Застывшая позолотой печаль в его глазах была похожа на солнце, готовое скрыться за горизонт, оставляя на небе шелковые мазки теплых тонов красного и желтого цвета. Он был свободен, словно птица в небесах, но был узником своих страданий, тянущихся за ним вязкой жидкостью уже который век.