Даже если отбросить непонятки с действием хроноворота и памятью Гермионы, в остатке остаётся очень непритязательная сюжетная канва.
1. Хрык пытается убить мамонта.
2. У Хрыка не получается убить мамонта.
Прошлое вроде как можно изменить, но нельзя. Почему? Сюжетная наковальня падает на голову. Я откуда знаю, почему, думайте сами. Может быть, высшие силы решили, что это нравоучительно.
Есть легион произведений такого типа, но обычно они хотя бы более сложные.
Ну, по крайней мере, стиль и грамотность на высоте.
Логика и психология персонажей, за вычетом перечисленных непоняток, тоже норм.
Больше десяти лет назад, в мою студенческую бытность, я стал свидетелем весьма впечатляющей оговорки, коей решил поделиться с вами. Топология, конец второй пары, и студенты, и преподаватель уже устали. Тема лекции – многообразия (один из типов пространств в топологии). Лектор завершает разбор темы и, подводя итоги, произносит:
– ...таким образом формируя всё рассмотренное многообразие разнообразий.
Немногочисленные внимательно слушавшие студенты начинают хихикать: очевидно, должно быть наоборот, "разнообразие многообразий". Лектор тоже понимает, что сказал что-то не то, и медленно повторяет, силясь обнаружить ошибку:
– Рассмотренное многообразие разнообразий.
Смех разносится громче, кто-то с места приходит на помощь заслуженному профессору:
– Иван Иванович, наоборот же!
– Да, действительно, – улыбается лектор. – Простите, заговорился. Я хотел сказать, многообразие ракообразий.
Откуда в уставшем сознании профессора возникли ракообразные, и как они проникли в лекцию, остаётся загадкой, но ещё десять лет до выхода на заслуженную пенсию студенты за глаза именовали его Раком Раковичем.
N.B. Несмотря на эту запоминающуюся оговорку, лектором профессор был отличным, и, невзирая на солидный возраст, сохранял ясность мышления всё время своей работы.