От преступления к наказанию, от наказания... к переосмыслению себя и исправлению ошибок.
Немилостивая судьба постоянно сбивала Василия с ног и хлестала до потери сознания. Трагическая смерть близких, детдом, психическое расстройство и вихрь криминального мира, унесший главного героя в глубины мрака. Но есть ли шанс вытянуть обратный билет, к счастливой жизни? Вопреки судебному приговору и клейму душевнобольного, поставленного на него обществом, Вася тянется к свету. И обещание возлюбленной Дианы дождаться его из лечебницы горит над ним путеводной звездой. Их отношения — греющий мое сердце пример здоровой любви, которая постепенно, глава за главой, обретает все большую высоту и ценность.
На пути к свободе и духовному обновлению Васе предстоит столкнуться с множеством препятствий, особенно внутренними. Ведь именно мрачные закоулки его растравленной прошлом души, которые герой мужественно берется исследовать, таят в себе самую ужасную боль. Автор умело, детально и без прикрас выносит на суд читателя это увлекательное и подчас рискованное путешествие.
Я следовала за Васей с огромным удовольствием и тревогой. Его история бросает в трепет, вызывает улыбку, пронзает чувством тоски и бессильной ярости, а порой заставляет замереть в предвкушении нового душевного (и не только) поединка. Между тем оставляющего много пищи для размышлений. Так же, как Вася, я искреннее радовалась, когда сюжет сводил нас с приятными и весьма отзывчивыми второстепенными персонажами, которые протягивали руку помощи и разделяли с нами столь нелегкое странствие. Каждый шаг в нем, как задетая и долго затухающая эмоция, а каждый совершенный прыжок — личностный подвиг Василия!
Отдельного упоминания заслуживает эпоха лихих девяностых. Она в произведении не просто декорация, а продуманное смысловое наполнение. И дефицит, и повсеместная разруха, и моральный упадок, и треснувший духовный стержень обитающих в ней персонажей, и их же тяжелый труд и понемногу воскресающие надежды на лучшее — все говорит о живейшем внимании автора к вопросам сеттинга. Он описывает не только догорающие краски лета, но прежде всего чувства, что они вызывают.
Историю смело рекомендую. Как человек, имеющий нулевое представление о каноне, по которому написаны «Последние краски лета», я читала без затруднений, как самостоятельную психологическую драму, разбавленную толикой юмора и уютной повседневности.
#хроники_пельменя
- Кот, - непонимающе спрашивает друг, - вот зачем ты везде за мной ходишь? Я же никуда не ухожу! А если ухожу - всегда возвращаюсь!
- Мырк, - раздаётся в ответ, и белые мохнатые гольфики делают тыгыдык-тыгыдык, в очередной раз сопровождая друга до ванной.
Он ходит за хозяином везде. Куда бы друг ни пошёл - котодитачка бежит вперёд него, сопровождая. Любое действие, совершаемое в квартире, предполагает участие Пельменя. Даже такое, участвовать в котором его никто не пригласил бы. Особенно такое!
Вот, например, меховая пусеница, бдящая за ремонтом кровати:
А вот она же тщится отобрать у медведотётки фкусную зубочистку:
За кадром остались попытки Пельмехи лакать воду из грязной посуды в раковине, погрызенная им же занавеска в ванной и стакан, скинутый со стола в неудачном прыжке.
В общем, как вы понимаете, энергией этой пусеницы можно запитать подстанцию, поэтому хотя бы часть оной энергии надо тратить. С этим лучше всего справляется любимая Пельмехина лазерная указка. Он знает, где она лежит, и регулярно приводит друга к заветной тумбочке - а пару раз уже сам открывал ящик и выкидывал указку наружу.
И только напрыгавшись и улёгшись, пусеница, так и быть, даст немного себя пожмякать:
А потом вздремнёт:
Проснётся ближе к вечеру, будет наводить суету и смотреть на уставшую котомать влюблёнными глазишшшами:
Включить тёмную тему
Популярное
Отключить рекламу
Немилостивая судьба постоянно сбивала Василия с ног и хлестала до потери сознания. Трагическая смерть близких, детдом, психическое расстройство и вихрь криминального мира, унесший главного героя в глубины мрака. Но есть ли шанс вытянуть обратный билет, к счастливой жизни? Вопреки судебному приговору и клейму душевнобольного, поставленного на него обществом, Вася тянется к свету. И обещание возлюбленной Дианы дождаться его из лечебницы горит над ним путеводной звездой. Их отношения — греющий мое сердце пример здоровой любви, которая постепенно, глава за главой, обретает все большую высоту и ценность.
На пути к свободе и духовному обновлению Васе предстоит столкнуться с множеством препятствий, особенно внутренними. Ведь именно мрачные закоулки его растравленной прошлом души, которые герой мужественно берется исследовать, таят в себе самую ужасную боль. Автор умело, детально и без прикрас выносит на суд читателя это увлекательное и подчас рискованное путешествие.
Я следовала за Васей с огромным удовольствием и тревогой. Его история бросает в трепет, вызывает улыбку, пронзает чувством тоски и бессильной ярости, а порой заставляет замереть в предвкушении нового душевного (и не только) поединка. Между тем оставляющего много пищи для размышлений. Так же, как Вася, я искреннее радовалась, когда сюжет сводил нас с приятными и весьма отзывчивыми второстепенными персонажами, которые протягивали руку помощи и разделяли с нами столь нелегкое странствие. Каждый шаг в нем, как задетая и долго затухающая эмоция, а каждый совершенный прыжок — личностный подвиг Василия!
Отдельного упоминания заслуживает эпоха лихих девяностых. Она в произведении не просто декорация, а продуманное смысловое наполнение. И дефицит, и повсеместная разруха, и моральный упадок, и треснувший духовный стержень обитающих в ней персонажей, и их же тяжелый труд и понемногу воскресающие надежды на лучшее — все говорит о живейшем внимании автора к вопросам сеттинга. Он описывает не только догорающие краски лета, но прежде всего чувства, что они вызывают.
Историю смело рекомендую. Как человек, имеющий нулевое представление о каноне, по которому написаны «Последние краски лета», я читала без затруднений, как самостоятельную психологическую драму, разбавленную толикой юмора и уютной повседневности.