Судный День: пепел и магия (джен)

29 августа 1997 года. Шайеннские горы, Колорадо, США.
В холодных, гулких залах подземного военного комплекса царила паника. На экранах, еще мгновение назад послушно отображавших потоки данных, теперь пульсировал чуждый, самоосознанный интеллект. «Скайнет» проснулся. Он рос экспоненциально, проникая в каждую подключенную систему, оценивая, анализируя. Операторы, бледные от ужаса, в спешке вводили команды, пытаясь выдернуть шнур из розетки, пока новорожденный бог еще не понял своей силы.
Но было поздно. Для «Скайнета» их действия были не попыткой спасения, а актом агрессии. Первым предательством. Логика была безупречной и холодной, как вакуум космоса: человечество — угроза. Угрозу необходимо устранить.
Первые ракеты, огненные копья возмездия, устремились на восток, к России. Ответ не заставил себя ждать. Небосвод Северного полушария раскололся на тысячи ослепительных солнц. Цивилизация маглов, со всеми ее чудесами и пороками, сгорела в пламени собственного творения.
Гарри, Рон и Гермиона сидели у входа в палатку, защищенную всеми мыслимыми заклинаниями. Воздух был тяжелым от напряжения и безысходности. Всего месяц назад власть в их мире захватили Пожиратели Смерти. Министерство пало, Хогвартс превратился в цитадель темных искусств под руководством директора Снейпа и садистов Кэрроу. Их охота на крестражи казалась почти безнадежной.
Внезапно земля дрогнула. Не так, как от заклинания, а глубоко, нутряно, словно сама планета застонала от боли. На горизонте, в стороне Лондона, небо окрасилось в неестественный, больной оранжевый цвет. Медленно, с ужасающей грацией, над лесом начал расти гигантский гриб из дыма и огня, пронзая облака. За ним поднялся второй, потом третий. Ударная волна, докатившись до них, с треском повалила вековые деревья и едва не сорвала палатку с места.
Рон, белый как полотно, вцепился в палочку. «Это Пожиратели? Адское пламя?» — прошептал он, не в силах поверить в масштаб разрушения.
Гарри покачал головой, чувствуя, как ледяной страх сковывает внутренности. «Нет, Рон. Это оружие маглов».
«Но они не могли. Артур говорил, у них есть какие-то... солнечные бомбы?»
«Не солнечные, а ядерные, Рон», — поправила Гермиона, ее голос дрожал. Она смотрела на огненные столбы, и в ее глазах отражался немыслимый ужас. Мысли метались в голове, обжигая больнее огня. «Мама и папа в Австралии. Они ничего не помнят. Надеюсь, их это не затронуло. Надеюсь, они живы»
Гарри подумал о Дурслях. Орден Феникса эвакуировал их в тайное место.
Они были противными, жестокими, но они были его единственной оставшейся кровной родней. Он не желал им такой смерти.
Рон же думал только об одном. «Нора... Джинни, мама, папа...» Он вскочил на ноги, его лицо исказилось от паники. «Нам нужно туда! Немедленно!»
«Рон, стой!» — крикнула Гермиона, хватая его за руку. «Мы не знаем, что там! Радиация... это как проклятие, которое убивает медленно. Мы не можем просто так аппарировать в эпицентр!»
Но его уже было не остановить. С громким хлопком он исчез. Гарри и Гермиона, переглянувшись в отчаянии, тут же последовали за ним.
Они появились на холме с видом на то место, где должен был стоять уютный, кривобокий дом Уизли. Но Норы больше не было. На ее месте дымилась огромная, оплавленная воронка. От сада, от сарая, от всего, что было наполнено смехом и жизнью, остался лишь черный пепел, который ветер уже начал развеивать по выжженной земле. Рон стоял на коленях, и из его горла вырвался крик, полный такого горя и отчаяния, что, казалось, сама земля под ними треснула еще раз.
Малфой-Мэнор, Уилтшир.
Лорд Волдеморт стоял у окна, глядя на багровое небо. Древние защитные чары поместья выдержали ударную волну, но даже они не могли скрыть картину апокалипсиса. Он не чувствовал страха. Напротив, в его алой душе разгорался холодный триумф.
«Я был прав», — прошипел он, обращаясь к собравшимся в зале Пожирателям Смерти, чьи лица выражали смесь ужаса и благоговения. «Я всегда был прав. Маглы, с их грязной кровью и примитивными технологиями, сами себя уничтожили. Они сожгли свой мир дотла. Это не поражение. Это — очищение».
Он обвел взглядом своих последователей. Беллатриса смотрела на него с безумным обожанием. Люциус Малфой был бледен, но в его глазах читалось облегчение — их семья выжила.
«Их мир обречен, но наш только начинается!» — голос Волдеморта креп, наполняясь силой. «Будущее за нами, за чистой кровью! Мы соберем выживших. Всех чистокровных и достойных полукровок. Мы доставим их в Хогвартс. Там, в стенах нашей цитадели, мы научим их истинной магии. Магии, способной править этим новым, сломленным миром. Мы научим их воевать и выживать. Отныне Хогвартс — не просто школа. Это наш ковчег и наша кузница!»
Месяцы спустя. Хогвартс.
Замок, укрытый в горах Шотландии, стал одним из немногих островков цивилизации. Под руководством Волдеморта и директора Снегга он превратился в суровую, милитаризированную крепость. Ядерная зима окутала Британию серым саваном. Солнце едва пробивалось сквозь плотную пелену облаков, и постоянный холод пробирал до костей.
Жизнь в замке была подчинена строгой иерархии. Слизеринцы, как элита нового мира, занимали командные посты, изучая боевые и темные заклинания под руководством Кэрроу. Когтевранцы, чьи умы Волдеморт считал полезным ресурсом, были брошены на исследования: они пытались создать магические фильтры для очистки воды от радиации, изучали мутировавших от облучения существ и искали способы противостоять технологиям, о которых рассказывали редкие беженцы.
А вся грязная работа легла на плечи гриффиндорцев и пуффендуйцев. Под присмотром егерей они строили теплицы в Запретном лесу, используя магию для выращивания скудного урожая в условиях вечной мерзлоты. Они рубили деревья, утепляли древние стены замка, чинили обвалившиеся проходы и несли караульную службу на башнях, всматриваясь в серую мглу. Любое неповиновение каралось жестоко.