Там далеко-далеко, у синего моря,
Живой полутруп, потерявший себя менестрель.
Кто его пожалеет, кто о нём вспомнит,
И если придёт спасение, то откель?
Маглор не первый менестрель, сошедший с ума, и желавший найти искупление в ласковом море, и не первый, кому Ульмо отказывает в долгожданном покое.
Но есть, есть ещё эльфы, которым не всё равно, и оный покой всё ещё можно обрести иным, более гуманным (если можно применять это слово к эльфам) способом.
Сегодня утром без десяти семь меня ограбила ворона.
До меня докопались ворона... Сначала я подумала, что она тупая и просто в меня врезалась. Я никогда так не ошибалась.
Бах, снова врезалась.
Я думаю что ей надо. Убежала от нее. Не преследует.
Смотрю на рюкзак, а она брелок с рыбкой свиснула с него, который мама подарила. Видимо блестел.
Как? Я не знаю.
Жалко😒
Утро начинается не с кофе.
Бился с вороной. Проиграл.
К такому жизнь меня не готовила.
Возвращаться в надежде отбить брелок не могу, на автобус опоздаю. Жизнь слишком сложная и опасная. Будьте бдительны в близи ворон. Не оставляйте блестяшки без присмотра.
Живой полутруп, потерявший себя менестрель.
Кто его пожалеет, кто о нём вспомнит,
И если придёт спасение, то откель?
Маглор не первый менестрель, сошедший с ума, и желавший найти искупление в ласковом море, и не первый, кому Ульмо отказывает в долгожданном покое.
Но есть, есть ещё эльфы, которым не всё равно, и оный покой всё ещё можно обрести иным, более гуманным (если можно применять это слово к эльфам) способом.