↓
 ↑
Регистрация
Имя:

Пароль:

 
Войти при помощи

nordwind

Иллюстратор
Была на сайте вчера в 13:37
Пол:женский
Дата рождения:17 февраля
Откуда:Север
Образование:филолог
Род деятельности:преподаватель университета
Зарегистрирован:7 февраля 2013
Рейтинг:526
Показать подробную информацию

Блог



nordwind сообщение закреплено
#фанфики #рекомендации #Снейп
Дополнение к коллекции: хорошие снейпофики на других сайтах

http://www.nasha-lavochka.ru/potter.htm
Несколько произведений:
Svengaly. Семь ночей, или Новые сказки Шахерезады. (Цепь приключений, юмор, буйная фантазия автора, хэппи-энд, кое-что для размышлений, отличный стиль… всё, что нужно для счастья. И Шахерезада тоже есть.) Здесь - хорошая рецензия на эту историю: http://macrology.diary.ru/p131395061.htm?oam#more1

Nereis. Призраки полудня. Орёл и крест. Сосуд для слёз (трилогия). (Очень хитро закрученный авантюрный сюжет – особенно во 2-й части. Философия. Познание себя. Сексуальная инициация… в традициях античности. Да, и весьма оригинальная машина времени.) Есть гетный сиквел - «Доппельгангер».

Трейсмор Гесс. Мистеру Малфою. Синий бархат. Часы и письма (трилогия). (Снейп + Малфой-старший, Снейп + Малфой-младший. Любовь и алхимия, соединенные мотивом преображения… но не всем дано пройти последнюю стадию Великого Делания. Полноценное художественное произведение, блестящий стиль. Есть сиквел: «Последний выпуск».) Также выложена на сайте автора: http://www.treismorgess.ru/?p=431

Трейсмор Гесс. Ultimo Ratio. (Необычное снарри. Необычный Гарри. Далекая от канона развязка. Как всегда у этого автора, секс описан через неожиданные метафоры.)
http://www.treismorgess.ru/?p=445

(АПД: Сейчас трилогия Трейсмор Гесс и "Ultimo ratio" появились на фанфиксе; автор взял другой ник)

Цыца. В ваших зомби слишком много жизни. (1-я часть; 2-я читается на Фанфиксе. Трогательное низкорейтинговое снарри. Вполне традиционный расклад: оба героя маются переживанием своей «недостойности» - но чем-то подкупает.)
http://defictions.narod.ru/zyza/zombi1.html

XSha. Антиквар. (Старый фик, но великолепный. Смутно напоминает «Мастера и Маргариту»: в современную Москву заявляются эмиссары магического мира… Рассказ от лица НМП, который – себе на беду? – с ними столкнулся… и это один из лучших НМП во всем фандоме.)
http://restricted.ruslash.net/Fanfics/antiquary.htm

Just curious. Вспомнить всё. (Вполне вроде бы традиционное снарри, но драматично, эмоционально: в общем, захватывает.)
http://8gamers.net/fanfic/view/209272/

Sever_Snape. О любви к домашним животным (Милый, забавный мидик, где Снейп и Гарри обретают друг друга на почве вот того самого, на что указывает заглавие).
http://ab.fanrus.com/310706/dom_zhivotniye.php

На всякий случай - еще старое критическое эссе об образе СС:
https://sites.google.com/site/nemaraboo/deseverosnape
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 2 комментария

#картинки_в_блогах #времена_года

Данте Габриэль Россетти (1828-1882). Грёзы
Английский поэт и художник итальянского происхождения, принадлежавший к братству «прерафаэлитов». Прерафаэлиты культивировали символизм и значительность живописных сюжетов, яркие краски и изысканные, стилизованные формы.
В «Грёзах» достигнуто идеальное равновесие между человеком и природой. Фигура молодой женщины как бы вписана в раму из густых ветвей платана, на которых набухли цветочные бутоны; но эта «рама» не менее значительна, чем помещенный в нее «портрет». Картина может быть прочитана двояко. Это аллегория — весна, воплощенная в образе юной красавицы. И вместе с тем это метафора («внутреннее через внешнее»): цветение весенней природы отражает душевное состояние девушки, погруженной в сны наяву…
Показать полностью
Показать 7 комментариев

#фанфики #юмор
Наткнулась случайно на фанфик аж 2011 года – Наследник
По-моему, до меня на него наткнулась Роулинг. Правда, она придала событиям более традиционный поворот – но от этого, кажется, веселее не стало:
— Перепела в карамельном соусе, мой повелитель, как вы приказывали, — сказал Люциус, держась за спинку кресла, чтобы не упасть. Очень уж у него дрожали ноги.
— Не хочу перепелов! Хочу апельсинов!
Люциус возблагодарил всех богов и Мерлина, когда дверь открылась и вошел Северус. Потому что ни у кого так не получалось успокаивать Волдеморта, как у Снейпа.
— Вам нельзя волноваться, мой лорд, — с порога сказал Северус. — Успокойтесь, дышите ровно. Думайте о ребенке. Беременным нельзя цитрусовые. Сейчас Добби сделает вам кашку.
#ПД #мпрег
Показать 2 комментария

#преподавательское #цветы_реала
Очередная попытка объяснить аудитории разницу между «лирикой» и «стихами» при помощи понятий «жанрово-родовые признаки» и «вид художественной речи» терпит очередной ежегодный провал.
Надо бы привычно сослаться на Гомера там или Крылова… но что вы хотите: годами толковать о красоте кипящего котла – это ж немудрено слететь с катушек, даже если не работаешь параллельно на две враждующие тайные организации ( http://fanfics.me/message373203 )
И мне приходит в голову несчастливая идея оживить истоптанную лекционную тропинку цветочками житейских впечатлений:
ИЗЖИТЬ ПРИВЫЧКИ ВРЕДНЫЕ СТАРАЙСЯ –
КУРИТЬ И ВЫПИВАТЬ НИКАК НЕ СОБЛАЗНЯЙСЯ!
(плакат на стене поликлиники)

Я (вкрадчиво):
- Как вы думаете – это стихи?
Легкое замешательство. Неуверенные голоса, вразнобой:
- Да-а-а…
Я (еще более вкрадчиво):
- Как вы думаете – это поэзия?
Повисает пауза. Мы испуганно таращимся друг на друга.
Робкий всписк какого-то отчаянного смельчака:
- Нет?!
(Десять баллов Райвенкло.)
Коллективный инсайт, дзэн; самые сообразительные уже кидаются что-то записывать в свои тетрадки.
Боюсь даже думать, что. Но, похоже, именно это услышу на экзамене.
Одно утешение, что слоган душеспасительный.
(Не забыть записать себе в план: «проведение массовой воспитательной работы в рамках пропаганды здорового образа жизни»!)
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 1 комментарий

#книги #писательство (не моё!) #длиннопост
(Из рабочих материалов к спецкурсу.) Книги Юргена Вольфа (журналист, писатель, сценарист, специалист по новым медиа): «Школа литературного мастерства» и «Литературный мастер-класс». Каких-то откровений там не содержится — это больше для начинающих, — но подобие системы присутствует, так что выложу сюда, если кто захочет полюбопытствовать.
Нельзя «научиться» таланту, но можно научиться хорошо использовать те качества, которыми обладаешь.
Роберт Льюис Стивенсон

Сюжет
Для тренировки литмастерства: упражнение с генератором сюжетов.
Возьмите пять случайных чисел от 1 до 9 и запишите их (можно повторяющиеся).
Теперь посмотрите, каким элементам в таблице соответствуют выбранные вами числа. Задача: в течение пяти минут придумать рассказ или хотя бы начало рассказа, в котором бы все пять элементов были связаны между собой.
Показать полностью
Показать 3 комментария

#поэзия #даты #длиннопост

175 лет назад родился один из величайших лириков — Поль Верлен (1844-1896).
«Прóклятые поэты» — так называлась книга очерков, которую Верлен посвятил своим собратьям: А.Рембо, С.Малларме, Т.Корбьеру…
Сам он тоже был среди «прóклятых».
И не только из-за своей бурной и беспорядочной жизни. Стихи «прóклятых» ломали поэтическую традицию. Подрывали основы классики (как тогда казалось) — и это выглядело просто скандальным.
Для нас сегодня такое восприятие стихов Верлена смотрится странным. Там не было шокирующих сюжетов и образов, как, скажем, у предшественника «прóклятых» Ш.Бодлера — и особенно у А.Рембо. Красивые, напевные, чаще всего меланхоличные стихи. Но тогда так не писали — и этого было достаточно.
Вот прекрасная (и очень типичная) песня на стихи Верлена из концептуального альбома Д.Тухманова «По волне моей памяти»:
Показать полностью
Показать 3 комментария

#книги #история #юмор
С Днем историка всех причастных и сочувствующих!
Старая добрая классика литературы: Тэффи, Аверченко и К°, которые позволили себе попрыгать на хрестоматийно-опереточном популяризаторстве истории. (Правда, иной раз мерещится, будто «популярные» версии демонстрируют не только альтернативное мышление рассказчиков, безмятежно пропускающих звенья логических цепочек, но и альтернативную логику самих исторических персонажей...)
А вообще авторы попали-таки в мейнстрим: уже надвигалась эпоха дайджестов и пользующегося в народе широким успехом жанра «Всё, что нужно знать культурному человеку о <…>, за 15 минут».
Ценная вещь.
Коротко и исчерпывающе объясняется фундаментальная роль великого культурного наследия:
Сама природа разделила Грецию на четыре части:
1) северную, которая находится на севере;
2) западную - на западе;
3) восточную - не востоке - и, наконец,
4) южную, занимающую юг полуострова.
Это оригинальное разделение Греции издавна привлекало к ней взоры всей культурной части населения земного шара.

Затронуты актуальные общественные проблемы – например, в-те-еще-времена-успешная борьба древнегреческих женщин за свои права:
Положение женщины у греков было завидное по сравнению с положением ее у восточных народов.
На греческой женщине лежали все заботы о домашнем хозяйстве, пряденье, тканье, мытье белья и прочие разнообразные хлопоты домоводства, тогда как восточные женщины принуждены были проводить время в праздности и гаремных удовольствиях среди докучной роскоши.

Нас посвящают в секреты формирования процессуально-правовых норм и тому подобных хитрых юридических штучек:
Судились греки в Амфиктионовом судилище.
Вместо того чтобы обещать судить по совести, взяток не брать, душой не кривить и родственников не выгораживать, они давали следующую присягу: "Клянусь никогда не разрушать города, принадлежащие к союзу Амфиктионову, и никогда не лишать его текучей воды ни в мирное, ни в военное время".
Только и всего!
Но это показывает, какой нечеловеческой силой обладал древнегреческий присяжный. Какому-нибудь даже самому завалящему из них ничего не стоило разрушить город или остановить текучую воду. Поэтому понятно, что осторожные греки не приставали к ним с клятвами насчет взяток и прочей ерунды, а старались обезвредить этих зверей в главнейшем.

Просто и доступно показана глубина и диалектическая сложность научно постигаемых законов истории:
Постоянно делясь на филы, димы и фратии, Афины быстро ослабели, как ослабела Спарта, не делясь ровно никак.
"Куда ни кинь - все клин!" - вздыхали историки.

И конечно, биографии знаменитых деятелей, причем - что ценно - без лишнего базара и всяких заумных слов!
Вот хоть Алкивиад, к примеру. Плутарху потребовалось на него почти 40 страниц (что с него взять, допотопный автор: не умел ценить время читателя), а тут дело обошлось четырьмя абзацами (читается за 2 минуты, оригинал – 24 часа!):
Алкивиад был известен разгульным образом жизни и, чтоб заслужить доверие граждан, обрубил хвост своей собаке.
Тогда афиняне, как один человек, поручили Алкивиаду начальство над флотом. Алкивиад уже отправился на войну, когда его вернули, заставляя сначала отсидеть за учиненный им перед отъездом уличный скандал. Он бежал в Спарту, потом раскаялся и бежал снова в Афины, потом раскаялся в необдуманном раскаянии и снова бежал в Спарту, потом опять в Афины, потом к персам, потом в Афины, потом снова в Спарту, из Спарты в Афины.
Он бегал как сумасшедший, развивая невероятную скорость и сокрушая все на своем пути. Бесхвостая собака еле поспевала за ним и на пятнадцатом перегоне сдохла (412 г. до Р. Х.). Над ней стоит памятник, на котором спартанцы начертали лаконически: "Странник, я сдохла".
Долго еще носился Алкивиад как бешеный из Спарты в Афины, из Афин к персам. Несчастного пришлось пристрелить из жалости.

Сам собой, это еще только начало. Сколько всякого было и после Древней Греции, что важно знать культурному человеку!
Всеобщая история, обработанная «Сатириконом»
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 1 комментарий

#картинки_в_блогах #времена_года
(Проникшись Махадевом и «индийскими древностями»…)

Николай Константинович Рерих (1874 – 1947). Весна в Кулу. Кришна

Кулу (Кулута) — долина на границе с Тибетом, где художник поселился после окончания пятилетней гималайской экспедиции.
В Серебряной Долине Великий Пастух призывал к жизни все живые существа серебряными звуками своей флейты. Он зовет к радости. И яблоневые, грушевые, вишневые, сливовые деревья откликаются на призыв буйным цветением. Ивовые деревья раскрывают пушистые цветы, абрикосовые деревья стали сиреневыми. Ореховое дерево покрывается жёлтым цветом, и, как исцеляющий нектар, течет ароматный живительный сок деодаров. Под яблонями, покрытыми розовым цветом, вечный Кришна на своей флейте играет свои божественные песни возрождения.
Показать полностью
Показать 4 комментария

#ГП #фанфики #рекомендации
Хотела просто написать рекомендацию, однако она получилась какая-то нестандартная — так что извиняюсь, уважаемые граждане: придется разместить вот здесь.
Автор фанфика в предупреждениях выставил «пре-слэш» — но, видимо, в расчете на людей с богатой фантазией: как по мне, то это чистый джен. А остальное, что нужно об этом фанфике знать, вот тут:

И на всякий случай:)) Права на снимки концлагерной атрибутики принадлежат концлагерным фотографам, эсэсовский мундир — Штирлицу, личности — Рикману и Рэдклиффу. Фотошопом мы обязаны куче всякого народу, который запаришься перечислять — но любой желающий может созерцать их фамилии в соответствующем окошечке битых пять минут, пока грузятся шрифты, кисти и меню.
А вдохновение позаимствовано у автора фанфика Nicht schiessen ))
Показать 1 комментарий

#книги #рекомендации
Ну, что-нибудь поближе к теме дня…

Жила-была в середине теперь уже прошлого века одна женщина по имени Франсуаза — француженка и католичка. И было у нее четверо детей — Даниэль, Венсан, Альберта и Полина, муж Жак, множество друзей дома (иногда очень экстравагантных), череда сменяющих друг друга домработниц с бурной личной жизнью, домашние животные в ассортименте, а также наблюдательность и неплохое чувство юмора. (Последнее при таком раскладе очень кстати.)
А так как никаких «дайрей» в те додревние времена еще не было, из своих ежедневных впечатлений и заметок она сделала книгу:
Ф.Малле-Жорис. Бумажный домик
И выглядит это примерно так:
КОШКА
— Долорес, мне нужно с вами поговорить, — объявляет Жак в девятом часу вечера, когда Долорес уже предвкушает близкое освобождение.
Взволнованная и смущенная, она идет за ним в столовую. Жак редко вмешивается в домашние дела, но если уж вмешивается, то самым ошеломительным и непредсказуемым образом. Я в смятении; мы усаживаемся в столовой, выставив детей за дверь.
— Долорес, вы знаете, как я ценю вас, — с серьезным видом начинает Жак. — Вы человек организованный, вы добры, мы к вам очень привязаны…
Этот поток комплиментов еще больше усугубляет наше волнение. Что-то на нас надвигается.
— Но у всех у нас есть недостатки. Вы, приходится признать, бываете резковаты… иногда позволяете себе слишком сильные выражения…
Долорес вспыхивает. Мы вопросительно смотрим друг на друга. Кто доносчик? Полина? Альберта? Долорес наподдала как следует кому-то из них? Или пропесочила, не стесняясь в выражениях?
— И иногда, понимаете, вы можете больно задеть кого-то особо ранимого… к тому же вы часто повышаете голос.
— С детьми… — начинает Долорес.
— Кто из них?!. — одновременно восклицаю и я. Жак примирительно поднимает руку.
— Речь не о детях, — мягко говорит он. — Речь о кошке.
— О кошке?
Мы ошеломлены.
— Видите ли, Долорес, наша кошка начала гадить.
— Истинная правда, — горячо подхватывает Долорес. — Только вчера эта паршивка описала Полинины туфли.
— Так вот, Долорес, наша кошка, как бы это сказать, начала гадить с тех пор, как здесь появились вы.
На лице у Долорес неподдельное изумление. Я давлюсь в приступе неудержимого смеха.
— Кошка как человек. Ей нужна ласка. Я-то знаю, Долорес, что у вас золотое сердце, но Тэкси этого не знает. Надо дать ей возможность это понять. Вы пугаете ее своими криками, не даете поваляться на кровати, и вот неизбежный результат: у кошки появился комплекс.
— Мать честная! — В восклицании Долорес прорезывается акцент, в котором больше от Бельвиля, чем от Мадрида.
— Кошка страдает без ласки. Она хочет привлечь ваше внимание, хочет отомстить. Она начинает гадить.
Мысль о мщении нравится Долорес. Это понятие ей близко.
— Так это она мне хочет нагадить? — спрашивает Долорес.
— Именно. И вам надо…
Дети, сгрудившись в спальне, с жадностью подслушивают у двери; выходя, я чуть не сбиваю их с ног.
— Что случилось? Что она сделала?
— Папа устроил ей взбучку, — объясняет Полина с назидательным видом. Альберта очень бледна.
— Бедная Долорес!
— Нет-нет, папа вовсе ее не ругает, он просто кое-что ей объяснил.
— Что объяснил?
— Как вести себя с кошкой.
— А я вот тоже буду везде писать, — заявляет Венсан, который все понял, — и тогда она будет звать меня не паршивцем, а мсье.
— Тебе это доставит удовольствие? — спрашивает Полина.
— Ну, если не каждый день…
В столовой продолжается обсуждение. Долорес всегда готова пойти навстречу, стоит только воззвать к ее сердцу и разуму.
— А что такое комплекс, Жак?
Жак объясняет. Одиннадцать часов, я иду спать.

Долорес — кошке, развалившейся на разобранной постели:
— Брысь отсюда, паршивка!
И тотчас же:
— Ой! Извиняюсь! Спускайся, моя милая кошечка.
Мы переглядываемся. Сдерживаем улыбку. Дань уважения хозяину дома.

У Тэкси родился котенок. Всего один. Мы назвали его Йо-Йо. Тэкси перестала гадить. Долорес:
— А ведь правда, у нее был комплекс.
Она смотрит на Жака, как на чародея.
Свернуть сообщение
Показать полностью

#культура #чтение #преподавательское

Недавно в блогах Lasse Maja процитировала Брайана Трейси. Там мимоходом упоминается, что американцы (и не они одни, правду сказать) не особые любители чтения. Не входит это дело в национальные приоритеты: http://fanfics.me/message361825

И вспомнилось, как сразу после экранизации «Властелина Колец» я случайно наткнулась на одном ВК-сайте (сейчас не могу найти, к сожалению) на информацию об актерах, которые там снимались.
В общем, до начала съемок только один из них – Саруман (в миру сэр Кристофер Ли) был знаком с трилогией, а заодно и с ее автором. А вот после кастинга…
Сэм (кажется, это все-таки был Сэм) осилил аж целого «Хоббита». Должно быть, вживался в фактуру образа. А двое суперменов - Леголас и Боромир - прочитали всю трилогию! Так что на фоне остальных, включая исполнителей главролей (которые свои силы переоценивать не стали), засияли в этом плане прям как две звезды пленительного счастья. (Правда, оба они – англичане.)

А потом, спустя еще годы, у нас стажировался по обмену мальчик из Штатов, из университета-побратима. Уже закончивший курс дипломированный филолог. Симпатичный такой пацан, доброжелательный, и по-русски бойко навострился. Но очень уж его удивляли наши списки обязательной литературы (художественной). Хотя с него никто не требовал их осваивать, конечно. И вот я попросила его сделать мне аналогичный списочек литературы, которая предлагалась студентам в его родном университете. Любопытно стало, что же изучают американские филологи.
Через день он принес мне плоды своих трудов. Сказал, что это «считается много», - и у меня нет причин не верить.
Привожу как есть, только более-менее упорядочив по хронологии. Вдруг кому будет интересно сопоставить свой читательский кругозор с американской филологической программой. И порадоваться / попечалиться (как выйдет):
Библия (отрывки)
Гомер. Илиада
Софокл. Антигона. Царь Эдип
Овидий. Метаморфозы
Беовульф
У. Шекспир. Ромео и Джульетта. Гамлет. Венецианский купец. Отелло. Король Лир. Сонеты
М. де Сервантес. Дон Кихот
Дж. Мильтон. Потерянный рай
Дж. Чосер. Кентерберийские рассказы
Дж. Свифт. Путешествия Гулливера
И.-В. Гёте. Фауст
Э. Спенсер. Королева фей
М. Шелли. Франкенштейн (правда, он приписал роман мужу Мэри – П.Б. Шелли)
С.Т. Колридж. Кубла Хан. Кристабел
Э.А. По. Новеллы и 2 стихотворения: Ворон и Эннабел Ли
Г. Мелвилл. Моби Дик
Р.У. Эмерсон. (Видимо, эссе…)
Г.Д. Торо. Уолден
Н. Готорн. Алая буква. Молодой Браун
Г.Б. Стоу. Хижина дяди Тома
У. Уитмен. Листья травы
М. Твен. Приключения Тома Сойера. Приключения Гекльберри Финна
Дж. Конрад. Сердце тьмы
Дж. Джойс. Дублинцы
Ф. Кафка. Превращение
Ф.С. Фицджеральд. Великий Гэтсби
Дж. Стейнбек. Гроздья гнева. О мышах и людях
Дж.Р.Р. Толкиен. Хоббит
Х. Ли. Убить пересмешника
Дж.Д. Сэлинджер. Над пропастью во ржи
А.И. Солженицын. Один день Ивана Денисовича
У. Голдинг. Повелитель мух
И. Альенде. Дом духов
Х.Л. Борхес. Рассказы
Г. Гарсиа Маркес. Рассказы. Хроника объявленной смерти
Ф. Дуглас. Рассказ о жизни американского раба

Наверняка что-то он забыл, но вряд ли сильно много.
Трогательная подробность: «Убить пересмешника» он написал по-русски. Очевидно, сильно сомневался, что в России эта вещь кому-нибудь известна. Мне захотелось его заверить, что у нас она очень даже – и заслуженно – знаменита, но я, запуганная грозящим мне из-за всех углов призраком нетолерантности (который успешно заменил удалившийся на пенсию «призрак коммунизма»), засомневалась: вдруг именно такое заявление будет выглядеть как нетолерантное? И малодушно промолчала.
Но после этого еще сильнее зауважала Леголаса с Боромиром: парни-которые-смогли!
Теперь же Орландо Блум, если верить Википедии, называет своей любимой книгой «Братьев Карамазовых», а Шон Бин с 2007 года даже является доктором филологических наук по английской литературе в Университете Шеффилда.
Морали нет; но втайне хочется думать, что к этим сияющим высотам их подтолкнуло знакомство с моим любимым ВК. Вот что Дж.Р.Р. с людями делает)))…
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 6 комментариев

Онлайн
Спасибо за ваш комментарий и за ссылки на интересные фанфики).
Показать 1 комментарий

#картинки_в_блогах #времена_года

Петер Мёрк Мёнстед (1859-1941). Зима в Брондбювеста.
Итоговая фигура «золотого века» датской живописи, Мёнстед много путешествовал и разработал целую серию типов разных национальных ландшафтов, но чаще всего, конечно, писал пейзажи своей родины. Для его картин типичен ясный свет и мотив отражений в воде.
В датской культуре Мёнстед занимает примерно то же место, что в нашей – поздние передвижники: «фотореалистический» стиль начинает потихоньку разворачиваться в сторону импрессионизма. «Зима в Брондбювеста» напоминает сразу и левитановский «Март», и саврасовских «Грачей…»
Мир картины безлюден, но живет собственной жизнью, как вещи в сказках Андерсена: он наполнен движением и его знаками во времени и в пространстве. Летит воронья стая. По влажному снегу тянутся цепочки свежих следов. От ветерка бежит легкая рябь по ручью: в нем дрожат отражения веток тальника на фоне ярко-синего, почти весеннего неба. И сами ветки уже краснеют, собираясь с силами к весне.

Дорогие защитники Отечества, я присоединяюсь к поздравлениям, но почему-то не хочется постить «в тему» батальный пейзаж… Пусть лучше всем нам будет вот такое синее и мирное небушко))

#литература #даты #длиннопост

250 лет назад родился И.А.Крылов.
Горький однажды написал Чехову: «Вы… убиваете реализм. Дальше Вас — никто не может идти по сей стезе…»
Он имел в виду, что Чехов замкнул «классический» реализм своим творчеством. Чтобы двигаться дальше, потребовалась перестройка художественной системы.
В этом же смысле Крылов «убил» басню.
Белинский первым почувствовал, что под пером Крылова в этом архаичном жанре выросло что-то новое, как бы взрывающее его изнутри: «Это повесть, комедия, юмористический очерк, злая сатира, словом, что хотите, только не просто басня».
Басни Крылова – часто вольные переводы или переделки Эзопа, Лафонтена и пр. Но и они издаются сейчас под именем Крылова – такой чести удостоились еще разве только переводы Жуковского.
Хотя на первый взгляд вроде бы не так уж много в них изменилось. Но это – то самое «немного», которое составляет душу произведения. Как сказал Брюллов, искусство начинается там, где начинается «чуть-чуть». Деталь, меняющая всё.

Самая близкая к Лафонтену басня Крылова – «Волк и Ягненок». У французского автора Волк заключает спор ссылкой на «законы чести» (подстрочный перевод: «вы мне покоя не даете никакого - вы, ваши пастухи, ваши собаки. Мне сказали: нужно, чтобы я отомстил за себя»). У Крылова –
Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать.

И правда: зачем волку в разговоре с ягненком вообще нужны какие-то «юридические обоснования»?
А вот «Ворона и Лисица». - «Знайте, что любой льстец / Живет за счет того, кто его слушает…» - говорит Лисица у Лафонтена. И пристыженная Ворона обещает себе, что что больше так не попадется. Вполне традиционное басенное поучение.
У Крылова эта басня прямо и начинается с морали. Казалось бы, что изменится от того, что она «переставлена» в начало? А вслушайтесь в интонацию первой строчки:
Уж сколько раз твердили миру,
Что лесть гнусна, вредна; но только все не впрок,
И в сердце льстец всегда отыщет уголок.
Вороне где-то Бог послал кусочек сыру…

Это «уж сколько раз…» звучит не назидательно, а скорее с привычной легкой усмешкой. Действительно, сколько раз? – так чему ж тут удивляться…
За тысячи лет существования проповедей и проповедников никто – от пророков до баснописцев – не скомпрометировал лесть в людских глазах.
Наверное, это не случайно. Басня Крылова (и эта конкретно, и вообще крыловская басня) не приводит к морали, ради которой обычно и рассказывается вся история. Наоборот, она отталкивается – даже не столько от морали, сколько от общеизвестного факта («уж сколько раз…») – и дальше предлагает читателю самостоятельно поразмыслить.
Есть такая избитая школьная формула: «писатель осуждает». Обычно неверная. Крылов здесь тоже не осуждает. Скорее восхищается хитроумием Лисицы и иронически сочувствует Вороне. И если разобраться, разве здесь обе не получили что хотели? Лисица – свой сыр, Ворона – свои комплименты. Кто еще станет ее комплиментить? Сыр будет быстро съеден, а вот воспоминание о том, как нахваливали твою красоту, пребудет вечно!
Вы думаете, что Ворона «всё поняла» и (как у Лафонтена) просто должна себе обещать больше так не облажаться?
Да ведь вопрос не в том, поняла или нет. А в том, хочет ли она понять. Выйдем на минутку за пределы Крылова (это еще не раз придется делать). Через 61 год после публикации этой басни Островский написал комедию «На всякого мудреца довольно простоты». Ее герой с говорящей фамилией Глумов делает стремительную карьеру, опираясь прежде всего на свое умение льстить, потрафлять и поддакивать. С либералом он либерал, с ретроградом – ретроград, с ханжой – богомолец, со стареющей кокеткой – пылкий поклонник…
Увы, он позволяет себе вести дневник. Который, по закону жанра, попадает в руки обманутых и осмеянных. Они негодуют? – да. Они изгоняют насмешника? – тоже да.
Но они тут же обговаривают, как его вернуть. И Глумов сам знает, что вернется. Он нужен этим людям не меньше, чем они ему. Все его «жертвы» не так уж карикатурно глупы - и уже отзывались о нем как о человеке льстивом и «подленьком». И всё же…
По большому счету, тут нет настоящих жертв, как нет и настоящего обмана. Есть симбиоз.
Вот об этом на самом деле басни Крылова. Не о нравоучениях, а о жизни – как она есть. Сама мораль у него в лучшем случае играет уточняющую роль, а примерно в трети басен и вовсе отсутствует – притом это вещи очень популярные: «Стрекоза и Муравей», «Слон и Моська», «Квартет», «Лисица и Виноград»... Вместо морали там – хлесткие реплики, которые по своей структуре тяготеют не к пословице, а к поговорке, не представляющей собой законченного, застывшего утверждения. Они воспроизводят в художественных образах повторяющиеся жизненные ситуации, которые не нуждаются в морализировании либо вовсе его не подразумевают.
«Зелен виноград!» - тявкает Лисица, которая не может до него дотянуться. Это не мораль, а только всем известная и всеми применяемая форма самоутешения в жизненных неудачах. - «Ай, Моська!.. знать она сильна…» - «А вы, друзья, как ни садитесь…»
Кого «критикует» Крылов в «Стрекозе и Муравье»? Да никого. Басня описывает два образа жизни, два модуса человеческого существования, дополняющие друг друга: встать исключительно на точку зрения одного из персонажей – значит расписаться в собственном легкомыслии («лето целое всё пела…») или бессердечии («так поди же, попляши!»). И у Стрекозы, и у Муравья – своя правда. Строго говоря, они и не созданы для иного существования, чем то, которое ведут.
И даже басни, в которых мораль формально присутствует, написаны не ради нее.
«Кот и Повар». Вот ради маленького эксперимента: вы можете сразу вспомнить пристёгнутое к ней «нравоучение»? Даже если вы профессионально преподаете литературу? (Кто смог – мои поздравления.)
А вот «Васька слушает да ест» - помнят все.
Но очарование «Кота и Повара» не только в образе деловитого Васьки. В дидактических жанрах обычно появляется какой-нибудь резонер (часто сам повествователь), который произносит длинные поучительные речи – в жизни никто и никогда таких монологов не читает. Тем более, кто может вообразить себя распекающим даже самого любимого кота, который уписывает твой обед?
Крылов придает этому условному басенному допущению бытовую мотивировку: во-первых, его Повар – «грамотей»; во-вторых, он возвращается из кабака. В том счастливом состоянии, когда хочется нести лучи добра и просвещения… Знакомо?
Басни Крылова, представляющие в смешном виде человеческие слабости, вообще чаще всего обнаруживают отсутствие или условно-формальный характер морали. Взрослому человеку она (в таком виде) не нужна. Что ему нужно, так это способность видеть себя со стороны и самостоятельно решать, «что такое хорошо и что такое плохо». Не вообще, а конкретно для него и конкретно в этой ситуации.

Дальше - басни, которые можно назвать «социальными».
В условиях подцензурности на многие темы вообще невозможно высказываться – даже в комплиментарном тоне, не говоря уж о критическом: негоже подданному судить о мудрости властей! И вот так получилось, что басня, защищенная своей репутацией «детского» жанра, единственная могла коснуться вопросов политических, хотя бы в форме иносказания.
Больше того, аллегория только усиливала художественный эффект. В баснях, как правило, действуют звери. Это удобный способ выделения доминантной черты - и одновременно акцентирование «животной» природы персонажей. «Социальные роли» распределяются как бы сами по себе: они уже встроены в образ. Царь-Лев – номинальный правитель, его программу, по сути, определяет хитроумный политикан – Лиса. Она направляет действия чиновников на местах: «силовики»-Волки, «бюрократы»-Ослы и пр. Внизу прозябают покорные Овцы, которых в лучшем случае стригут, в худшем – сдирают шкуры.
И вся эта стройная вертикаль власти прямиком подводила к одной мысли, которую уж точно невозможно было бы протащить через какой-нибудь роман или пьесу: наличие в системе управления опосредующих звеньев позволяет правителю щеголять «в белом пальто».
Вера в доброго царя, вводимого в заблуждение дурными слугами и не ведающего о бедствиях народа, пережила сам царизм. Крылов простился с этой верой уже в басне «Пестрые овцы», где Лев, чтобы сжить со свету не полюбившихся ему пестрых овец, по совету Лисы приставляет к ним в пастухи волков – с прогнозируемым результатом:
Какие ж у зверей пошли на это толки? –
Что Лев бы и хорош, да все злодеи волки.

В басне «Гуси» демонстративно-формальная мораль («Баснь эту можно бы и боле пояснить - / Да чтоб гусей не раздразнить») отсылает читателя к сюжету, который дерзко оспаривает право наследования заслуг и достоинства. Басня, таким образом, метила не только в привилегированные сословия - она задевала и сам принцип наследственной монархии. Мужик гонит гусей продавать на рынок, и те, возмущенные, ссылаются на исторические заслуги своих предков, некогда спасших Рим. Мужик, однако, желает знать:
- Все так, да вы что сделали такое?
- Мы? Ничего! – Так что ж и доброго в вас есть?
Оставьте предков вы в покое:
Им поделом была и честь;
А вы, друзья, лишь годны на жаркое.

Еще одна исключительной важности мысль как-то подспудно закрадывалась в голову читателя, наблюдавшего, как функционирует эта, так сказать, экосистема. Отношения между частями биоценоза складываются помимо «воли» и желаний живых существ, его составляющих. Что происходит со «свободной волей» человека, если рассматривать его как элемент подобной системы? В какой степени он способен ее сохранить и проявить, оставаясь на своем месте? Даже если это место – наверху «пищевой цепочки»?
Эту мысль рискнет развить по следам Крылова Салтыков-Щедрин в своем цикле «сказок», где тоже в основном действуют животные. «Орёл-меценат» задается благой целью: насадить во вверенных ему владениях просвещение. И учредить «де сиянс академию». Насаждает он его, натурально, теми средствами, какими располагает, и усилиями тех своих подручных, кому удалось пробиться к трону поближе. Что из этого получается, легко угадать. То ли, как замечает рассказчик, «просвещение для орлов вредно, то ли орлы для просвещения вредны»… Но вот как ни крути, не составить из орлов и просвещения никакой плодотворной комбинации…
Другой вариант проявления «свободной воли» - с упором на совершенствование мира не внешнего, но внутреннего – Щедрин представил в сказке «Бедный волк». Ее герой с возрастом начинает, что называется, о душе задумываться и терзаться муками совести. Да вот только у волка «комплекция каверзная», на вегетарианство не рассчитанная. Свели его угрызения в безвременную могилу – ну а зайчики, надо полагать, каким-нибудь другим волкам на обед достались. Еще не успевшим раскаяться.
И это направление рассуждений тоже обнаруживается у Крылова. Не правитель рождает систему, а система – правителя. Басня «Лягушки, просящие Царя» начинается так:
Лягушкам стало не угодно
Правление народно,
И показалось им совсем не благородно
Без службы и на воле жить.

Что ж, просили – получите. Но первый же царь, который сваливается к ним с неба… в общем, где, как не в басне, могла проскользнуть такая фраза?
И подлинно, что Царь на диво был им дан:
Не суетлив, не вертопрашен,
Степенен, молчалив и важен;
Дородством, ростом великан,
Ну, посмотреть, так это чудо!
Одно в Царе лишь было худо:
Царь этот был осиновый чурбан.

Чурбан не глянулся Лягушкам своим равнодушием. Мольбы к небу возобновились и снова были услышаны. Но на сей раз небеса послали им Журавля, который интересовался ими уж слишком – и притом как-то гастрономически, к сожалению…
Сюжет этой басни встречается и у Эзопа, и у Лафонтена, но в передаче Крылова он обогатился новым подтекстом - хотя бы потому, что накладывался в сознании читателя на всем известную легенду о призвании варягов на Русь. «Повесть временных лет» описывает, по сути, эту же печальную историю крыловских лягушек:
В год 6370 (862)… И не было среди них правды, и встал род на род, и была среди них усобица, и стали воевать сами с собой. И сказали себе: «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву». И пошли за море к варягам…

Всего через пару лет Ж. де Местр, посланник при русском дворе, напишет: «Каждый народ имеет такое правительство, которого он заслуживает». И пока меня не обвинили в русофобстве или еще каком-нибудь «мыслепреступлении», напомню, что басня Крылова – это вольный перевод французского текста Лафонтена. И спустя десятки лет русский Щедрин напишет на эту тему «Историю одного города» (1869), а француз Анатоль Франс - очень похожий «Остров пингвинов» (1908). Так что – у всякого своя мигрень…

Казалось бы, что с падением монархии Крылову, с таким-то отношением к деспотическим режимам, должны были наконец воздать должное.
Воздали. Но… и тут Крылов как он есть ко двору не пришелся. Как только он начинал выходить на какие-то более общие вопросы, чем жестокости «царского режима», тут же наше литературоведение скисало и начинало бормотать что-то невнятное на традиционную тему: «писатель недопонимал…»
В тех баснях, где Крылов «недопонимал», отразились его взгляды на законы устройства общества в целом, на роль просвещения, науки и литературы. В них выразился кризис просветительской идеологии - и антирадикализм Крылова.
Очень характерная в этом плане басня - «Конь и Всадник», где изображается гибель Коня, с которого седок снял узду. Неограниченная свобода для людей, не умеющих собою управлять, по мнению Крылова, ведет к одной лишь анархии. События Французской революции и Пугачевского бунта (он краем коснулся Крылова в детстве) явно витали перед его внутренним взором, когда он писал:
Как ни приманчива свобода,
Но для народа
Не меньше гибельна она,
Когда разумная ей мера не дана.

И к этой теме – через десятки лет после Крылова – будет неоднократно обращаться Герцен; и эти его суждения советская критика тоже будет скромно обходить стороной:
Нельзя людей освобождать в наружной жизни больше, чем они освобождены внутри. Опыт показывает, что народам легче выносить насильственное бремя рабства, чем дар излишней свободы.
(К старому товарищу)
Недостаточно разобрать по камешку Бастилию, чтобы сделать колодников свободными людьми…
Из проповеди апостолов толпа поняла всё связующее совесть и ничего освобождающее человека. Так впоследствии она поняла революцию только кровавой расправой…
(С того берега)

Однако ни гении, ни толпа не виноваты в существующей между ними дистанции, и здесь не приходится оправдывать или обвинять. Моральную оценку событий и людей Герцен относит «к самым начальным ступеням понимания», подобно тому как в баснях звери условно олицетворяют нравственные качества: заяц бежит от опасности – аллегория трусости. Но мог бы заяц выжить как вид, если бы он «отважно» бросался на лису или охотника?
И – опять к Крылову.
Мысль о том, что общественная иерархия не сваливается ниоткуда и сама по себе не является результатом некой «порчи» социальных взаимоотношений, он проводил очень последовательно («Колос», «Крестьянин и Лошадь», «Листы и Корни» и др.). Такой подход писатель расценивал как недомыслие. Лошадь, сетующая на неразумное, по ее мнению, уничтожение овса, который Крестьянин рассыпает по полю, не понимает, что ей же предстоит кормиться урожаем с этого поля.
Но с самой древности, в наш даже век,
Не так ли дерзко человек
О воле судит Провиденья,
В безумной слепоте своей
Не ведая его ни цели, ни путей?

Не идеализируя народ, Крылов ясно видит, что тот заслуживает глубокого уважения – не за свои вымышленные сентименталистами «добродетели», а за свой труд, который составляет основу благосостояния любого государства и благодаря которому существует вся общественная надстройка: политика, идеология, культура. Всё это обновляется, как листва на дереве - но неизменно остаются корни, питающие пышную крону («Листы и Корни»). Листам похваляться перед Корнями так же неразумно, как Лошади упрекать Крестьянина. Они составляют единую систему, элементы которой теряют смысл либо вовсе не существуют один без другого.
Если же предложенную метафору (общество ≈ дерево) развернуть и додумать… Что получит человек, ничего не знающий про фотосинтез, когда начнет систематически обрывать с дерева листья, по видимости составляющие излишнее украшение? С благим намерением освободить корни от необходимости питать «паразитов»?
А если перевернуть дерево вверх тормашками, чтобы корни «по справедливости» в свою очередь проветрились на солнышке?
Как написал позднее о революциях тот же Герцен, «когда уляжется дым и расчистятся развалины», на них рано или поздно начнет прорастать старый общественный строй, потому что он внутри не кончен» («К старому товарищу»).

Басни этого типа не противоречили тем, в которых Крылов вытаскивал на свет божий всевозможные злоупотребления. Устранять их насколько возможно – да. Но силой разрушать структуру общества - нет.
Именно поэтому снисходительный Крылов непривычно суров к безответственным «теоретикам». Впоследствии герои Достоевского будут страдать над этой же проблемой: ответственность идеолога за действие своей доктрины в обществе.
Басня «Сочинитель и Разбойник» по смыслу восходит к евангельскому «кто соблазнит одного из малых сих… тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили в глубине морской» (Мф.18:6). В аду оба крыловских персонажа кипят в соседних котлах. Но с годами огонь под Разбойником угасает, а под Сочинителем, разливавшим в своих твореньях «тонкий яд», только разгорается: уже стерлись в мире следы зла, некогда посеянного убийцей, но преступные плоды безответственной деятельности писателя продолжают сеять на земле раздоры и мятежи.
Отсюда сдержанное отношение Крылова к просвещению. В «Червонце» развивается мысль, которая окажется впоследствии очень близка Льву Толстому (хотя Толстой воспринял ее скорее не от Крылова, а от Руссо): образование придает человеку поверхностный блеск - но часто, к сожалению, за счет утраты природной цельности и полноты. Надраенный кирпичом Червонец играет как жар - но безнадежно потерял в весе, а значит и в ценности.
О том же - и «Водолазы», построенные в форме притчи: из троих братьев, задумавших промышлять ловлей жемчуга, лентяй бедствует, прилежный и разумный благоденствует, а жадный гибнет жертвой своей алчности. Финал вносит уточнение: жемчуг – это знание, но погоня за любым избытком всегда губительна.
Хотя в ученье зрим мы многих благ причину,
Но дерзкий ум находит в нем пучину
И свой погибельный конец,
Лишь с разницею тою,
Что часто в гибель он других влечет с собою.

Крылов также считает опасной практикой атеизм («Безбожники»): человек, посягающий на высший порядок вещей, бросает в небо камни, которые едва ли поразят богов (независимо от их наличия или же отсутствия), но в любом случае вернутся и упадут ему на голову.

В целом ряде случаев крыловские «побасенки» касаются вопросов, над которыми впоследствии бились лучшие умы эпохи. Например, проблема «отцов и детей» поднимается в басне «Дерево», где молодое Деревцо, упросив, чтобы вокруг него срубили старые, мешающие ему деревья, лишается той защиты, которую они могли бы ему обеспечить до своей естественной гибели: «И ветром, наконец, то Деревцо сломило».
Даже чисто лирическая тема поэта и поэзии оказалась разработана в баснях Крылова: «Орел и Куры» - поэт и толпа, «Осел и Соловей» - поэт и критика, «Кошка и Соловей» - поэт и власть.
В заключение - маленький и неполный список своеобразных соответствий, которые басни Крылова найдут в творчестве русских авторов ХIХ века. Речь, конечно, не о том, что они что-либо непосредственно «заимствовали» из Крылова, а о том, что по серьезности заявленных проблем Крылов может быть по заслугам поставлен наравне с величайшими из них:
«Бритвы» - А.С.Грибоедов («Горе от ума»)
«Орел и Куры» - А.С.Пушкин («Поэт», «Поэт и толпа», «Поэту»)
«Конь и Всадник» - А.И.Герцен («С того берега», «К старому товарищу»)
«Ворона и Лисица» - А.Н.Островский («На всякого мудреца довольно простоты»)
«Дерево» - И.С.Тургенев («Отцы и дети»), И.А.Гончаров («Обрыв»)
«Лягушки, просящие Царя» - М.Е.Салтыков-Щедрин («История одного города»)
«Листы и Корни» - Г.И.Успенский («Крестьянин и крестьянский труд»)
«Сочинитель и Разбойник» - Ф.М.Достоевский («Преступление и наказание»)
«Безбожники» - Ф.М.Достоевский («Братья Карамазовы»)
«Червонец» - Л.Н.Толстой («Люцерн», «Казаки» и др.)
«Бедный богач» - Л.Н.Толстой («народные рассказы»)

Хотелось завершить чем-нибудь вдохновляюще-оптимистическим. Юбилейное, как-никак. В духе: и вот теперь, наконец…
И вот теперь, наконец, я натыкаюсь в Интернете на свежий скандальчик вокруг крыловской басни. Якобы депутат Госдумы подготовил запрос на предмет включения «Лягушек, просящих Царя», в наш современный «Индекс» - федеральный список экстремистских материалов. За скрытое в ней оскорбление РПЦ в целом и «царя-мученика» Николая II в частности:
https://panorama.pub/11791-poklonskaya-poprosila.html
Позже появилось соображение, что это, должно быть, провокационная политическая «утка», ибо депутаты Думы предположительно суть люди одаренные не альтернативно, а вполне «традиционно». И значит, должны быть в курсе хотя бы того, что Крылов вообще скончался задолго до рождения «царя-мученика»:
https://www.proza.ru/2019/01/06/1889
Возможно. Даже скорее всего.
Но Россия по-прежнему осталась страной, где в такую «утку» легко верится… А стало быть, басни Крылова, пережившие царизм и социализм, по-прежнему остаются с нами.
И вот теперь прямо не знаю, считать ли это именно такой оптимистической концовкой, какую хотелось приклеить?
Вечно одни проблемы с этими сатириками.
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 5 комментариев

#фанфики #Снейп
По наводке Ishtars найден и предлагается в добрые читательские руки «Котик Снейп, гроза подземелий» (ГП, СС) - хороший дженовый макси работы Трегги Ди. Жанр - «севвитус наоборот» («впавший в детство герой»). В меру драматичный, в меру забавный. POV Гарри.
Цитата:
Снейп сидел в тесной и темной нише, прижав коленки к груди. Мне пришлось встать на четвереньки, чтобы проползти по узкому лазу и устроиться рядом с ним…
– Она сказала, что я убийца. Значит, у меня черное сердце.
Я вздохнул. Мне захотелось съежиться и прижать коленки к животу, но в исполнении взрослого мужчины это смотрелось бы слишком жалко.
– Знаешь, я тоже убил кое-кого. Ты правда думаешь, что у меня черное сердце?
Снейп внимательно посмотрел на меня сквозь слипшиеся пряди. У меня аж дыхание замерло, пока я ждал его приговора. Наконец он вдумчиво изрек:
– Нет.
– Вот видишь! – облегченно завопил я. Педагогическая поэма от Гарри Поттера: «грабь, насилуй и убивай». Скоро на всех прилавках страны.

https://vremyasnarry.diary.ru/p204299438.htm?from=0
или скачать с Яндекс-Диска:
https://yadi.sk/d/vg5q9cv5j3ccP
Показать 15 комментариев

#ГП #фанфики #Снейп #Малфой #литература #длиннопост

Продолжение поста о «парных героях» http://fanfics.me/message358711
Для Viola odorata , Alteya , Lasse Maja и всех остальных ценителей «Burglars' trip».

Пёстрому миру «Burglars' trip» цельность придает один общий знаменатель – парадокс.
Во-первых, юмор. Из всех его многообразных видов тут преобладает остроумие: умение сближать неожиданные вещи, а на вещи привычные смотреть под непривычным углом зрения. Это заметно даже по эпиграфам: они всегда очень точные, неожиданные – и поэтому особенно смешные.
Показать полностью
Показать 3 комментария

#литература #психология #длиннопост

По мотивам недавнего сообщения Jlenni - http://fanfics.me/message355671
Любопытный пост о «Трех мушкетерах», который наводит на мысли о том, как делается литература, и не только…
Один из самых беспроигрышных ходов в литературе – «парные» герои. Я не о «пейрингах» типа «Ромео и Джульетта» - с ними всё ясно. А о персонажных дуэтах с сильной связью, превратившихся в своеобразный литературный миф.
Есть два противоположных варианта таких связей.
Первый – герои-двойники. По «происхождению» бывают двух типов.
Показать полностью
Показать 5 комментариев

#картинки_в_блогах #времена_года

Питер Брейгель Старший «Мужицкий» (1525-1569), положивший начало целой династии Брейгелей в живописи. «Охотники на снегу. Зима» - самая знаменитая работа из его серии, посвященной временам года.
Показать полностью 2
Показать 1 комментарий

#Снейп #баян #картинки_в_блогах
День рождения профессора, который дает нам возможность выплеснуть такие богатые и разнообразные эмоции))
Старый ролик Gobuss & Ariel (наверное, делался еще с пиратской копии), где кинонный Снейп, к своему ужасу, оказывается в шкуре Снейпа фанонного:
I wanna sex you up
И мой любимый, хэдканонный портрет Снейпа – идеально идеализированный)) В смысле, ровно настолько, чтобы еще оставаться узнаваемым. Судя по всему, в компании Драко (хотя кое-кто видит здесь Альбуса-Северуса). Увы, не знаю автора…
Показать 8 комментариев

#старое_кино #музыка
Даже не так: старое-престарое кино, которое ну нисколько не похоже на старое, и не видно по нему, что его создавали без всяких компьютеров: «Фантазия». Сама бы не поверила, что буду восхищаться диснеевским мультиком аж 1940 (!) года.
Хорошо подходит для расслабления в новогодне-рождественские каникулы (рейтинг примерно PG-13). Фильм длинный (125 мин.), но делится на 8 номеров - и можно свободно делать паузы. Даже если вы принципиально смотрите только новинки – попробуйте.
Задумка – «экранизация» восьми фрагментов классической музыки, самой разной. Соединение этой музыки с талантливой рисовкой очень впечатляет. Особенно рекомендую людям с художественной жилкой. Все 8 фрагментов выдержаны в разном настроении.

Токката и фуга ре минор Баха – в абстрактно-геометрическом стиле. Прообраз того, что мы сейчас называем цветомузыкой.
Показать полностью
Показать 6 комментариев

#картинки_в_блогах

Который год заключаю сама с собой пари, что в 23.55 по Москве снова услышу какую-нить версию зачина: «Этот год был для нас непростым…»
Который год сама у себя это пари выигрываю.
Тотализатор бы, что ли, открыть, да ведь дураков таких не найду…
Так что буду скромнее и для начала пожелаю себе и всем-всем-всем вам, чтобы в новом году за праздничным столом каждый из нас мог с удовлетворением сказать себе: «Этот год для меня был безоблачным: он весь пролетел на крыльях удачи и отличного настроения!»
А там, глядишь, и родимое Отечество за нами подтянется… Главное – подать ему хороший пример!
Показать более ранние сообщения
ПОИСК
ФАНФИКОВ











Закрыть
Закрыть
Закрыть