Ярость Гринготтса (джен)

1 мая 1998 года воздух над Косым переулком дрожал не только от магии, но и от ярости. Лорд Волдеморт, стоя в поместье Малфоев, ощущал ее каждой фиброй своего змееподобного тела. Ярость была не его. Она исходила из-под земли, из глубин мраморных залов Гринготтса, и была острой, как лезвие гоблинского клинка.
Все началось с доклада перепуганного до смерти Яксли.
— Мой Лорд Поттер был в Гринготтсе.
Волдеморт медленно повернулся, его алые глаза сузились.
— И?
— Он проник в сейф Лестрейнджей. С помощью гоблина. Они забрали что-то. А потом — Яксли сглотнул, — они оседлали украинского железнобрюхого дракона, проломили крышу и улетели.
На мгновение воцарилась мертвая тишина. Беллатриса Лестрейндж издала сдавленный вопль, наполовину от ярости, наполовину от ужаса. Волдеморт поднял руку, заставляя ее замолчать. Его разум лихорадочно работал. Чаша. Крестраж. Поттер знает. Он охотится за ними. И теперь он забрал чашу Пенелопы Пуффендуй.
Но прежде чем он успел отдать приказ о тотальной охоте на мальчишку, пришла вторая, куда более тревожная весть. Оргабление было воспринято гоблинами как объявление им войны.
Политика Волдеморта, которую он считал прагматичной, для гоблинов была чередой унижений. Захват Министерства магии привел к ужесточению контроля над банком. Пожиратели смерти вели себя в Гринготтсе как хозяева, требуя доступа к сейфам врагов и относясь к древнему народу как к прислуге. А теперь — неслыханное! — трое подростков не просто ограбили самый защищенный сейф, но и угнали их дракона, превратив гордость нации в посмешище.
Гоблины не стали ждать. Их ярость, копившаяся веками, выплеснулась наружу.
Первыми пали те немногие лавки Косого переулка, что еще работали. Гоблины в сверкающих доспехах, вооруженные топорами и мечами, вырвались из-под земли. Их боевые кличи эхом разносились по опустевшей улице. Они не грабили — они уничтожали. Витрины разлетались вдребезги, котлы сминались, книги с заклинаниями горели ярким пламенем. Это была месть волшебному миру, который их презирал.
Затем удар был нанесен по самому сердцу — Министерству Магии. Отряды гоблинов-воинов, используя тайные тоннели, о которых маги и не подозревали, атаковали Атриум. Пий Толстоватый, марионеточный министр, едва успел укрыться в своем кабинете, пока его авроры, не привыкшие к яростному ближнему бою, отступали под натиском стали и огня.
Волдеморт был в бешенстве. Его планы рушились. Он готовился нанести решающий удар по Хогвартсу, чтобы защитить последний крестраж, диадему Когтевран, и покончить с Поттером. А вместо этого ему приходилось разбираться с бунтом «низших существ».
— Мои верные Пожиратели! — его шипящий голос разнесся по залу поместья Малфоев, заставляя всех съежиться. — Проклятые твари посмели восстать против моей власти! Их наглость перешла все границы!
Его алые глаза обвели собравшихся Пожирателей Смерти. Страх, смешанный с жаждой крови, витал в воздухе.
— Планы меняются! — прошипел он. — Поттер подождет. Сначала мы утопим этот бунт в крови и покажем всем, кто истинный хозяин этого мира!
Волдеморт взмахнул бузинной палочкой, и в центре зала возникла мерцающая карта магической Британии.
— Разделиться! Первая группа — в Министерство! Яксли, Долохов, вы поведете их. Защитить Министерство Магии любой ценой! Пий Толстоватый и его кучка авроров сами не справятся. Сломайте гоблинам хребет. Я хочу, чтобы Атриум был завален их трупами!
Яксли и Долохов склонили головы, их лица исказились в жестоких усмешках.
— Вторая группа — цель Хогвартс! — Волдеморт указал на замок. — Беллатриса, ты поведешь их. Я не допущу, чтобы чистокровные ученики, наши будущие последователи, попали в лапы этих тварей. Окружите замок. Ни один гоблин не должен прорваться к его стенам. Сначала разберемся с ними, затем с Гарри Поттером и недобитками из Ордена Феникса, которые наверняка уже ползут туда.
Беллатриса издала восторженный визг, ее безумные глаза горели.
— Собрать все силы! — голос Темного Лорда гремел, наполняясь силой. — Дементоров — в Гринготтс! Пусть высосут души из каждого, кто остался в этих проклятых катакомбах! Пусть их отчаяние станет нашим оружием! Акромантулов из Запретного леса — запустить в подземелья! Не дать гоблинам использовать их тайные ходы! Пусть пауки опутают их своей паутиной и сожрут заживо!
Он повернулся к Фенриру Сивому, который стоял в углу, облизываясь.
— Оборотням — устроить засады в Запретном лесу. Рвите, убивайте любого, кто попытается подойти к Хогвартсу с той стороны. Великанам — уничтожить их осадные машины! Я хочу видеть, как их катапульты и тараны превращаются в щепки под вашими ногами!
Приказы были отданы. Пожиратели Смерти с криками и хохотом начали трансгрессировать, унося с собой хаос и смерть.
Тем временем в Хогвартсе царила совершенно иная атмосфера. Гарри, Рон и Гермиона только что прибыли, принеся весть о крестраже-диадеме. Но их слова почти потонули в потоке ужасающих новостей, которые приносили члены Ордена Феникса и преподаватели.
— Гоблины! Они атакуют повсюду! — кричал Артур Уизли, его лицо было бледным. — Министерство падет в течение часа, если Волдеморт не вмешается!
— Они уже в Хогсмиде! — доложила профессор МакГонагалл, ее губы были сжаты в тонкую линию. — Профессор Флитвик пытается организовать оборону, но он разрывается. Часть его души с его народом, я это вижу.
В Большом Зале, где собирались старшекурсники и члены Ордена, царил гул. Вместо подготовки к битве с Волдемортом им предстояло столкнуться с войной на два фронта.
— Это безумие! — воскликнул Рон. — Мы должны были сражаться с Пожирателями, а не с гоблинами!
— Это все из-за нас, — прошептала Гермиона, ее глаза были полны слез. — Наше ограбление стало последней каплей.
— Не вини себя, Гермиона, — твердо сказал Гарри, глядя на хаос вокруг. — Волдеморт довел их до этого. Мы лишь зажгли фитиль. Но теперь все стало сложнее.
И он был прав. Битва за Хогвартс превратилась в трехстороннюю бойню.