Положительный результат (джен)

Но в этот раз дойти до Большого зала мне было не суждено.

— Гарри! Гарри! — раздался голос Перси. Я оглянулся. Гриффиндорский староста выглядел обеспокоенным. Блин, ну что ещё случилось?

Я остановился, подождал Перси и озвучил свой вопрос.

— Тебя срочно вызывает директор, Гарри, — быстро сказал Перси. — Вот записка.

Я принял кусочек пергамента, развернул его и прочёл: «Перечные чёртики».

— Не забудь назвать это горгулье у входа в кабинет. Иначе она может не пропустить тебя, — пояснил Перси вроде как обычным тоном, но что-то в интонациях его голоса, жестах и взгляде буквально кричало: «Не ходи!»

— Зачем вдруг я понадобился директору? — удивился я.

— Не знаю, Гарри, — нервно облизнул губы Перси. — Но там заместитель министра Амбридж и два аврора. Поторопись, Гарри. Такие персоны не любят ждать.

И снова это: «Не ходи!» в глазах. Эх, Перси, хороший ты парень, только вот на двух стульях долго не усидишь. Но я даже осуждать тебя не могу, зная расклад в твоей ненормальной семейке.

И в этот момент появился Марк. Очень вовремя. Видимо тут сработало специальное тёмнолордовское чутьё.

— Гарри, ты что застрял? Я уже беспокоиться начал!

— Перси сказал, что меня вызывает директор, — ответил я. — Срочно.

— Тебя проводить, Гарри? — вмешался Перси. — Дело, как мне сказали, действительно срочное.

— Спасибо, Перси, сам дойду, — вежливо ответил я и добавил в голос твёрдости. — Я. Тебя. Услышал.

Перси кивнул:

— Так я пошёл? — то ли спросил, то ли просто сказал он и отступил в коридор. За что мне нравится этот парень — он умеет понимать... нюансы.

— Иди-иди, Перси, — проворчал Марк, а потом, повернувшись ко мне, тихо произнёс одними губами:

— Не сердись на него. Ему трудно. Он хочет уйти сам и вытащить Рона.

— Не сержусь, — так же тихо ответил я. — Но что мне делать сейчас? Перси явно предупредил, что идти туда опасно.

— Нужно позвать Макгонагалл, — сказал Марк. — Ты первокурсник, она — твой декан. Ты имеешь право требовать её присутствия.

— Тогда позови Макгонагалл, — сказал я. — А мне придётся идти.

— Не слишком торопись, — отозвался Марк.

Вот уж не собирался.

Но на сей раз лестницы были благосклонны ко мне. Не прошло и жалких трёх минут, как я стоял перед каменной горгульей. Что ж... Раз уж я так быстро оказался на месте — может, подождать декана здесь?

И я с самым независимым видом принялся разглядывать уродливую каменную морду статуи. Ох, надеюсь, Марк быстро найдёт Макгонагалл... Декан точно не даст меня в обиду. Но что такого мне вменяют в вину, если там торчат целых два аврора да ещё замминистра? И это точно не пресветлый Гессер, а противная Амбридж.

Увы, дождаться мне не удалось. Горгулья неожиданно скрипнула и отъехала в сторону, открывая мне проход на лестницу. А потом её морда исказилась, и тяжёлые массивные челюсти стали выталкивать членораздельные звуки. Горгулья произнесла скрипучим голосом с интонацией Дамби:

— Проходи, мальчик мой, не стесняйся!

А потом каменная лапа потянулась ко мне с явной целью придать ускорения. Делать было нечего, и я поднялся по лестнице, постучав в дверь директорского кабинета.

— Входи, мой мальчик! — прозвучал из-за двери голос Дамби. Тамбовский волк тебе мальчик, козлина. Ладно, делать нечего, вальсируем...

Я решительно толкнул дверь и оказался в кабинете директора. Сам Дамби сидел за письменным столом, со столешницей, обитой зелёным сукном, в высоком кожаном кресле с позолоченными деревянными подлокотниками. Нет вкуса у человека, что поделаешь...

Напротив стола располагались ещё три похожих кресла, между которыми расположился низенький чайный столик, накрытый по всем правилам хорошего тона. Красивый дорогой сервиз... похоже старинный, судя по танцующим на чашках пастушкАм и пастУшкам, мейсенского фарфора. А ещё серебряные чайные ложечки, сахарница и сливочник тоже весьма тонкой работы. Милота и прелесть.

А вот маги, восседавшие за этим столиком, понравились мне куда меньше. Дамочка лет тридцати пяти, одетая в розовый костюм цвета взбесившегося поросёнка с белой в рюшечках кружевной блузкой, и двое мужчин в бордовых аврорских мантиях. Чернокожий здоровяк и худощавый, но крепкий русоволосый мужчина с твёрдым пристальным взглядом. Амбридж, Кингсли Шеклболт и Долиш. Что-то мне всё это вообще ни разу не нравится...

Но я вежливо поздоровался со всеми присутствующими и замер, удивлённо глядя на Дамби. Сесть мне не предложили, но я решил пока не нарываться, ожидая хоть каких-то слов, обращённых ко мне. Пауза затянулась.

Но тут Амбридж взяла со столика чашку, при этом манерно отставив мизинчик, сделала глоток чая и своим обычным сладеньким голоском произнесла:

— Прошу вас, директор, скажите мистеру Поттеру, для чего его вызвали...

— Да-да, — кивнул Дамблдор. — Гарри, мальчик мой, в Министерство поступила информация о том, что ты нарушил закон номер двести двадцать пять дробь двенадцать о запрете некромантии на территории Магической Британии.

— Что? — у меня отвисла челюсть. Это какая же тварь стуканула в Министерство?

— Вы оживили мёртвое животное, мистер Поттер, — промурлыкала Амбридж.

Оживил, не спорю. Только с помощью Господина Смерть, внезапно подкинувшего мне магическую плюшку. И кажется мне, что эта самая плюшка сейчас у меня поперёк горла встанет. Близнюки стуканули. Больше некому. Точнее, они наверняка поняли, что Мерлин был мёртв, не дураки они... а потом поделились информацией с Артуром. И Артур уже перетёр с кем надо. Нет, Уизли совсем не просты. И они, похоже, затеяли собственную игру, решив завладеть самолично ценным активом в моём лице. Зря они это сделали, Дамби такой огласки совершенно не хотел, он явно недоволен... но колесо уже запущено и ему остаётся только делать хорошую мину при плохой игре и извлечь максимум выгоды из дерьмовой, в общем-то, ситуации. Одно хорошо — за рыжих я теперь и ломаного кната не дам. Что Гриня, что Дамби — оба отъявленным человеколюбием отличаются.

— Дорогая Долорес, — промурлыкал Дамби, — на вашем месте я бы сначала разобрался в ситуации. Мистер Поттер — первокурсник.

— Если верить официальной версии, этот первокурсник сумел победить Тёмного Лорда в год с небольшим, — парировала Амбридж. Ох, не зря Фадж эту суку розовую ценит, ох, не зря...

— Итак, мистер Поттер, — промурлыкала Амбридж ещё более сладким тоном, — ваши объяснения?

— А я должен что-то объяснять? — невинно похлопал я глазами. — Я никого не оживлял. Я такого не умею. А если вы имеете в виду Мерлина...

— Какого ещё Мерлина? — рявкнул Долиш. — Не юли, парень!

— Спокойнее, аврор Долиш, — вмешался Дамби. — Мальчик имеет в виду крысу, принадлежащую Рональду Уизли, не так ли, Гарри?

— Да, директор, сэр, — усиленно закивал я головой и торопливо затараторил:

— С тех пор, как Короста куда-то делась, Рон такой несчастный ходил, что я его пожалел, подумал, что это, может, Мистер Лапка, мой книззл, его крысу придавил... вот... и подарил Рону новую крысу...

Долиш что-то прошипел, но Дамби жестом успокоил его и спокойно сказал:

— Ты хороший мальчик, Гарри, решил помочь своему товарищу... продолжай...

И что-то было такое в его голосе, что мне немедленно захотелось признаться во всех смертных грехах. Но я это недостойное чувство подавил и продолжил тараторить дальше.

— Рону эта крыса... точнее крыс, ведь это мальчик, его так можно называть, правда?.. Крыс Рону понравился, он всем понравился, Рон его Мерлином назвал... Мерлин такой умный... Рон с ним всегда играл... а близнецы пришли и Мерлина отобрали... а потом один из них его швырнул, так Мерлин об стол ударился... а Рон испугался, что он умер, и у него выброс случился... а я посмотрел — а Мерлин живой, он просто сознание потерял... крысы ведь тоже теряют сознание, правда?

— Правда, — добродушно кивнул Дамби, а потом повернулся к аврорам и Амбридж:

— Вот видите — абсолютно ничего криминального. И это у Рональда произошёл стихийный выброс, а не у Гарри.

— Ничего не выйдет, директор. Не стоит выгораживать своего любимчика, — холодно улыбнулся Долиш. — У нас есть свидетели. Братья-близнецы Уизли готовы дать показания. Мистер Гарри Поттер применил некромантию и это не подлежит обсуждению. Мы забираем его в аврорат для допроса.

Ну давай, козёл старый, скажи им хоть слово против! Тебе же невыгодно, чтобы меня забрали, ты можешь не согласиться, ты же мой типа опекун!

Однако Дамби прищурился, взглянул на меня, развёл руками и мягко сказал:

— Я вынужден подчиниться закону. Гарри, ты пойдёшь с этими джентльменами. А я постараюсь вытащить тебя побыстрее.

Ага! Решил меня всё-таки до мокрых штанов напугать, а потом сделать должником? Скотина бородатая, этому телу одиннадцать лет всего! Какой аврорат?

— Я не пойду! Я не сделал ничего плохого! — в моём голосе зазвучали непролитые слёзы. Кингсли смутился, Долиш тоже. Но мадам Амбридж этим было не пронять.

— Я действую от имени Министерства, — прожурчала розовая дамочка. — Подчинитесь закону, мистер Поттер!

— Это не закон, а произвол! — отскочил я в угол. Потревоженный Санчо выпрыгнул из капюшона мантии и, мгновенно увеличившись с доброго сенбернара размером, заслонил меня от авроров и Амбридж.

— Тёмная тварь! — завизжала Амбридж. — Где Поттер взял этакую пакость?

— Это фамильяр, — высказался более подкованный Кингсли. — Он будет защищать мальчика. И это совсем не пакость. Похоже, мальчик вырастил его сам. Это очень преданное существо, не надо его обижать.

— Мне всё равно! Уничтожьте это! — заявила Амбридж. — И забирайте мальчишку. Мы и так слишком задержались.

— Нет, — решительно сказал Кингсли. — Так нельзя. Мадам Амбридж, надо попробовать договориться с мальчиком.

— Я сказала — взять мальчишку! — пошла вразнос розовая дамочка. — И уберите эту тварь!

В этот момент за дверью раздался вой горгульи и отборный мат на гэльском, потом эта самая дверь широко распахнулась и в кабинет буквально влетела злющая Макгонагалл с палочкой наперевес. Выглядела она прямо как разъярённая кошка — вот сейчас бросится и начнёт когтить.

— Что здесь происходит? — злобно прошипела Маконагалл. — Почему мой ученик вызван без моего ведома? Я его декан! И по моим данным мистер Поттер ничего плохого не делал!

— Всё в порядке, Минерва, дорогая, — сладко пропел Дамблдор. — Я решил не беспокоить тебя, ведь у тебя так много дел. К тому же ты знаешь, что я опекун мальчика... Так что в данном случае твоё присутствие не обязательно...

— Да? — сарказм в голосе Макгонагалл можно было ковшом вычёрпывать. — И ты спокойно смотришь, Альбус, когда твоего подопечного собираются тащить неведомо куда?

— Он некромант! — взвизгнула Амбридж. — Тому есть точные подтверждения!

— В таком возрасте он не может быть некромантом! — рявкнула Макгонагалл. — Дар пробуждается позже! И ваши точные подтверждения — это два недоумка, доставшие до печёнок весь факультет? Два недоумка, которые родного брата умудрились довести до стихийного выброса? А вы на основании этой блистательной информации тотчас примчались арестовывать невиновного первокурсника? Вы забыли закон — студента Хогвартса нельзя так просто выдать на расправу!

— Кто говорит о расправе? — сладенько пропела Амбридж. — Это была бы личная беседа...

— С последующей остановкой в Азкабане? — взвилась Макгонагалл. — С вас станется!

— Но некромантия запрещена... — проворчал Долиш. — И возраст не имеет значения!

— С каких нестиранных мордредовых подштанников вы решили, что этот ребёнок — некромант? — окончательно пошла вразнос Макгонагалл. — Только потому, что два недоумка рассказали своему папеньке об ожившей крысе? Министерству и аврорату больше нечем заняться?

— Я бы попросила вас, профессор Макгонагалл.... — Амбридж вскочила. Лицо её начало приобретать пикантный оттенок фуксии, полностью гармонируя с её одеянием.

— Нет, это я бы вас попросила, мадам Амбридж, — злобно парировала Макгонагалл. — Откройте камин, Альбус! Сейчас будет вам консультация специалиста!

Дамби растерялся, но возражать разъярённой волшебнице не стал. Просто взмахнул палочкой, в камине взметнулось зелёное пламя, и тут же на ковёр из него ступил высокий мужчина в жёлто-зелёной (цвета лайма, а вовсе не лимона!) мантии Целителя с эмблемой больницы Святого Мунго на груди.

Целитель Сметвик! Вечер определённо перестаёт быть томным...

— Приветствую! — пророкотал почти двухметровый целитель. — Вы зачем ребёнка пугаете, почтенные? Минни, красавица, что за дерьмо здесь творится? Ай-яй-яй, какой роскошный фамильяр! Это ж надо такое вырастить из обычного паука! И всё-таки, что здесь происходит? Какие претензии к мистеру Поттеру?

— Иппи, этого мальчика объявили некромантом! — взволнованно заявила Макгонагалл. — Разберись, пожалуйста!

— Кто? — заржал Сметвик. — Эти при... То есть, я хотел сказать, почтенные представители аврората? Простите, мадам Амбридж, я вас не заметил. Интересно, на каком основании? Парень, ты что, Хогмидское кладбище поднял?

— Нет, целитель Сметвик, сэр, — пролепетал я, старательно изображая несчастного затюканного сиротку, — они говорят, что я оживил крысу... а я ничего такого не делал, сэр...

И я в красках и с иллюстрациями рассказал историю о близнецах, Роне и Мерлине. Меня пару раз пытались прервать Долиш и Амбридж, но Сметвик быстренько их заткнул, запретив перебивать ребёнка. А когда я закончил свой рассказ, Сметвик потеребил подбородок и задумчиво заявил:

— М-да... И где эта ожившая крыса?

— Сейчас... — произнесла Макгонагалл и сделал движение палочкой. Спустя пару минут в дверь постучали и в кабинет вошёл Рон в сопровождении Перси. Рон прижимал к себе испуганно попискивавшего Мерлина, а бледный Перси судорожно сжимал палочку в руке. Всё-таки младшего братишку он, похоже, любил, не то, что утырки-близнецы.

— Спокойно, Перси, — мягко сказала Макгонагалл. — Рона никто не обидит.

— Точно! — сказал Сметвик. — Рон, малыш, я могу взглянуть на твою крысу? Я ничего не сделаю ей, обещаю. Просто проверю кое-что.

— Да, сэр, — робко ответил Рон и, пересадив Мерлина на ладонь, поднёс его Сметвику. Тот улыбнулся, достал откуда-то из недр своей мантии небольшой полосатый леденец и протянул Мерлину:

— Угощайся, малыш! Это вкусно.

Мерлин внимательно взглянул на Сметвика, блеснул чёрными глазками и принял леденец. Он поднёс конфету двумя лапками ко рту и принялся её забавно поглощать, время от времени поглядывая на всех присутствующих, дабы убедиться, что вкусняшку не отберут. Сметвик же сделал короткое движение палочкой и Мерлина намиг окутало полупрозрачное зеленоватое свечение, впрочем тут же растаявшее. Сам крыс на этот спецэффект не обратил ни малейшего внимания, занятый леденцом.

— Спасибо, Рон, — поблагодарил Сметвик. — Твой питомец очень мил. Если ты будешь и в дальнейшем заботиться о нём, то он может стать твоим фамильяром и проживёт куда дольше обычной крысы. А сейчас ты можешь вернуться к своим делам. К тебе у меня вопросов нет.

Макгонагалл кивнула, и Перси, распрощавшись со всеми, увёл слегка озадаченного Рона, который порывался что-то спросить, глядя на меня. Но я приложил палец к губам, и он успокоился и позволил себя увести.

— Вы идиоты, господа, — любезно сообщил Сметвик аврорам — Это самая обычная крыса... точнее, уже необычная. Как я уже сказал мальчику, она начинает меняться под воздействием его магии. Так что у неё есть шанс вырасти в полноценного фамильяра, как этот милый паучок. Но никакой некромант на это животное не воздействовал... воздействовал целитель. Этого ребёнка надо холить и лелеять — у нас полноценного Тёмного целителя уже лет семьдесят не рождалось!

— А вы уверены, целитель Сметвик? — спросил въедливый Долиш. — Ваша квалификация...

— Когда я вас по кусочкам собирал после нападения спятившего вампира, у вас не было сомнений в моей квалификации, аврор Долиш! — рявкнул Сметвик. — И уж некроманта от Тёмного целителя я отличить способен! И вы... вы все... прекратите свои игры вокруг Поттера! Этот ребёнок — сокровище, такого потенциала я давненько не видел! А если вам неймётся его арестовать, господа авроры, то, объявляю официально — заберу парня в Мунго, заключу договор и возьму в личные ученики. И, поверьте мне, его ни одна тварь не тронет!

Это он чистую правду говорит. Целители и медиведьмы неприкосновенны, а уж такие корифеи, как Сметвик и Тикки — подавно. Их уважают все. Реально ВСЕ. И если Сметвик действительно пожелает заключить такой договор — Визенгамот скорее Председателя переизберёт, чем будет ему перечить. Сегодня ты целителя расстроил, а завтра он от расстройства сосредоточиться не сможет и проклятие снять... Так что лучше не расстраивать. Поэтому всё, что сказал Сметвик — насквозь реальная реальность.

— Уважаемый Главный Целитель... — проблеял Дамби (уважительно проблеял, вот что клизмы животворящие делают).

— Сорок лет уже, как Главный Целитель! — рявкнул в ответ Сметвик.

Ого... Я б ему больше тридцати пяти не дал... То есть на самом деле мужику... под семьдесят, как минимум, и он себя имел в виду, говоря про Тёмного целителя? А Сметвик тем временем продолжал жечь напалмом:

— Директор Дамблдор, вы почему не послали на х... всю эту министерскую братию? Простите, декан Макгонагалл.

— Ничего, Иппи, я твоих медицинских терминов не понимаю и присоединяюсь к вопросу, — тут же отозвалась гордая шотландка.

— Но... — растерянно начал Дамби.

— Что — «но»? — разъярился Сметвик. — Если вы полноценный опекун сироты и Последнего в Роду, они вам железобетонные доказательства должны были предъявить! И уж точно не в отношении первокурсника! Где эти ваши доказательства? Откат схлопотать хотите?

Авроры переглянулись и Долиш сказал:

— Справедливо. Нам стоит откланяться.

Амбридж попробовала что-то вякнуть, но авроры на неё посмотрели настолько мрачно, что она заткнулась. Это она правильно заткнулась. И авроры молодцы. Их, если что, из кусочков не Амбридж будет собирать.

Поэтому вся троица незамедлительно попрощалась и исчезла в камине.

— Ну вот, напугали ребёнка, — совсем другим тоном сказал Сметвик. — Ну что, Гарри, пойдёшь ко мне в личные ученики?

— Прямо сейчас? — спросил я

— Если тебе здесь плохо — серьёзно сказал Сметвик, — то можно и прямо сейчас. Мунго тебя в обиду не даст.

— Спасибо, сэр, — поблагодарил я. — Но мне нравится в Хогвартсе. Мне нравится учиться и ребята у нас на курсе хорошие. Вот только близнецы... и сейчас... Но это ведь недоразумение, правда?

— Конечно, мальчик мой, — с облегчением сказал Дамби. — Думаю, что таких проблем у тебя больше не будет.

— Вот и хорошо, — улыбнулась Макгонагалл. — Гарри, я отведу тебя в башню Гриффиндора, слишком много времени ушло на этот бесполезный разговор. А тебе только снятых баллов не хватало. Только попроси своего фамильяра принять более... компактный вид.

— Да, декан, мэм, — согласился я и дал мысленную команду Санчо. Мой верный паучок тут же уменьшился в размерах и спрятался в капюшоне мантии. И мы с Макгонагалл, вежливо распрощавшись, покинули кабинет.

— Думаю, директор Дамблдор, что вам стоит поберечь своё здоровье. Вы перетрудились и нуждаетесь в полном обследовании... вам необходимо посетить Мунго. Немедленно. Я настаиваю.

— О нет, не сто... — этот диалог был последним, который я услышал в директорском кабинете в этот вечер. Ну да, клизм у Сметвика на всех хватит. А мне отсутствие Дамби только на руку. Ибо лопнуло моё терпение. Всё. Близнецы меня реально достали. И вторые шансы у меня для них кончились. Запасайтесь гробами, ребята...