Азкабан. Один сплошной сгусток безумия.
Когда долго сидишь взаперти — чувствуешь, как стены начинают шептать. Ты слизываешь этот шёпот языком, твой мёртвый приятель в соседней камере непрерывно считает и плачет дождём из пустых глазниц.
И тебе остаются лишь огоньки — точки в глазах от давления пальцами. Они кажутся тебе настолько прекрасными, что ты почти счастлив...
Три килобайта потерянности, отчаяния и одержимости.
Вероятность подорваться на снаряде времён ВОВ из-за увлечения астрономией невелика, но никогда не равна нулю. Занимались земляными работами на нашей загородной наблюдательной площадке и обнаружили вот такой сюрприз:
Оперативные службы сработали достойно, довольно быстро устранив угрозу.
Когда долго сидишь взаперти — чувствуешь, как стены начинают шептать. Ты слизываешь этот шёпот языком, твой мёртвый приятель в соседней камере непрерывно считает и плачет дождём из пустых глазниц.
И тебе остаются лишь огоньки — точки в глазах от давления пальцами. Они кажутся тебе настолько прекрасными, что ты почти счастлив...
Три килобайта потерянности, отчаяния и одержимости.