Посеешь ужастик – пожнёшь круциатос (джен)

Зима 1991-1992, Гермиона приехала на каникулы в середине первого курса. И от скуки прочитала книжку про магов и ведьм, которую нашли для неё родители. А что они могли найти? Правильно, магловские выдумки. Да ещё и жанр оказался фэнтезийный ужастик. Там была описана охота на ведьму с луками, пытки и сожжение заживо. Гермиона, зная о неуязвимости для стрел даже самых тупых ведьм в середине сентября первого курса, а к ноябрю – для артиллерийской шрапнели, только усмехнулась. Но только сознание Гермионы понимало, что читает вымысел, подсознание же происхождение книжки не учло. Ночь, Гермиона спит. И приснилось ей то, что она прочитала. Вот только ведьма-то – она сама. Дом, не дом Грейнджеров, а другой, тот, который описан в книге, Гермиона провела ладонью по столешнице и сразу занозила себе пару пальцев. Занозы воткнулись также легко, как в пять лет, когда она ещё могла порезаться листом бумаги. Вывод: в этом сне защита от стрел не действует. Но дом тот самый, Гермиона узнала его сразу. За окном лес из книжки. На неё будут охотиться с луками, а если поймают живую, то будут пытать и сожгут. И боль даже от заноз вполне реалистична. Гермиона вытащила занозы. Загудел рог. Гермиона выскочила наружу, побежала по тропинке. Каждая задетая ветка причиняет ей реалистичную боль и рвёт одежду. Но Гермиона не орёт, чтоб не подсказывать охотникам, не дёргается, чтоб не упасть и не наделать лишнего шума своим падением. Прошло минут пятнадцать, Гермиона уже почти голая, впереди заросли крапивы, но снижать скорость нельзя: догонят. Гермиона забежала в крапиву, вдруг стрела в правое колено, но не сзади, а почему-то спереди. Крик, падение, осмотр пострадавшей ноги. Стрела пробила коленную чашечку, наконечник вышел из задней стороны сустава, древко застряло. С такой ногой не побегаешь, да и бежит она не туда, охотники не сзади, а спереди. Гремиона попыталась вытащить стрелу руками, не получилось. Ещё одна стела пробила насквозь левый плечевой сустав и тоже застряла. Новый крик. Кто-то трясёт за здоровый плечевой сустав, откуда-то донеслось:
— Доченька, что с тобой?
Но рядом никого. Гермиона проснулась в своей постели, дыша, как марафонская бегунья. Рядом Джейн (мама).
— Кошмар приснился, — сказала Гермиона. — Спасибо, ты спасла меня от пытки. Но больше никогда не позволяй мне читать маглоские выдумки про магов и ведьм, особенно, если там описано насилие над ведьмами. Я ведьма, поэтому такие книги для меня опасны, своё же воображение может причинить мне вред, когда усну: посеешь ужастик – пожнёшь круциатос.
— Круциастос? — переспросила Джейн.
— Запрещённое пыточное заклинание, — пояснила Гермиона. — Но выброс круциатоса по себе – поле для работы психологов, а не юристов с полицией. А вот охота на меня с луками уже шла, две стрелы успели попасть. Выйди, пожалуйста, мне надо осмотреть себя, а лучше ложись спать. Мне же придётся после осмотра и перевязки прочитать безопасную сказку для совсем маленьких, чтоб успокоиться.
Говоря это, Гермиона осматривала раненный плечевой сустав, оказавшийся целым. Гермиона вытащила левую руку из-под одеяла, подняла вверх, подвигала влево и вправо, боли не было, ничего не заедало. Джейн вышла, Гермиона откинула одеяло и осмотрела правую ногу, оказавшуюся целой, встала, сделала несколько шагов, боли не было. После этого Гермиона оделась, открыла дверь и сказала:
— Ран, к счастью, нет, только боль, да и та прошла при пробуждении. Но это всё равно показатель того, что мне такое читать нельзя. Ложись спать.
Снова заснуть Гермиона смогла минут через сто.
— Как спалось? — спросила Джейн утром.
— Провела остаток ночи среди цветов, — ответила Гермиона.
— Я тоже хочу спать среди цветов, — сказала Джейн.
Гермиона взяла нож и деревяшку и вырезала рунную цепочку.
— На, — сказала Гермиона, — если перед сном положишь этот амулет под подушку, то спать будешь с феями среди цветов, он сделан специально для тебя. Это разрешённые мне уже сейчас руны, но никому не позволяй исследовать артефакт, иначе мне придётся отвечать за разглашение магии. Любой хороший легилимент узнает об амулете, просто посмотрев тебе в глаза, но он-то как раз про магию знает и без этого и сам «связан» тем же статутом секретности, но постарайся, чтоб не узнали маглы.
— Хорошо, обещаю. Кроме меня и Джона никто не узнает, — сказала Джейн.
— Да, папе можно, — сказала Гермиона. — Но больше никому. Фразы вроде «волшебный сон» безопасны, даже если собеседник поймёт буквально: даже маглы и без нас знают, что магию можно вообразить, а отсюда не далеко до вывода о возможности увидеть магию во сне. А сам амулет – тайна.