#кино #клуб_ретро_разбора #советское_кино #Мимо_окон_идут_поезда #скрытый_смысл_фильма #краткий_пересказ_сюжета #спойлеры

Кинематика посвящается.... И большое спасибо ей за то, что она предложила этот замечательный фильм.

"Cамое в этой ситуации обидное, когда ты понимаешь, что ни одному человеку ты больше не нужен" (x/ф "Ёлки 8")

"Страшнее нету одиночества,
Чем одиночество - в толпе,
Когда безумно всем хохочется,
Но плакать хочется - тебе!"
(А. Я. Марков, советский поэт)


Добрый день! Вот и пришло время обратится к малоизвестным советским фильмам, конкретно к фильму "Мимо окон идут поезда" (1965 г.) режиссеров Э. Гаврилова и В. Кремнева по сценарию Л. Кабо. Кстати, более мрачной драмы о советской школе, я не видел, "Чучело" нервно курит в сторонке, а "Доживём до понедельника" кажется ванильной сказкой на фоне того, что там показано. Да что там, эти фильмы кажутся зачастую просто плагиатом с этой неоднозначной картины. Но пойдём по порядку...

Краткий пересказ сюжета

В школу-интернат провинциального таёжного сибирского городка из Москвы приезжает работать учителем литературы молоденькая выпускница педагогического училища. Она такая молоденькая, что даже не может привыкнуть к собственному отчеству: «Лида»,— представляется она, и директору приходится её поправлять: «Лидия Сергеевна». Молодая учительница смотрит на школьные события не из учительской, а как бы со школьной парты, изнутри класса.

И с самого появления в школе-интернате Лида не может понять порядков, заведенных здесь директором Фёдором Фёдоровичем, а когда понимает, что за внешне благополучной жизнью интерната скрывается равнодушное отношение преподавателей к детям — не хочет подчиниться тому, что порядок — единственная цель воспитательной работы. Непосредственность, с которой героиня вторгается в жизнь школы, вызывает недовольство директора и завуча школы-интерната.
Но её 7 «Б» сложный класс — её ученик сирота Санька Зенков в игре «в раба» проиграл однокласснику Генке и теперь должен всё делать для него: застилать постель, чистить ботинки, и всячески подвергается издевательствам, или может откупиться от долга за десять рублей. Санька терпит и работает на распилке дров, пытаясь по копейкам собрать деньги на «долг чести».
В один день Генка с подручными впятером избивают Саньку за то что он гуляет с девочкой. Обидчики знают, что Санька не будет жаловаться, но девочка рассказывает о драке учительнице. Лида вызывает Саньку и по одному каждого из обидчиков и… даёт им возможность драться, но только теперь — один на один.
Потом происходит школьная постановка одной из комедий Фонвизина, которую ставит Раиса Васильевна, амбициозная и ненавидящая молодую учительницу за то, что та "забрала" её любимый класс себе. Лида присутствует на постановке и предлагает устроить что-то вроде "капустника", переделав классику на современный лад и начинает смешно пародировать учителей и учеников. С застывшим от гнева лицом, Раиса Васильевна наблюдает за этой сценой, а потом гневно отчитывает Лиду и уходит. На следующий день Лиду вызывают к директору, где Раиса Васильевна говорит о недопустимости "шуток над классикой" и "издевательств над учителями". Попытки Лиды оправдаться не принимаются.
На следующий день в интернат приезжает делегация из соцстран, а Геннадий, взбешенный действиями Лизы, подговаривает класс устроить бунт. Нарочно испортив валенки Саши Зенкова, Геннадий насмешливо имитирует "заботу" о Саше и поднимает классы на бунт, направляя их к двери кладовой с требованием "выдать всем новые валенки". В итоге приходится звать директора, который в своём насмешливом и строгом стиле "гасит" бунт в зародыше и, мягко пожурив Лиду, уходит. Лида пытается пристыдить Сашу, но тот угрюмо уходит.
Вскоре в школе происходит ЧП — на уроке 7 «Б» из сумочки учителя биологии украдены десять рублей. На общешкольной линейке директор заставляет стоять всю школу до тех пор пока виновный из 7 «Б» не сознается. Лидия Сергеевна даёт честное комсомольское слово, что её ребята сами разберутся в этом деле. Она оставляет ребят в классе: «Я не могу быть следователем и не хочу. Решайте сами», и уходит. Лиде нужно чтобы виновник понял и сам сознался, для неё главное — научить, но директору нужен порядок и главное — наказать. Поэтому когда Саша Зенков спасает Геннадия и пишет на записке, которую ученики кладут в коробку "Это не Геннадий, это я", а весь класс выступает против Геннадия и пишет его имя на бумажках (увидев это Геннадий на время сбежит из класса), директор этого не знает. Отметая радость Лиды, увидевшей бумажку и сказавшей "теперь он сам признается и отдаст деньги". директор и старшая воспитательница врываются в класс, где дети сами разбирались с тем, кто украл деньги и путём сличения почерка устанавливают вину Саши. Потом директор даёт текст в радиорубку, где на всю школу описывается преступление Саши и его стыдят. Не выдержав позора, Саша убегает вместе с со стариком-истопником, который давно хотел уволиться. Но истопник бросает Сашу, говоря что он ему не отец, после чего Сашу возвращают в интернат. В это время Раиса и директор вызывают к себе Лиду и перечисляя её "педагогические ошибки" вынуждают её уволиться. На станции она встречает Сашу и радостно обнимает его, но тот отстраняется. Он потерял веру в людей. Лида уезжает на поезде. В это время дети в классе обвиняют Раису в увольнении Лиды, Раиса плачет от унижения, а дети выбегают на станцию и кричат вслед поезду, чтобы Лида вернулась. Конец.

Скрытый смысл: ключи

В принципе в фильме имеются отсылки к слову глаза "Зенков=зенки=глаза", которые коррелируют с названием "Мимо окон идут поезда". Также совпадает фамилия директора Гусев и название города, в котором находится интернат. Имя "Лидия", отсылает к области в античной Греции, где был храм Зевса (царя богов). Имя "Фёдор" указывает на надменность и гордыню директора (см. буквально "дарованный Богом", а он ещё и Фёдорович). Имя старшей воспитательницы "Раиса" происходит от двух возможных слов "легкомысленная" или же "начальница", "глава". Заслуживает внимание слово "Гусев" от "гусь". Как известно в русских поговорках и присловьях "каков гусь", "хорохорится как гусак" отсылает к чувству надменности и непогрешимости. Заслуживает внимание имя "Прокопий", отсылающее то ли к "обнаженный меч", то ли являющейся аллюзией на персонажа "Уральских сказов" мастера "Прокопьича" (на это же указывает и то, что истопник Прокопий живёт за Уралом, в Сибири). Об остальном скажу в рамках анализа.

Смысл №1. Литературный плагиат или Чацкий в юбке.

Я уже кажется говорил, что Чацкий не является идеальным героем и никто его в ХIX в. таким не воспринимал, героизировала его как персонажа скорее советское литературоведение. Но тем не менее Чацкий является зеркалом порядков в доме Фамусова. Учитывая параллели Лида-Чацкий и Гусев-Фамусов (Гусев как и Фамусов любит делать выводы из недомолвков, слухов, молвы, как Фамусов спешит верить дурному о человеке, Лида же наивна, бескомпромиссна и слепа к происходящему как Чацкий), перед нами повторение старого тропа. Судьба "чацких" - это приехаать, взбаламутить ситуацию и бессильно уехать, столкнувшись с необоримой силой традиций. Судьба фамусовых (Гусев, Раиса Сергеевна) охать и ахать над возникшим хаосом. Название фильма связано с "окном", потому что "окном" в новый мир является молодая Лидия Сергеевна. "Поезд" же символ ухода, бегстсва. На поезде бежит Саша Зенков, на поезде уезжает Лидия. "Мимо окон идут поезда" здесь можно трактовать как то, что "окнам" (зеркалам дурных порядков) предоставляется право уехать, бежать от этих порядков. Чацкий в "Горе от ума" не меняет устои, он от них бежит, Лидия Сергеевна бессильна помочь ученикам или даже сломленным жизнью в интернате учителям (которых там двое - математик и еще одна молодая учительница). Она уезжает. Она, как и Чацкий, который "вываливает правду в лицо" и угрожает Фамусову, вываливает неприятную правду в лицо Гусеву и угрожает ему. Но угрозы Чацкого и Лидии Сергеевны пустые и они сами это знают. При этом конечно же Лидия Сергеевна отличается от Чацкого тем, что ею движет не любовь к Софье (разуму, мудрости), а любовь к детям (ученикам).

Смысл №2. Искушение Саши Зенкова или учитель и ученик

Можно рассмотреть эту социальную драму с другой стороны, со стороны Прокопия как учителя жизни и Зенкова как ученика. Прокопий единственный сочувствует Саше, единственный выслушивает его и помогает ему. Но последние его действия, когда он помогает Саше бежать, ничего не объясняя интернату, а потом бросает его на дороге, показывают, что он скорее отрицательный, чем положительный персонаж. В результате действий Прокопия, Саша оказывается не просто вором, а преступником, который бежал от правосудия, трусом. И одновременно Прокопий намекает, что он только испортит Сашу, покидая его. Оставляя его там, где "мимо окон идут поезда", то есть на дороге. Саша Зенков (зенки = очи, глаза) - это учащийся интерната, благодаря которому рассыпалась иллюзия "преуспевающего 7б класса". Именно он является основой сюжета. И когда он бежит - всё разваливается. Лидию Сергеевну увольняют. Класс бунтует против воспитательницы Раисы Васильевны. Сам Зенков окончательно разуверивается в людях, он перестаёт им доверять. Получается, что "доброта" Прокопия, его "поучения" вели Сашу к закономерному финалу. Если мы пересмотрим фильм, то увидим, что именно истопник "легитимирует" долг Саши Геннадию, долг, который Геннадий просто навязал своей жертве на пустом месте. И мы приходим к страшному выводу - доброта без попытки воспитать не спасает. И возможно именно это так поздно понимает Прокопий оставляя Сашу. Он понимает, что уже испортил ему жизнь и не хочет портить её дальше. Но это даже не подлость, это хуже. Оставляя его, Прокопий завершает то, что не сумели с ним сделать директор, Раиса Васильевна и его классные мучители. Он выбивает у него веру в то, что судьбу можно изменить. А значит он и есть тот "обнаженный меч" судьбы (см. "Ключи к скрытому смыслу"), который довершает удар, развязывает существующие противоречия. Смысл названия тоже раскрывается по-новому. "Поезда" - это дорога, путь жизни. Людские судьбы - это окна, из которых на нас смотрят глаза. Главное, чтобы эти глаза не омрачило горе.


Смысл №3. Скопление сломленных одиночек или дети против взрослых.

Фильм достаточно жуток потому, что ни в одном "советском антисоветском фильме" (такими является как минимум половина вссех популярных фильмов про советскую школу, снятых в 60-80-е годы) нет такого жуткого ощущения одиночества взрослых. То есть ситуации, когда каждый взрослый - сам по себе. Вот старшая воспитательница Раиса Васильевна. Она вынуждена скрывать свои личные чувства к учителю-математику (которому она глубоко безралична), вынуждена мириться с хамством директора, который по мановению руки отдаёт её любимый "лучший" класс новому неопытному воспитателю, вынуждена следовать "педагогическим" методам директора и готова критиковать его в личной беседе, но когда появляются другие люди она же его фанатично защищает, как будто это "честь интерната". Вот директор Федор Фёдорович. Ему наплевать на учеников, он носит маску "участливого безразличия" и в разговорах с воспитателями и учащимися проявляет фальшивую заботу, за фасадом которой лицемерный цинизм. Ему важен "порядок и правила", он гордится тем, что "в моём интернате учится сын секретаря горкома" и вообще любит пафос и славу. Всё, что может нарушить его иллюзорный мирок фальшивого благополучия не замечается и отвергается им с ходу. Он гротескно абсурден - когда к нему подходит Саша Зенков, чтобы признаться в краже, тот говорит "подожди, не до тебя сейчас" и с шумом и помпой врывается в класс проводить расследование, потом, когда он возлагает ответственность на Лидию Сергеевну за то, что она за несколько недель "испортила идеальный класс, гордость интерната" он даже не слышит в ответе её мягкой иронии "ну да, куда уж идеальнее". Вот учитель математики Николай Степанович. Он - человек, ходящий в драном ватнике и валенках, говорящий тихим голосом, в классе он преображается, вне класса стремится сделать себя как можно более незаметным. Он имеет личное подсобное хозяйство и таскает "остаточки с кухни" своим "коровке и свинке". Это его психологическая защита от того ,что творится в интернате, он не может ни на что повлиять. Вот молодой ухажер Лиды Валерий Павлович, физкультурник. Он сочувствует Лиде, но он уже начал отстраняться от происходящего. Ему как и директору важны внешние достижения детей, а не то, что творится у них в душе. Вот Евгения Ивановна - молодая учительница в очках. Она рабски подхалимничает перед Раисой Васильевной, а та ею помыкает вместе с директором, который считает, что "она не справляется". Это человек вообще "сломанный системой", а не отстранившийся от неё, она и выглядит то как бледная тень. Вот Прокопий, старый человек, у которого сын погиб на войне и который мечтает только уйти из интерната, уехать куда-то в глушь. Вот - Лидия Сергеевна, которая в своей наивности и юношеском максимализме хочет "исправить всё сама". Она надеется на "поддержку старших" и убеждена, что все вокруг должны мыслить как она. Она тоже одинока, её никто не поддерживает по настоящему кроме детей, но и она не пытается понять, что происходит с учителями пока не становится слишком поздно.
Вывод фильма ужасен - только дети в классах представляют собой коллектив, только они пытаются думать и решать самостоятельно. Взрослые - это лицемеры, циники, подхалимы, наивные мечтатели и в итоге почти все глубоко сломанные, одинокие люди (единственный не сломленный - это директор, но этот еще страшнее, он - духовно слепой человек, очень похожий на Иудушку Головлева). Вся надежда режиссера и сценариста - на тот самый 7 класс, на его детский коллектив. Ведь это они в итоге нейтрализовали хулигана Гену, устроили бойкот Раисе Васильевне и выбежали на улицу вслед уходящему поезду. Это они поняли, что Саша ни в чем не виноват. Лидия Сергеевна была лишь катализатором, причем не справившимся с ситуацией, а действуют ... дети. Призыв сценариста и режиссера граничит с отчаянием: "Дети, спасите взрослых от лицемерия, бездушия и одиночества! А то как бы не стало поздно!"...
Финальное прочтение метафоры в названии: "поезда" - это символ перемен к лучшему, а окна - люди. Поезда идут мимо окон, перемен к лучшему не происходит...

Вот такие вот мысли. Вообще фильм всем рекомендую, он потрясает. "Тихая" драма, где нет радикальных жестов, нет жутких сцен и тем не менее от неё веет жутью почти потусторонней. Да что там, я всегда говорил и буду говорить, что на основе советских фильмов о школе можно написать статью: "Как и почему распался СССР: советский "педагогический" кинематограф как зеркало упадка".