Комментарий к фанфику: Гран-тур мистера Фицуильяма Дарси

сегодня в 02:15 к фанфику Гран-тур мистера Фицуильяма Дарси

У Толстого не совсем так. Он Николя не осуждает в духе Перси, он просто показывает, что тот, конечно, молодец и удалец, но немного ограниченный человек. Особенно когда пытается быть возвышенным: Толстой слегка посмеивается над тем, что Николай зимой, когда делать нечего, старательно читает разные ученые книги.

Вот, ученые книги читает, а не всякую философию сомнительного толка - хотя оная философия вроде как только ближе к концу XIX в. и появилась, в т.ч. стараниями Толстого. А из современного, думаю, Толстой очень заценил бы всякую "мудроженственность".

Потому что за возвышенность, милосердие и прочие добродетели у них в семье отвечает графиня Марья, которая, сменив князя Николая Андреевича на графа Николая Ильича, явно процвела. Гнобят там в финале Соню разными мелочными придирками - возвышенная Марья всё забыть не может, что та была помолвлена с ее мужем (и гораздо, гораздо красивее, да) и ведет себя в стиле любимого папеньки.

Семейный сценарий в действии, колесо насилия продолжает крутиться, и травма передается дальше.

Но, по мнению Толстого, Соне как "пустоцвету" (определение Наташи; оставим его на совести автора) это по-настоящему не больно. У нее и чувств особых нет.

Т.е. то, что Соня сохранила свою личность, не вышла замуж за Долохова, когда ей предлагали, это в результате делает Соню якобы бесчувственной? Типа, можно обращаться с ней как угодно, ей все равно не больно, и вообще пусть благодарна будет, что приживалкой оставили?
Если уж тут бабочка замахала крыльями благодаря приезду мистера Дарси, то, может, и для Сони достойный жених найдется, и не придется ей тогда жить приживалкой да терпеть насмешки от многочисленного семейства Ростовых-Безуховых?
Кстати, в романе "Обломов" есть один примечательный момент: Ольга была уверена, что влюблена в Обломова и даже призналась ему в чувствах. Однако от Обломова затем долгое время ни ответа, ни привета, и в заграничной поездке Ольга встречает их общего знакомого Штольца, который, в отличие от Обломова, много и с охотой проводит с ней время. Ольгу накрывает чуть ли не штормом: ведь она убеждена, что любить можно всего лишь один раз в жизни. Штольц, заметивший ее состояние, говорит с Ольгой по душам, и в результате этого разговора Ольга сбрасывает с себя груз вины: что любить можно не один раз в жизни; что любить можно по-разному, и ее чувства ко Штольцу более зрелые, и в этих чувствах ничего плохого нет.
Можно сказать, Штольц своего рода психотерапию провел для Ольги (хотя в то время подобного понятия еще не существовало), но вот для Сони никто подобную терапию не проводил. Не встретив в своей жизни достойного молодого человека (ей, впрочем, и не давали такой возможности), она так и прожила, думая, что Николенька - единственная любовь всей ее жизни.

Какое, какое... Как на меритонских дам. Уикхем - душка!

Хм... а могло бы такое служиться, что Уикхем даже успел бы жениться на какой-нибудь из москвоских красавиц до того, как стала бы известна правда о его финансовом состоянии? Ведь без женитьбы он-то по-любому не смог бы получить халявное приданое.