Mеdeia

Нейросеть

— Потому что вы заглянули туда, куда вас ПОКА не звали, — прошептал он, возвышаясь над ней.

Это было до чёртиков опасно, но Гермиона зацепилась не за исходящую от Волдеморта угрозу, а за слово, которое он выделил в своей речи.

— Пока? — Это слово заставило её резко поднять голову. Против воли. Тело само подалось к нему, а глаза встретились с лукавым и оценивающим взглядом Волдеморта.

Он умел подвесить в воздухе интригу, как никто. Этого отрицать было невозможно.

— Если бы никогда, — он склонился чуть, так что дыхание защекотало шею, — вы бы здесь не сидели, Гермиона.

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Он сжимал её в объятьях, чувствуя, как жизнь по капле вытекает из нее.

К горлу подкатил ком. Хотелось закричать, словно дикий раненный зверь, хотелось сбежать, уйти, как можно дальше. Но он держал её на руках.

Нейросеть

Тьма тоже умеет быть нежной...

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Откинувшись на спинку дивана, Волдеморт перевернул страницу. А Гермиона… ей хотелось быть ближе. Она тоже облокотилась спиной о мягкие подушки и положила голову рядом с его плечом. На миг Волдеморт замер. Даже показалось, будто он задержал дыхание, но взгляд его был по-прежнему прикован к книге. Мгновения тянулись в напряжённой тишине. Затем его рука медленно поднялась, и он притянул Гермиону к се...>>бе, устроив её голову у себя на груди. Уткнувшись в его мантию, она ощутила запах — сухой, как старый пергамент, с лёгким оттенком горького дыма. Его пальцы заскользили по её кудрям — осторожно, словно он сам проверял, позволительно ли ему это.

— Всё-таки, Гермиона, — Волдеморт оторвал взгляд от книги, посмотрел в пляшущее в камине пламя, — ответь мне теперь. Почему ты приняла мою игру?

Он вновь задал ей вопрос, на который она совсем не хотела давать ответ. Ни самой себе, ни ему. И всё же… Волдеморт ждал.

— Меня… — её голос дрогнул. — Меня никто не ждёт, никто за мной не придёт. Меня… никто не будет утешать. — Она нервно сглотнула. — Мне не на кого положиться.

Ладонь в её волосах замерла. Гермионе показалось, что его пальцы чуть дрогнули, однако губы Волдеморта растянулись в неприятной усмешке.

— Ты права, — зрачки его сузились. — Никто не будет тебе сочувствовать, утешать тем более. Особенно я. — Пальцы ухватили её подбородок, заставляя посмотреть в его змеиное лицо. — Я могу тебя только сломать. А ты... — он склонился к её шее и шумно вдохнул её аромат, отчего по коже словно разряд тока пробежал. — Гнёшься под моим напором, не ломаешься.

— Я упрямая... — произнесла она, опустив голову. — Наверное, это меня и...

— Упрямая, — усмехнулся Волдеморт. — Именно это я и увидел, когда пришёл за тобой. Упрямая. Несносная…

Нейросеть

— Ты не уговариваешь отнести тебя к нему, не убеждаешь присягнуть ему… Чего ты добиваешься? — Гермиона шагнула к камину и направила руку к догорающим углям. Она знала, что так просто крестраж не уничтожить, но хотела показать серьёзность своих намерений. — Отвечай!

«Привязанности», — также тихо ей на ухо.

— Это… — Гермиона нервно сглотнула, глядя на медальон в своей трясущейся от злости руке. — ...>>Это невозможно…

«Возможно», — вкрадчивым шёпотом последовал ответ. — «Посмотри, в какую бездну он опускается, если его некому удержать».

И это была самая длинная фраза, которую Гермиона когда-либо слышала от медальона.
Удержать…

— Стать его якорем? — неуверенно спросила она, всё ещё держа крестраж над камином. Казалось, что в ответ на её вопрос он запульсировал, забился, как сердце. — Он же меня убьёт… — прошептала она.

Нейросеть

Нейросеть

Его губы прикоснулись к её уху, и он выдохнул слова, которые прозвучали не как триумф, а как констатация неоспоримого, наконец-то свершившегося факта:
— Теперь моя...

Нейросеть

Гермиона во сне из фанфика "На грани сна"

Нейросеть

Нейросеть