В каноне мне его даже иногда было жаль, хотя он тот ещё брюзга. Действительно, кто отдаст должное первому учителю, вбившему самые азы в школярские головы?
EnniNova:
Он мог быть счастлив, но не захотел. Он мог любить, но не позволил себе. Он мог быть любим, но предпочел помнить лишь о том, что отвергнут. Он змей.