — Урасима сложил руки на животе и переплёл пальцы. — И ожидаю десять процентов от сделки. Так мы условились. Верно, мистер Крайтон?

Крайтон угрюмо кивнул.

— Вам, доктор, могу предложить столько же. Что касается вас, — он ткнул пальцем в Харрисона, тот глазел со страхом и скрытой надеждой, — то свой аванс вы, на ваше счастье, отработали. И мы вытащили вас из задницы, куда вы засунули себя сами. Так что мы, по совести, в расчёте. Но, — палец Крайтона возделся вверх, к виноградным лозам, — я намерен проявить великодушие. Тысяч пять сверху подкину. Или чуть больше. С клиентом мы ещё торги не закончили.

— Мне годится, — доктор встал. — Единственно, часов до семи вечера я буду плотно занят. А до четырёх мне вообще бессмысленно звонить, я не отвечу. Мистер Урасима?

— Мне нужно будет вернуться в Тувумбу, — ответил Урасима. — Мистер Харрисон сможет ещё какое-то время рассчитывать на ваше гостеприимство?

— Со всей неизбежностью, — сказал Ван. — Тогда будьте на связи, я вас извещу, как только мы условимся с Колвиллом. Хорошего дня, мистер Крайтон. И удачи.

Крайтон что-то невнятно пробурчал в ответ, впрочем, судя по тону, что-то дружелюбное, и пыхнул сигарным дымом.

Браслет, в который снова были превращены документы, Урасима оставил на хранение доктору Вану, а тот спрятал его в тайник. Затем Урасима в самом деле направился в офис Отдела, закончил там несколько текущих дел, в том числе свой отчёт за прошлую неделю, и к трём часам вернулся в Аделаиду. Там он пообедал во вьетнамском ресторанчике на Хенли Бич роуд и в начале пятого договорился о встрече с Маубергом. Тот уже покинул площадку, вернулся в Южную Австралию и снова занял свой кабинет в штаб-квартире MMG, куда и пригласил Урасиму.

Разумеется, в Аделаиде было отделение волшебной почты. Для мугги оно выглядело как склад среди многих прочих складов, а волшебники видели вывеску — какаду с конвертом в клюве, и надпись крупными буквами: Волшебная Почта Южной Австралии, и ниже — Центральный Офис. И разумеется, внутри было три публичных очага. Урасима мог бы воспользоваться служебным положением, но счёл своё дело сугубо частным, а потому бросил в латунный ящик с прорезью двухдолларовую монету, тронул рычажок дозатора и назвал адрес.

Где конкретно располагается штаб-квартира, Урасима знал очень приблизительно, потому что бывал там всего два или три раза, и никогда не попадал в неё с улицы, только через очаг или порталом. В светлом холле, без ложной скромности отделанном тасманийским змеевиком и опалами, его встретил одинокий охранник. Это был высокий сероглазый блондин, выглядевший как чрезмерно одетый сёрфер — строгий чёрный костюм и золотой бейдж MMG оказались на нём по странному недоразумению, то есть по служебным обязанностям. Охранник этот даже не привстал со своего высокого стула за стойкой, а только как-то чуть повернулся и посмотрел. Так умеют хорошие сторожевые псы, которые даже без рычания, одним движением ушей и пристальным взглядом могут притормозить незнакомого визитёра.

Урасима вышагнул из очага и официально поклонился.

— Добрый день. Я к мистеру Маубергу, мне назначено. Урасима из Особого отдела, Тувумба.

Охранник слегка кивнул, незаметным жестом извлёк откуда-то палочку и выписал ею зигзаг. Раздался громкий хлопок, и перед ним повисла лиловая искра. Охранник приблизил к ней лицо и произнёс неожиданно мальчишеским, звонким голосом:

— Хай, мистер Мау. К вам тут джа... — он покосился на Урасиму и докончил явно не так, как собирался: — Урасима из Тувумбы. Говорит, вы ждёте.

Искра исчезла, но тут же появилась снова, и раздался голос Мауберга:

— Да, направь ко мне.

Охранник легко соскочил со стула, пошарил где-то под стойкой и выложил на неё ромбик из тёмного дерева.

— Стрелка в кабинет мистера Мауберга. Добро пожаловать, сар.

* * *

Мауберг первым протянул руку для пожатия.

— Поздравляю, — сказал он вместо приветствия. — Можете злорадствовать, если хотите.

— Вы путаете меня с доктором, — ответил Урасима. — Отчёт о своих действиях мы представим в ближайшее время. В остальном — без изменений?

— Без. И мадам Трофимчик просила передать, что она по-прежнему заинтересована.

— Передайте мою признательность. Но мне всё равно, где не хотеть работать в Австралии. Не вижу смысла что-то менять.

— Я ей сразу сказал, что примерно так вы и ответите. И всё же.

— Мне приятно думать, что я здесь временно. Не готов отказаться от этой версии событий.

— Это «временно» тянется уже... сколько? С конца семидесятых?

— И тем не менее.

Мауберг пожал плечами.

— Нет, я понимаю, что вы заработали там определённое положение и статус, и вам может казаться невыгодным это менять. Однако, если уж сама мадам захотела вас прибрать, я не думаю, что вы потеряете. А в Отделе, с другой стороны, вы уже упёрлись в свой потолок.

— Вы правда думаете, что я делаю в Отделе карьеру? Вот я?

— Ну, что-то вы там всё же делаете, нет?

— У меня долг перед Хааком, который уже умер. И перед Доновской. Это — существенно. Всё прочее... Надо же мне чем-то заниматься, пока я не свободен в своих действиях. Если бы мадам Трофимчик в самом деле «захотела меня прибрать», как вы выразились, то вряд ли пани Шеф нашла что ей возразить. Вы это знаете не хуже меня. И давайте оставим это.

Мауберг примирительно поднял руки.

— Да я, собственно... в ваших же интересах... но как вам будет угодно. Итак, бумаги у Крайтона?

— Будут ближе к вечеру, или завтра. Мы их ему показали, но договорились оставить у себя, пока он не решит с клиентом. Крайтон, кстати, сам это предложил. Кажется, он опасается быть с ними пойманным. Впрочем, не знаю.

— Ну, у нас всё же имеется определённая репутация. И не на пустом месте. А вы узнали, кто клиент?

— Вероятнее всего, Люциус Малфой. Он сейчас в Квинсленде, подписывает бумаги по селитряной сделке от лица своих компаньонов.

— Вот как, — Мауберг прищурился. — А вы-то откуда об этом знаете?

— Где-то слышал, скорее всего, — невозмутимо ответил Урасима. — Кстати, могу ли я предложить вам устроить мистеру Малфою встречу с МакНейром? Я понимаю, что это не вполне законно...

— Да не вопрос, — кивнул Мауберг. — Если Малфой уцелеет — устроим. У нас есть ещё что-то?

— Есть. Что вы предлагаете касательно вашего бывшего сотрудника?

Мауберг что-то невнятно пробормотал, кажется, по-чешски.

— Не уверен, что правильно вас понял, — сказал Урасима. — Не могли бы вы повторить?

— Я сказал, в мать его обратно, и перетрахать во что-то приличное.

— Идея интересная, — кивнул Урасима. — Но я не вполне представляю, как это осуществить технически.

Мауберг рассмеялся.

— Вы редкостная язва, Тадао. Невозмутимая язва.

— Возмутимая. Просто вы обычно не на той волне. А если серьёзно, что с ним дальше?

— В организации ему больше ничего не светит. Даже рядом постоять не дам. Переправим в Новую Зеландию или в Полинезию куда-то. Придумаем. Если что, всегда можно будет найти. Меня только беспокоит содержимое его головы.

— Доктор Ван об этом уже позаботился. По собственной его просьбе. Харрисон решил, что если он будет знать как можно меньше, его, возможно, не убьют.

— Ну, он, в целом, угадал. Мы и не собирались, но так лучше, да.

— Кстати, Ван просил напомнить, что вы «торчите ему пятнадцать», цитирую дословно.

— Да, помню, отдам при встрече. Это пари — за ним. Хотя, будем честны, если бы я не должен был вам подыгрывать... Но у меня кончились нелетальные варианты.

— Мы никогда не узнаем, как было бы. И вряд ли сложится проверить. Искренне признательны вам за сдержанность. Пока помню: мы в июле играем в Саншайн-Кост, в университете. Рикардо с кем-то договорился. Правда, не одни — будут ещё три или четыре группы.

— Да? А кто, кроме вас?

— Из тех, кого можете знать — «Лихорадка Блэкуотера».

— Да, знаю таких. У них неплохие блюзы, но не совсем в моём вкусе.

— У них сменился ударник.

— Как так? Их же там всего двое.

— Ну, вот так. Вместо ДеМарко теперь Уолтер, с прошлого года. Подробностями не интересовался.

— На вас, так и быть, зайду. Если будет ваша скрипачка. Кстати, сколько ей, если не секрет?

— Вы — и не знаете? — рассмеялся Урасима. — Семнадцать. Недавно исполнилось.

— Не по работе я нелюбопытен. Чего-о? Она выглядит минимум на двадцать.

— Мы сами в шоке. Она играет с тринадцати, с нами — три года. Хороший ребёнок.

— Ладно, июль — это июль. Меня больше интересует, собираетесь ли вы на новогодний фестиваль в Вудфорде? Одна птичка мне нашептала, что вас проклянут, если вы опять всех продинамите, как в прошлом году. Я серьёзно.

— В прошлом году у нас были обстоятельства. А в этом... где мы — и где Новый год. Но я спрошу у Рикардо. Или сами спро́сите. Вот как раз придёте в июле — и спросите. Я вам сообщу, когда окончательно будет известна дата.

* * *

К вечеру выяснилось, что покупатель сможет встретиться с Крайтоном только на следующий день, и то не с утра. Так, по крайней мере, сообщил Крайтон.

Покупатель в самом деле был очень занят: представители MMG — компании, которая продавала британцам свои селитряные месторождения, — настояли на том, чтобы он осмотрел каждый объект самолично. Поэтому почти всё воскресенье и первую половину понедельника Люциус Малфой был вынужден то аппарировать, то добираться очагом, а между перемещениями — ходить по добычным площадкам, на которых работали в основном местные магглы. До последнего места его вообще доставляли вертолётом, поскольку другие варианты были объявлены «менее надёжными». И на каждом объекте его знакомили со всем местным начальством, представляли ведущих специалистов и пытались устроить небольшой банкет.

Он не вполне понимал, зачем это нужно. По условиям сделки все рабочие контракты должны были в основном оставаться в силе ещё на три года; оптимизация допускалась, но с учётом мнения местных управляющих. Его предупредили о профсоюзах. Нет, это не были попытки понравиться новому начальству. Перед ним никто не заискивал, не изображал значимость или незаменимость. Австралийцы просто так... общались? Поэтому Люциус Малфой пожимал бесчисленные руки, улыбался, местное вино уже просто лилось у него из ушей вперемешку с минералкой, и что самое страшное, он начал понимать местные акценты. Поначалу Малфой вообще хотел было потребовать себе переводчика, поскольку оззи были уверены, что говорят по-английски, а он решительно не был готов с этим согласиться. Даже имея опыт общения с ирландцами.

Только в самом конце вояжа, вернувшись в брисбенский офис, он смог наконец увидеться со своим поверенным, которого знал как Смита. Когда были подписаны и заверены последние документы по селитряной сделке, Смит с широкой улыбкой предложил мистеру Малфою своё гостеприимство.

— У меня есть ранчо в тихом месте, мистер Малфой. Надеюсь, вам понравится. Предлагаю отметить закрытие сделки — и обсудить возможности дальнейшего сотрудничества. Как вы на это?

— Что ж, это кажется вполне уместным. Только, боюсь, меня сейчас не хватит на долгое отмечание. Это был очень длинный день, — Малфой непритворно подавил зевок, и даже не рассердился на себя за такое проявление слабости.

— О, не беспокойтесь, мистер Малфой, — улыбка Смита сделалась ещё зубастее и шире. — Я сделаю всё возможное, чтобы наше времяпрепровождение не было для вас утомительным. Это и в моих интересах, — он хохотнул.

На подземной парковке их дожидался объёмистый чёрный внедорожник, Cadillac Escalade, с прозрачной крышей, баром и телевизором. Смита сопровождал помощник, он же телохранитель — остролицый блондин с цепким колючим взглядом. Этот помощник открыл дверцу сперва перед Малфоем, потом перед своим боссом. В автомобиле обнаружился ещё один человек Смита — на месте водителя. Помощник уселся вперёд, рядом с ним. Передние сиденья отделяло от салона бронестекло.

Смит на своём месте вольготно раскинулся, достал палочку и превратил свой итальянский шерстяной костюм в свободную мантию, бежевую с коричневым.

— Здесь можно не стесняться, — сказал он. — Больше никаких магглов. Нам надо немного выехать из города. Удостоверимся, что нас никто не пасёт, и я аппарирую нас прямо с машиной. Вернее, вот он аппарирует, — Смит махнул рукой в сторону своего помощника.

Малфой кивнул и тоже превратил шёлковый деловой костюм в мантию, чёрно-зелёную, с тонким серебряным шитьём.

— Я достал то, чем вы интересовались, — продолжил Смит тем же небрежным тоном. — Вы всё ещё заинтересованы в сделке?

— Разумеется, — Малфой слегка кивнул. — На последних обговорённых условиях. Я вношу задаток и изучаю товар. Если всё в порядке, вы получите чек на предъявителя, в «Гринготтс».

— ОК. Погнали, — последнее, видимо, относилось к водителю, потому что машина сорвалась с места и покинула парковку.

Между тем Смит сделал один короткий звонок, сказав только: «Вызывай». Дальше они ехали молча, чему Малфой был только рад. На вежливый светский разговор ни о чём силы ещё оставались, но никакого желания не было.

Из делового центра они вынеслись на мост, пересекли реку, потом большую развязку, свернули влево, в какой-то парк, и когда автомобиль оказался один-одинёшенек на грунтовой дороге среди кустов и деревьев, их выдернуло в аппарацию.

Малфой не припоминал, чтобы ему прежде доводилось аппарировать, находясь внутри маггловского транспорта. Однажды отец перенёс их вместе с каретой и пегасами, чтобы уйти от грозы, да старший из братьев Лестрейнджей раз или два «дёргал» лодку ближе к причалу, что было рискованно, но менее рискованно, чем отправляться на вызов к Лорду с середины залива. Но это ощущалось совсем иначе. Маггловские вещи порой казались ему отвратительно чужеродными, а то, что некоторые из них были удобны в использовании, особенно механизмы... это порождало ощущение какой-то запачканности. Может быть, поэтому мобильный телефон был у него уже шестой или седьмой — предыдущие взрывались, сгорали, просто переставали работать. Предпоследним он запустил в домовика — и не смог потом восстановить с помощью Репаро. А вот автомобили... автомобили ему нравились. Всегда. И то, что с автомобилем тоже можно аппарировать, было хорошей новостью.

Аппарация перенесла их на вымощенный плиткою двор, который полукругом охватывали крылья большого одноэтажного дома в стиле Саутвестерн. Стены дома были отделаны песчаного цвета штукатуркой и диким камнем, а крыша — черепичная, терракотовая. Середину двора занимала большая круглая клумба с декоративными злаками и какими-то цветущими колючками.

Через двустворчатую застеклённую дверь Смит, всё с той же профессиональной улыбкой, провёл своего гостя в большой холл. Помещение было очень светлым, в основном в жёлтых пастельных тонах, а вся мебель в нём — очень массивная, и очень много кожи. Диваны, кресла, стулья и даже (Малфой едва не поморщился) низкий, но широкий и длинный кофейный стол на толстых точёных ножках были обтянуты кожей разных сортов. Стол был крокодиловым.

К счастью, в холле они не задержались. Смит последовал дальше, в более уютную комнату с парой очень комфортных высоких кресел, столом и камином. Камин был отделан большими кусками древесины, практически брёвнами, а изнутри — медный, и в нём горел, исключительно для красоты, не дававший жара волшебный огонь.

Охранник привёз к ним столик с напитками и оставил возле стола, потом кто-то невидимый накрыл на стол лёгкий ужин.

— Я нанял пару домовиков, — сказал Смит извиняющимся тоном. — Своих ввезти было нельзя, это слишком незаконно, а местные все служат в бюро, которое подчинено Виз-консилу штата. У них там профсоюз, зарплата, выходные... Но и совсем без прислуги неудобно. Так что, мистер Малфой, о делах — чуть позже. Ваш заказ уже в пути. Меня известят.

Люциус Малфой рассеянно кивнул. Его уже накрывала усталость. Он ещё был в состоянии поддерживать необязательную застольную беседу ни о чём, но почти не обращал внимания на то, что ест. Впрочем, еда, кажется, была довольно неплохой.

Наконец, когда им уже подали кофе и Смит раскурил сигару (вежливо уточнив, не помешает ли это гостю), в дверь комнаты трижды постучали. Охранник, который чинно просидел в углу на стуле весь ужин, встал, чуть приоткрыл створку и что-то выслушал через узкую щель, потом доложил:

— Прибыли, сар.

Смит пристроил сигару в пепельнице, чарами стазиса остановив тление, и поднялся из кресла.

— Вот и документы, мистер Малфой. Подождите буквально пять минут.

Он вышел и вскоре вернулся с большим синим коробом, на крышке которого золотились буквы MMG.

— Итак, мистер Малфой, вот обещанные материалы. Мне доставили их прямо из сейфа на рабочей площадке, и я уверен в их подлинности. Как мы и договаривались, я хотел бы получить мой аванс.

Он раскрыл короб и выложил на стол несколько папок.

Малфой тоже поднялся из кресла и подошёл к той стороне стола, где лежал короб. В папке под номером один лежала опись документов. Сверяясь по ней, Малфой вытащил ещё несколько папок, раскрыл одну, потом другую — на листах, отмеченных печатями и убористыми, плотными подписями Трофимчика. Он достал из кармана нечто, похожее на хрустальный волчок, поставил его на лист, раскрутил пальцами. Волчок стремительно завертелся, загулял по бумаге, потом подпрыгнул и завис в воздухе, не переставая вращаться. Внутри него замельтешили синие и зелёные искорки. Малфой внимательно следил за волчком, а Смит — за Малфоем, чуть кривя губы.

— Хорошо, мистер Смит, я их изучу. Благодарю вас, — Малфой остановил волчок и убрал в карман. Потом из внутреннего кармана он неторопливо извлёк сложенный вдвое лист пергамента и чернильную ручку с золотым пером. Опершись на стол, он вывел на пергаменте свою подпись. Лист сразу же принялся хитро складываться сам собою и превратился в маленький желтовато-белый чемоданчик, который вырос до размеров обычного дорожного чемодана. Малфой вынул палочку и поочерёдно коснулся замков. Крышка чемодана откинулась вверх. Внутри лежали пачки вполне маггловских банкнот, перетянутых банковскими лентами.

— Вот, мистер Смит, это половина оговоренной суммы, как и было условлено, — сказал Малфой с любезной улыбкой. — Можете пересчитать.

Крайтон подошёл к столу, запустил руку в чемодан, вынул одну пачку, потом другую, придирчиво осмотрел их и бросил обратно.

— Фальшивка, — сказал он и криво ухмыльнулся.

Его охранник положил руку на карман.

— Прошу прощения, не та сторона, — Малфой невозмутимо сложил пачки ровно, закрыл чемодан, перевернул его на другую сторону и открыл снова. — Проверьте пожалуйста, теперь всё точно.

Крайтон вынул из поясной кобуры палочку и помахал над деньгами. В воздухе вспыхнули зелёные цифры — одно число, потом другое.

— Мне пришлось сделать обмен в Сингапуре, — сказал Малфой. — В «Гринготтсе» грабительский курс. Если бы вы взяли всю сумму галлеонами...

— Мне нужно так, — отрезал Крайтон. — Да, вот теперь всё верно. У вас будет два дня на проверку документов, потом я ожидаю вторую половину.

— Я намерен управиться за один, — сказал Малфой. — Теперь я бы хотел забрать документы. Их ведь можно уменьшать?

— Вполне, — равнодушно отозвался Крайтон и хотел взять чемодан с деньгами, но Малфой придержал его за крышку.

— Переложите деньги во что-нибудь, этот чемодан мне нужен. Трансфигурировать вам?

Крайтон покачал головой и щёлкнул пальцами своему охраннику. Тот вышел и принёс потёртый дипломат, и они вдвоём с Крайтоном принялись перекладывать туда пачки. Тем временем Малфой собрал синие папки в их родной короб, а короб, поразмыслив, превратил в серебряный зажим для галстука.

— Чек на ваше имя будет ждать вас в отделении «Гринготтса». Если всё будет в порядке, я его подтвержу и сообщу вам.

* * *

Ожидая известий от Крайтона, трое взломщиков лениво играли в «Пятьсот». Уже стемнело, когда доктору позвонил Колвилл и предложил им встретиться на том же месте.

— Можете аппарировать прямо в кемпер, — сказал он. — Вам будет открыто.

— Сейчас будем, — ответил доктор и посмотрел на Харрисона.

Тот даже дёрнуться не успел, только карты упали на стол. Доктор наклонился и надел на палец серебряное кольцо с чёрным камнем.

— Для моего спокойствия, — сказал он.

Урасима промолчал.

В этот раз с веранды их провели в небольшую комнату, где предложили подождать. Вскоре прибежал Крайтон, коротко их приветствовал и нетерпеливо защёлкал пальцами.

Урасима снял браслет и превратил в синий короб, в обнимку с которым Крайтон убежал обратно.

Пришлось подождать ещё немного. С ними оставался Колвилл и ещё один охранник. Колвилл через некоторое время предложил им пива. Урасима отказался, а Ван попросил «XXXX», и невидимый домовик подал ему запотевшую бутылку и стакан.

Вернулся Крайтон, он же Смит. Он сыто щурился и довольно потирал руки.

— Так, с этим всё. Наличные у нас, чек он передаст после того, как просмотрит документы. Вы же сделали копию, я надеюсь?

Урасима и Ван переглянулись. Урасима вывел на лицо обычную вежливую улыбку, а вот Ван, не скрываясь, посмотрел на Крайтона как на... Нехорошо, в общем, посмотрел.

— Нет? — довольство Крайтона приугасло. — Но как же... А почему? Их же можно было бы ещё раз...

— Мистер Крайтон, — сказал Ван таким тоном, каким обычно обозначают полный идиотизм собеседника, — если бы эти документы поддавались копированию, их бы не нужно было красть.

— Поэтому если вы уже что-то пообещали янки, — добавил Урасима, — вам лучше как можно скорее разобещать это обратно.

Крайтон с минуту молчал, обдумывая новость.

— Что, совсем нельзя? А как же вы с ними работали?

— Почему же, можно, — снисходительно пояснил Ван. — Переписать от руки, страница за страницей. Но я не поручусь, что на чертежах нет морочащих чар, которые не позволят переписчику правильно их воспроизвести. Вот за алхимическую часть поручусь, что они там есть. Для работы можно было скопировать конкретный нужный фрагмент. В присутствии куратора и под роспись. Это же Трофимчик. И, что ещё хуже, Мауберг. Ладно, Крайтон, теперь я жду от вас свою долю гонорара, и мы расходимся. У меня полно работы.

Крайтон, поколебавшись, кивнул и достал из кармана дипломат, уменьшенный до размеров портсигара. Вернул ему прежние габариты и щёлкнул замком.

Внутри были пачки денег, австралийских и американских долларов.

— Ваша доля австралийскими, — сказал Крайтон. — Остаток будет галлеонами. Если хотите, могу сам обменять.

— Галлеоны нас вполне устроят. С Ракали что делать? — спросил Урасима.

— С Харрисоном? — рассеянно переспросил Крайтон, выкладывая на стол пачки банкот. — А что с ним делать? Пусть скроется куда-нибудь. Он же болтать не будет? Не будет. Это в его интересах. Где он сейчас?

— В довольно надёжном месте, — ответил Ван, покручивая на пальце кольцо.

Крайтон подвигал челюстью, потом достал ещё пачку и положил отдельно.

— Вот. Отдайте ему. Не заслужил, конечно, но хоть так.