хочется жить

Колдовство всегда имеет обратную сторону, и за любое вмешательство в судьбу нужно платить. Почему люди видят лишь прямую выгоду и не задумываются о последствиях? Хочешь быть любимой? Отдай часть жизни, стань той, кого полюбили, соответствуй ожиданиям и не жалей. Решение принято, магия свершилась.

Дитя. Творец. Любящая. Мать. Кошка.
Ступени бескрайнего отчаяния. Силы продолжать жить - в мудрости и доброте. Трагедия и бессмертие Ровены Рейвенкло, поставившей гордость во главу угла и терпеливо несущей груз одиночества, чтобы сбросить его только на смертном одре. Мудрая, прекрасная и печальная - ей предстоит ещё долгое существование. Ведь правда, что у кошки девять жизней?

"Зелёная дверь в белой стене" кочует из мира в мир. Она может принимать разный вид, может появляться в различных обстоятельствах.
И только одно неизменно: открывается дверь многим, но только от тебя зависит, с какой стороны двери ты останешься.
Сохранившим в душе ощущение чуда рекомендуется.

Боги Олимпа - жестокие, прекрасные, бессмертные - предстают перед читателями, наделённые пороками и добродетелями людей. Они ссорятся, гневаются, сострадают и плетут интриги. Невольно задумаешься: если в царстве мёртвых так весело, что же олимпийцы творят среди живых?
Боги существуют, пока мы помним о них. Читатель имеет реальную возможность надолго продлить их победоносное шествие.
А в жёлтых листьях тополей
Живёт отрада:
— Была Эллада на земле,
Была Эллада… ©

Смешная сумасшедшая предсказательница?
Вглядитесь в её глаза, подёрнутые туманной дымкой незримого общения с вечностью. Каким же нужно быть сильным человеком, чтобы невольно нести на своих плечах все грехи мира - и не иметь ни малейшей возможности поправить, отговорить, уберечь.
Величайшая насмешка судьбы и величайшее наказание. Сила. Слабость. Принятие. Так было предначертано.

Естественно и логично, красиво и скромно.
Только так: переломив себя, уступая и огрызаясь, мог выжить Сириус - не бросаясь очертя голову, но советуясь с профессионалами. Спасибо за подставленное ему плечо - в виде настоящих друзей! Шикарная альтернатива!

Океан опасен сам по себе - потому что свободен. И по той же причине он прекрасен! Ограниченный мир маяка бесконечен для каждого человека, ступившего на его камни.
Любовь найдёт лазейку всегда и прорастёт даже на голых камнях. А два прорастающих побега неизбежно сплетутся вместе, чтобы противостоять ветру и волнам.

Мы можем прожить сотни лет, но немногие из нас прожили лучшее детство. Оно уходит незаметно: с каждым поступком, с каждой каплей крови, с каждым днём. Просто живи - радуйся или плачь, но только живи!

Сплю я - или бодрствую? Ангелы влекут меня - или бесы? Одно знаю я: не зря Господь призвал меня защищать землю Франции. Это моя земля!
Верю, надеюсь, верую! Иду по острию меча - в вечность...

Напомнило "Семьдесят два градуса ниже нуля" исследователей Антарктиды. Замкнутый круг реальностей всё же оставляет надежду человечеству вырваться из круговорота обыденности и угасания. С надеждой не будущее...

Если жизнь сложилась беззаботная,
Если в Аврорате мало стресса,
Заведи вреднейшее животное
С говорящим прозвищем: Профессор.
Он имеет нрав непредсказуемый,
Он тебя разбудит на рассвете
И, неоднократно критикуемый,
Походя спасёт тебя от смерти.
Не для славы, лишь заботы ради он
Сохранит героя для отчизны…
Глупые двуногие громадины
Ничего не понимают в жизни!

Как часто мы живём одним днём и принимаем спонтанные решения, не задумываясь о последствиях? Всего один момент – и жизнь меняется в нужную сторону. Расслабились? Зря. В суровой реальности за первым моментом всегда следует второй. Совершенно другой.
Принцип зебры работает как часы.

Тяжела, рискованна и печальна жизнь отпетых Пожирателей. Но иногда – крайне редко – звёзды благоволят и к ним, допуская с изнанки мироздания милейшее существо, способное поднять настроение даже у Самого Ближнего Круга, вызвать чувство глубокого удовлетворения и оставить о себе память на долгие годы.

Отпустить душу ввысь нужно поздно или рано -
Из натруженных рук сизым голубем вспорхнёт.
Ты не плачь, не грусти, как Царевна Несмеяна.
Улыбнись, и к тебе судьба новая придёт.
Кот-помощник: в речах и подсказках так искусен,
Что за выбор уже можешь быть собою горд.
И закроет собой, и оближет, и укусит
Рядом друг, и душе никакой не страшен чёрт.
А Кащей пусть грозит – ничего уже не страшно!
Три попытки немало, другим не так везёт.
И летишь через мир с бабкой в ступе бесшабашно
Ветер в грудь, и уже никаких других забот.
Строишь мост для души ты не хуже демиурга,
Каждый праведный жест – новый камень принесёшь.
Догорает в огне чья-то лягушачья шкурка,
Ты безгрешным младенцем к судьбе своей идёшь.

Путь домой. Как больно осознавать, что всё, чем ты гордился, чем жил и дышал - просто пшик перед вечностью. И наступает момент, когда ты должен выбрать: как жить или как умереть. Найти себя - или потерять теперь уже навсегда.

Раскинет скатертью
Путей - дорог,
По ней покатится
И твой клубок.
Уносишь знания,
Как дважды два,
Но помни главное -
Земля кругла.

Ты не сумел выбрать для себя верную жизнь - один за одним навсегда теряешь соратников. Брата.
Тюремщик считает тебя тварью, недостойной называться человеком - но только сам человек сажает себя за решётку.
Что у тебя осталось?
Кровь, несущая в каждом живом существе часть древнего океана. Неземной талант живописца - может, он и был дан для того, чтобы ты смог нарисовать одну картину - дорогу в вечность.
Последний Лестрейндж. Ты свободен.

Да, всё напрасно - спорить ли с судьбой?
Темницы стены превратив в подрамник,
Творец коснётся кровью и душой,
И капли крови растворялись в камне.
За кровь чужую магия воздаст,
Творец услышал ровный шум прибоя:
- Виновны, брат - свобода не для нас,
- Как жалко, брат - прощенье не для нас,
- Уходим, брат - темница не для нас!..
Морские души возвратили морю.

Кингсли Шеклболт – молодой аврор, получивший первое самостоятельное задание и мечтающий проявить себя в охоте на Пожирателя смерти. Ответственность и предвкушение, почётное доверие и азарт, сила и слабость души – обуреваемый коктейлем противоречивых эмоций, он склонился над доской и расставляет фигуры.

На кону, помимо всеобщего блага, бизнес – дело тёмное и грязное. Противостояние Санкара Патила и Теодора Нотта: два ума, две философии, две цивилизации.

Санкар, представляющий задумчивый коварный Восток – в смеси сладкоречивости , внешнего благородства и двуличности планомерно сплетающий паутину улик и доказательств. Индия – родина чатуранги.

Нотт, прагматичный и активный Запад – наплевав на мораль, идущий в прямом смысле по трупам. Что может остановить прожжённого дельца? Только ответственность за маленького сына.

Щедрой рукой авторов на доске рассыпаны алмазы, зачарованные комнаты, интриги, бумаги, что острее кинжала, и сделки с совестью.

Фигуры расставлены. Сделан первый ход. Начинается большая игра.

Всё началось тривиально: жизнь или смерть, выигрыш – или крушение всех надежд. Преступник, циник, игрок – Руди есть, что терять, и на кону жизнь и его брата. Брата, которого он с кровью и болью вписал в свою жизнь – и не собирается стирать эту запись никогда.
— Теперь ты — старший, — говорит он ему.
— Временно, — возражает тот.
Впервые оказавшись в Азкабане без дементоров, создав свою систему выживания, Руди возвращается в большой мир. Да, прошло двадцать лет, и военных преступников забыли. Но он не забыл, и, видя, что вокруг всё хорошо, мучительно думает об одном – какая память останется о нём: о преступнике или о раскаявшемся; о цинике или о порвавшем систему рационализаторе, об убийце или о любящем сердце? Выбирать вам, читатели.

В эту волшебную ночь автор снова начал рассказывать сказку, и все-все-все сбежались послушать. Каждая фраза, произнесённая негромким размеренным голосом, вызывает мечтательные улыбки, подталкивания локтями и переглядывания. Вот кто-то закрыл глаза, вызывая из памяти картинку, а кто-то довольно кивает в такт словам. Казалось, люди, словно эльфы, погружённые в долгий сон в пустом доме, оживают с возвращением хозяина, и оживает сам дом…
Гарри очень близок к прежнему состоянию из «Однажды», когда он не просто несёт на своих плечах бремя мира, а спокойно признаётся в незнании, слушает с открытым ртом истины, известные с детства потомственным волшебникам, держится легко и естественно. В «Луне» он стал слишком …главным?..взрослым?..трудно подобрать слово, а сейчас вернулся прежний Гарри.
Непередаваемый мягкий стиль изложения – я бы рискнула назвать его, по старой памяти, малфоевским. На протяжении всего рассказа персонажи делают то, что невольно повторяют и слушатели – улыбаются. На душе светло, и верится, что большинство невзгод уже позади. Да, знаю, вы скажете, будут ещё другие, но число стоящих плечом к плечу увеличилось, и магия ликует. Хочется жить, ребята!